Чтение онлайн

Я осматриваю дом. Судя по документам, они живут тут всю жизнь. А еще через забор замок Даурбекова, который он построил специально по просьбе своей жены.

— А почему вы не гонитесь? Почему родные родители не хотят даже надеяться на возвращение дочери?

— Потому что мои девочки никогда счастливы не были, потому что им этого счастья дать не смогли.

— Лара! — прерывает отец семейства.

— И там где они сейчас — им лучше, — заканчивает она.

— Им?

— Да, им обеим.

— А вы не хотите напоминать себе, что были плохой матерью?

— Руслан Ахметович, никто вам не давал права оскорблять мою жену. Уходите!

— Так и сделаю. Но скажите, пожалуйста, кто вам тогда пристал открытку из Питера.

— Это чья — то злая шутка. Потому что Алиана была слишком умной девочкой, чтобы подстроить свою смерть и посылать открытки. По нам она бы скучала в последнюю очередь.

— А по кому?

— По Тиане. Они были очень близки, — начинает реветь женщина, закрывает лицо руками и убегает из комнаты.

— Последний вопрос, господин Валиев. Почему вы отдали дочь за Даурбекова? Вы же знали, что он за человек.

Отец Алианы не хочет отвечать на вопрос, но все же после паузы все говорит, словно ему необходимо выговориться, а может быть даже найти прощение.

— Знал, но и выбора у меня не было. Ни у кого из нас. Уходите Руслан и прошу вас, как отец. Скажите Омару, что никого не нашли. Пусть души моих девочек получат свое заслуженное спокойствие.

Из разговора с родителями я понял одну простую истину, они знают, что Алиана жива, но не знают где она.

И точно уверены, что она открытку прислать не могла, потому что не скучает по родителям.

Тогда кто прислал открытку?

Кто хочет, чтобы Алиану, то есть Алину нашли? А то, что эти две девушки одно лицо у меня еще есть сомнения. Но и они стираются, когда я выясняю что машина, следящая за ней, Даурбекова, а значит он давно понял кто она такая. Я даю себе несколько дней, чтобы понять, как помочь этой дуре, что вместо того чтобы писать свои книжонки могла бы оставаться мертвой для всех. Терплю, остаюсь на расстоянии, но на Алину почти нападают в ее подъезде. Значит, все же есть тот, кто хочет ей навредить. Тот, кто убивает похожих на нее девушек. Тот, кто пытается вернуть ее мужу.

Возможно, сам муж…

Я прихожу за ней, понимая, что не смогу просто стоять в стороне и смотреть как ее пихают в пекло.

Меньше всего я бы хотел снова окунаться в омут ее глаз, ее запаха и энергетики, которая скручивает меня изнутри. Мне бы держаться подальше, и я очень старался это делать, но сейчас нужно побороть собственные страхи и защитить девушку.

А еще может быть найти недостающие данные уравнения под названием Алиана Валиева. Мне придется приложить немало сил, чтобы убедить Даурбекова, что он ошибается, но время поджимает, а его звонки и требования становятся все настойчивее, гранича с угрозами расправы всей моей семьи.

Надо связаться с братом и сделать Алине новые документы, а может быть отправить всю семью подальше. А может просто отдать Алину мужу и забыть это дело как страшный сон.

— Я знаю, кто ты.

Она молчит, уходит в полный эмоциональный вакуум, стараясь не показывать ни страха, ни злости, ни удивления. Неплохая тактика, если бы у меня были сомнения. Хоть одно.

— И кто же я?

— Кто — то отправил твоим родителям открытку, давая понять, что ты в Питере. Кто — то убивает девушек похожих на тебя, и уже знает твой адрес. Твой бывший муж идет за тобой по пятам. И если ты сменила лицо, это не значит, что ты сменила кровь или ДНК. И стоит ему до тебя добраться, как ты вернешься в тот Ад, из которого с таким трудом выбралась.

Я заканчиваю отповедь, снова не замечая на лице Алины ни тени эмоций. Но вдруг слышу.

— Не думал пойти в политики? Ты так складно говоришь.

— Алина!

— Ладно! Ты прав, убивают похожих на меня, значит, мне нужно переехать, но почему к тебе? Я могу позволить себе отель.

— Ты вроде умная, а говоришь тупые вещи. За тобой идет охота! Но если ты такая сильная и независимая, то я умываю руки. Завтра же даю отчет Даурбекову о своих наблюдениях и забываю о твоем существовании. Устраивает?!

— У тебя нет доказательств.

— У меня есть медицинская карта, есть группа крови, есть твоя чертова ДНК!

— Это все?

— Этого мало?

— Я спросила, это все что ты раскопал? Неделю копался в прошлом Валиевой, чтобы связать ее со мной лишь по ДНК?

Почему у меня такое ощущение, что она надо мной смеется?

— Да!

— Тогда давай ему отчет. Потому что ты ошибаешься.

— Алина!

— Убирайся! Ты ничего не знаешь! Ты слеп, как и все!

— Что ты у него украла? Верни и он забудет.

— Я ни у кого ничего не крала. Убирайся, я сказала, — бросает она чемодан и толкает меня в грудь, наконец, показывая, как на самом деле боится.

— Если я выйду за эту дверь, я больше не смогу тебе помочь. Даубеков давно за тобой следит, он тоже читал твои, чертовы, книги! Нахер ты вообще их написала?! Лучше бы с психиатром поговорила.

— Это не помогало, Руслан. Уходи.

Меня просто колотит от злости к этой Снежной королеве, лицемерке, которая боится довериться, боится раскрыться. Меня самого трясет. Как я должен ее защитить, если она этого не хочет?! Как???!

В пару шагов преодолеваю небольшое расстояние и обхватываю лицо Алины. Меня тянет к ней и отталкивает одновременно. Она как пламя, от которого нужно бежать, но в беспроглядной тьме я иду за ним все дальше и дальше. Я не знаю, как с ней разговаривать, обращаться. Как вести. Как защитить. Зато знаю, как целовать, как сделать ей приятно.

— Я убью его, если он только до тебя дотронется, и когда меня посадят, виновата будешь ты, — шиплю в покрасневшее лицо и слепо прижимаюсь к губам. К мягким, соленым от слез губам. Внутренности скручивает, вся кровь устремляется в одну точку.

Всего один поцелуй перед всем тем пиздецом, что ждет нас, как только я покину квартиру. Всего один чертов поцелуй в эти ядовитые губы.

Но Алина не отталкивает меня, не отворачивается, наоборот обнимает и прижимает к себе крепче. Просто больная, сумасшедшая…

Все инстинкты самосохранения воют об опасности. Сейчас ей ничего не стоит достать нож и меня убить, но я продолжаю это безумие, погружаясь в него все глубже и глубже, теряясь в похоти, что сбивает с толку, сводит с ума.

Пальцы не мои распахивают ее халат, открывая идеальное тело.