Чтение онлайн

Первой встала Кендалл. Спала она плохо и мучилась тревожными снами. В них фигурировали Фэй, Таня и Мэллори, но что они делали, Кендалл не поняла, а зачем — тем более. Еще не рассвело, когда она босиком пошла на кухню варить кофе.

За ночь похолодало. Кендалл, надев поверх пижамы толстовку, любовалась рассветом. Вялость рассеивалась, как туман на солнце. Что же никто не просыпается? Теряя терпение, Кендалл разожгла камин и заглянула в спальню, чтобы надеть спортивные брюки и вторые носки. Если подруги не встанут прямо сейчас, она их разбудит. Кендалл не терпелось взяться за работу.

Подруги словно почувствовали ее флюиды и одна за другой вышли на кухню. Все хотели кофе, но терять время, смакуя его, не желал никто. Кендалл достала купленные накануне булочки и остатки тыквенного пирога. Разговор о «Брани на вороте» начался за кухонным столом и продолжался весь день.

— Так, я читала ваши главы по мере поступления, следила за развитием сюжета и видела роман на разных этапах. Сперва меня беспокоило, что голоса героинь звучат не в унисон. — Кендалл улыбнулась удачному сравнению. — А сейчас именно разноголосица кажется главным украшением и достоинством романа.

— Согласна, — отозвалась Мэллори. — Героини очень разные, но их объединяет творчество и стремление выжить в безжалостном издательском бизнесе. — Мэллори оглядела подруг. — Так же как нас.

— Да, конечно, — отозвалась Таня. — Я часами пыталась определить, насколько реальна каждая из героинь. Ни разу не видела Мэллори в творческом кризисе, а Крис… он же преданнее собаки!

Засмеялись все, кроме Мэллори. Увидев в ее глазах боль, Кендалл нервно заерзала на стуле.

— Ну и, разумеется, большой интерес вызывает интимная жизнь Фэй, — призналась Таня.

— Таня! — взвизгнула Кендалл.

— Это же естественно! — парировала Таня. — Откуда все эти блестящие идеи? Пастору Стиву известно, что его жена — секс-богиня? У меня даже воображение пасует… — Заметив, какие лица у Фэй и Мэллори, Таня осеклась. — Зато язык работает прекрасно. Извините! — Она провела по губам, словно застегивая рот на «молнию».

Воцарилась тишина, которую нарушила Фэй.

— Сколько правды в наших героинях, я не знаю, но рада, что сюрпризы преподносит каждая из них. — За тонкими стеклами очков лукаво блеснули глаза. — Вот Танина героиня, Тина, боится разочарований. Бедняжка отказывается от лучшего из того, что с ней случилось за последние годы. В том числе и от лучшего секса. — Убедившись, что попала в цель, Фэй улыбнулась. — Ни одна из героинь не идеальна, у каждой своя тайна.

Подруги обдумывали слова Фэй, но от Кендалл не ускользнуло, что никто (в том числе и она сама) не уточнил, сколько в героинях правды, сколько вымысла.

— В книге каждая из нас выложилась по-своему, — продолжала Фэй. — Прежде чем перейдем к долгой и утомительной редактуре, хочу убедиться, что наше прежнее соглашение в силе и никто не узнает, что у Кендалл были соавторы. — Фэй поочередно посмотрела на подруг. — Я писала с предельной откровенностью потому, что рассчитывала на анонимность. Церковь моего мужа и многие плоды моего труда пострадают, если вскроется мое участие в проекте.

— Верно, Фэй. — Таня проворно расстегнула «молнию» на губах. — По словам Дарби, мои книги продаются все лучше и лучше, и меня однозначно включат в антологию. Очень не хотелось бы портить малину! По условиям договора права «Маски» распространяются практически на все мои творения, включая детей. — Таня усмехнулась. — Было бы здорово обменять Лоретту и Кристал на Труди, но такое вряд ли возможно.

— Значит, все согласны, что книгу написала Кендалл, — резюмировала Мэллори. — И никто не станет претендовать на авторство, разве только в самых критических ситуациях.

— Можно оформить соглашение письменно, — предложила Кендалл. — Но обязательно сделать так, чтобы при обнаружении документ самоуничтожился.

Кто-то промычал саундтрек к фильму «Миссия невыполнима», и подруги перебрались в гостиную, где до вечера просидели у камина, время от времени прерываясь на перекус.

Они обсудили рукопись страница за страницей, подробно разобрали все, что касалось персонажей и сюжета, ведь ошибками и опечатками можно было заняться во время последнего совместного прогона.

Мэллори считала, что двойникам Лейси и Джейн Дженсен уделено недостаточно внимания. Кендалл хотела, чтобы Мирандин муж понял: без жены его жизнь пуста, — и вернулся добровольно.

— Ни в коем случае, — запротестовала Таня. — Это женский роман! Совершенно не обязательно, чтобы в конце все жили долго и счастливо!

— Согласна, — кивнула Фэй, поудобнее устраиваясь на диване. — Наши героини проходят серьезные испытания и принимают решения, чреватые определенными последствиями. Нельзя слишком сглаживать углы.

— Лично я не хочу, чтобы дети Кеннеди выясняли правду об отце прежде, чем мать будет готова им сообщить, — заявила Кендалл. — Мы уже говорили об этом, но, может, позволим его детской мечте сбыться: пусть сбежит с цирковой труппой?

В ответ на это предложение подруги закатили глаза, хотя старались найти вариант, который удовлетворил бы всех. Когда компромисса не получалось, решение принимала Кендалл.

Обсуждение закончилось вскоре после полуночи: уставшие и сидеть, и говорить, подруги разошлись по спальням и моментально уснули. В воскресенье утром они поднялись чуть свет и устроили последний прогон.

Когда настала пора ехать в аэропорт, у всех четверых едва ворочались языки. Кендалл высадила подруг у терминала, крепко обняла и подождала, пока они исчезнут в толпе. Смертельно усталая, она вернулась на ферму и, едва солнце скрылось за горами, упала на кровать.

Три дня спустя, когда внесла все оговоренные изменения и устроила последнюю вычитку, Кендалл написала короткий мейл Лейси Сэмюэлс с копией для Сильвии Хардкасл, приложила файл с текстом «Брани на вороте» и кликнула «отправить».

Случилось это тридцатого ноября в 22:35, то есть за один час двадцать пять минут до первого декабря — прописанного в договоре срока сдачи рукописи.

Лейси Сэмюэлс писала отказ в Исправительный центр Флориды, искренне надеясь, что заключенная номер 85762 в ближайшее время не выйдет на свободу и не станет ей мстить, когда в папку «Входящие» упало письмо от Кендалл Эймс с текстом «Брани на вороте».