Чтение онлайн

— Ну, они же муж и жена. Иногда могут и поругаться.

— А где ты была на самом деле?

— В джазовом кафе, — переворачиваясь на другой бок, сказала я. — Курили, болтали про договор безопасности [11] .

— Хм, — пренебрежительно фыркнула сестра. В присутствии зрителей она любила изображать демонстрантов, выкрикивая лозунги «Договор долой!» и «Мы победим!». Всякий раз, когда ко мне приходили друзья, она начинала демонстрировать этот номер, дабы вызвать общий смех и таким образом привлечь к себе внимание. При этом она вполне серьезно полагала, что «договор-долой» — это одно слово, но ей никогда не приходило в голову спросить, что оно означает.

Я не знаю, когда она открыла для себя смысл этого лозунга. Сейчас ей уже за тридцать, она замужем и растит двоих детей. С того времени мы с ней ни разу не говорили на темы, хотя бы отдаленно связанные с договором безопасности. Наверняка она уже давно забыла, как когда-то изображала демонстрантов перед друзьями своей старшей сестры, получая заслуженную порцию аплодисментов.

Сестренка очень переживала, что ее любимца — ручного попугайчика по имени Пит-тян — из-за переезда пришлось отдать соседям, поэтому, лежа в постели, она только о нем и говорила.

— Послушай, а та тетя не может по ошибке дать Пит-тяну шпинат? У него от шпината животик расстроится. Пит-тян может кушать только птичий корм, или капустку, или травку «пак-хой», или… что еще… мокричник, но только бутончики, а шпинат ему ни в коем случае давать нельзя. Я ей об этом говорила. Только она такая дурная, непременно все забудет. А шпинат…

— Спи уже, — перебила я ее. — Я буду иногда навещать Пит-тяна. И про шпинат еще раз напомню.

Сестра не по-детски серьезно вздохнула и сказала: «Угу». После этого она начала шмыгать носом. Плачет что ли, подумала я, но вскоре все звуки затихли. Я тоже закрыла глаза.

На следующий день после обеда мои родители и сестренка уезжали из Сэндая. В этот день в нарушение всех законов природы выпало много снега. Мы с тетей отправились проводить их до станции. «Береги здоровье!» — сказал мне отец. Похоже, что он переживал из-за вчерашней ссоры, поэтому с самого утра был не по-обычному мягок.

Вместо того чтобы просто кивнуть в ответ, я потребовала у него денег на мелкие расходы. Отец порылся в кармане и дал мне две купюры по тысяче иен. Благодарить его я постеснялась, поэтому сказала только: «Вот разбогатела!» Отец с сожалением взглянул на меня и улыбнулся.

После отправления их экспресса, мы с теткой зашли в буфет на втором этаже отеля «Сэндай» и заказали себе пирожные. Тетка с увлечением расспрашивала меня о школе. Я нагло соврала, что до недавнего времени была председателем комитета по нравственности, и добавила, что каждый день после уроков занимаюсь внеклассной деятельностью, поэтому возвращаться буду поздно.

— Ты, кажется, была в кружке хорового пения?

— Ага.

— И что вы там делаете каждый день?

К тому времени я уже с полгода ничем таким серьезно не занималась, но, придав своему голосу как можно больше правдоподобия, ответила:

— Да, разные вещи. Репетируем концерты, тренируем вокал. Я возглавляю группу сопрано. Мы даже по воскресеньям иногда занимаемся. Преподаватель, который нами руководит, он такой энтузиаст!

— А твоя учеба не пострадает от столь интенсивных занятий в кружке?

— Не думаю. До сих пор ведь все было в порядке.

— И все же, сколько бы у тебя ни было внеклассной деятельности, я прошу приходить домой к назначенному часу. Поняла?

— Не беспокойтесь, тетя, — ответила я и спросила, что будет, если когда-нибудь я не успею вернуться вовремя. Тетка сверкнула из-под очков маленькими глазками и выпалила короткий, будто заранее заготовленный ответ:

— Не впущу.

— Не впустите? И где же я тогда буду спать? Я могу пойти ночевать к какой-нибудь подружке?

— Что за чушь! Не хватало тебе еще бродяжничать. У меня в саду есть маленький сарайчик. В нем сейчас Могу живет, как будто это его собачья будка. Вот в этом сарайчике я буду тебя запирать на замок.

Я прыснула от смеха, хотя про себя обиделась.

— Ну, тетя! Я уже не маленькая девочка. Хорошо, но на замок-то зачем? Я и так могу спать в этом сарайчике. Хотите, я каждый день буду там спать?

— Ой, какие мы смелые, — необычно серьезным голосом сказала тетка и придвинулась ко мне поближе. — Ведь ты же ничего не знаешь об этом сарайчике.

— А что я должна знать?

Тетка многозначительно усмехнулась и сказала:

— Ладно, теперь уже можно… Только имей в виду, я никому об этом не рассказывала, даже твоему отцу. Дело в том, что очень давно в этом сарайчике повесилась одна девушка.

Я пренебрежительно засмеялась. Метод, выбранный теткой, показался мне невероятно наивным, нечестным и чересчур глупым.

— Это правда, Кёко-тян, — слегка нахмурилась тетка. По выражению ее лица было видно, что она не шутит. Я почувствовала, как мои руки против воли начинают покрываться гусиной кожей. — Это случилось лет десять тому назад. К тому времени у меня уже почти год жила молодая девушка, родственница моего покойного мужа. Лет ей тогда было примерно как тебе. Она провалила вступительные экзамены в университет Тохоку и готовилась поступать второй раз. Нервы не выдержали, и однажды утром она повесилась в том самом сарайчике.

Тетка добавила, что дело было зимой. Стоял такой ужасный холод, что даже слюна, стекавшая изо рта у мертвой девушки, превратилась в лед.

Меня начала бить мелкая дрожь, но я не уступала:

— Но если это правда, отчего же вы по-прежнему используете этот сарайчик? Собаку туда поселили… Разве вам не противно?

— Я думала его снести, но сразу после того случая заболела и легла в больницу. Поначалу я переживала из-за этого сарайчика, но в итоге руки так и не дошли. А когда завела Могу, то решила — пусть это будет его домик. Мне показалось, что он сможет утешить дух той девушки.

Я с трудом выдавила из себя подобие радостной улыбки.

— Ничего страшного, тетя. Сарайчиком, где кто-то повесился, меня не испугаешь, даже если я окажусь там взаперти.

— Ты уверена? — недоверчиво спросила тетка. — И все же лучше будет, если тебе не придется провести там ни одной ночи. Для этого нужно всего лишь возвращаться вовремя.

Это был первый и последний раз, когда мы с теткой говорили на эту тему. После ни я, ни она никогда не заговаривали о девушке, что удавилась в сарайчике. Я до сих пор не знаю, правда это была или нет. Конечно, можно было порасспрашивать соседей, которые жили там с незапамятных времен, но тогда мне это даже в голову не пришло.