Чтение онлайн

Приказом Прокурора РСФСР т. Антонова-Овсеенко прокурор Кандалакшского района Рендель снят с работы, с передачей вопроса о пребывании его в рядах ВКП(б) в парторганы.

Мною снят с работы прокурор Кинешемского района ИПО Еремин и расследуются факты политической близорукости и притупления классовой бдительности, проявленные работниками прокуратуры Воронежской области.

В связи с запросами ряда прокуроров в Прокуратуру Союза за разъяснениями о квалификации указанных выше контрреволюционных выступлений,

разъясняю:

1. Контрреволюционные выступления, одобряющие террористические акты в отношении каждой партии и Советского правительства, квалифицировать по ст. 5810 УК РСФСР и соответствующим статьям УК союзных республик.

2. В тех случаях, когда такие выступления носят организованный характер (наличие группы, обсуждение необходимости совершения терактов над вождями партии и правительства, обработка людей или участников группы в направлении террора) даже при отсутствии элементов прямой подготовки террористического акта (подыскание средств, способов, выяснение возможностей и т. п.) надлежит квалифицировать по ст. ст. 5811, 17, 588 УК РСФСР и соответствующим статьям УК союзных республик с тем, однако, что на такие дела не распространяется закон от 1 февраля 1934 г. в отношении порядка их рассмотрения.

3. По вопросу о подсудности дел по ст. 5810 УК предлагаю руководствоваться следующим:

а) групповые дела по ст. 5810 УК при наличии достаточных доказательств для рассмотрения в суде направлять в спецколлегии по подсудности;

б) дела в отношении одиночек, обвиняемых в террористической пропаганде и террористических высказываниях, а также и дела групповые, по которым нет достаточных документальных данных для рассмотрения в судах, как правило, направлять для рассмотрения особым совещанием при НКВД СССР, что, однако, не исключает передачи этих дел для рассмотрения в спецколлегии, если это вызывается местными условиями.

Предупреждаю всех работников прокуратуры, что всякое проявление политической близорукости, притупления классовой бдительности по этим делам повлечет немедленное отстранение работников, допустивших это, с постановкой вопроса о пребывании их в рядах партии.

Приложение: приказ № 55/2с [158]

п. п. прокурор Союза ССР И. Акулов

ПРИКАЗ

ПРОКУРОРА СОЮЗА ССР

23 января 1935 г. г. Москва

№ 55/2с

10 декабря 1934 г. в производстве УНКВД АКССР возникло дело по обвинению Сафронова Василия Павловича в подготовке к совершению террористического акта в отношении Председателя СНК АКССР.

В процессе расследования по этому делу было установлено, что отец Василия Сафронова — Павел Александрович Сафронов, узнав об убийстве тов. Кирова, заявил в кругу своих знакомых, что «мало одного Кирова, надо и Сталина убить».

В процессе расследования Павел и Василий Сафроновы были взяты под стражу и им было предъявлено обвинение по признакам ст. 588 УК.

20 декабря 1934 г. пом. прокурора АКССР по спец, делам тов. Малкова Нина Яковлевна, ознакомившись с материалами дела, предложила в письменной форме освободить Павла Сафронова.

Принимая во внимание, что Малкова проявила полное непонимание задач, стоящих перед органами прокуратуры в настоящее время, и что при таких условиях дальнейшее ее нахождение на прокурорской работе недопустимо; что пом. прокурора АКССР Власов, исполняя в это время обязанности Прокурора Республики, допустил отсутствие должного руководства работой Малковой и, в частности, надзором за делами УНКВД; что и. о. Прокурора АКССР Михайлович не обеспечил надлежащей постановки работы в секторе по спец, делам.

Приказываю:

1. Пом. Прокурора АКССР Малковой Нине Яковлевне объявить строгий выговор и с работы в органах прокуратуры снять.

2. Пом. Прокурора АКССР Власову объявить строгий выговор.

3. И. о. Прокурора АКССР Михайловичу Григорию Степановичу указать на отсутствие должного наблюдения за спецсектором.

4. Копию настоящего приказа разослать Прокурорам Союзных Республик, краев и областей, военным прокурорам округов и Прокурорам дорог.

п. п. Прокурор Союза ССР И. Акулов

Вскоре И. А. Акулов и Председатель Верховного Суда СССР А. Н. Винокуров были освобождены от занимаемых должностей [159] .

Через некоторое время даже такая директива была признана недостаточной. Отменяя ее «как явно политически неправильную», А. Я. Вышинский предложил всем прокурорам квалифицировать как террористический акт не только контрреволюционные выступления, содержащие одобрение террористических актов, но и «обычные высказывания террористических намерений». Предлагалось также дела, по которым нет достаточных документальных данных для рассмотрения в судах, направлять для рассмотрения Особым совещанием при НКВД СССР.

Такие указания по линии прокуратуры и суда ориентировали на упрощенное понимание состава террористического акта, расширение круга лиц, посягательство на жизнь которых следует рассматривать как террористический акт. Они позволяли подводить под террористический акт угрозы и антисоветские высказывания, широко применяя при этой чрезвычайный закон от 1 декабря 1934 г.

Не ясной была позиция на закон от 1 декабря 1934 г. наркома Юстиции Н. В. Крыленко. В юридической литературе можно встретить утверждение, что Крыленко отрицательно относился к закону от 1 декабря 1934 г., как противоречащему основным принципам советского уголовного права и процесса [160] .

Между тем, занимаясь реабилитацией самого Н. В. Крыленко, мы познакомились с хранящимся в архиве его докладом от 23 марта 1935 г. на общем собрании студентов Саратовского правового института и работников юстиции, где он заявил:

«Против кого должно направляться сейчас подавление? Первый объект подавления — открытые контрреволюционные действия, открытые контрреволюционные акты, их мало, но они есть. Есть очень много и скрытых контрреволюционных актов, актов контрреволюционных по своему существу, которые должны нами оцениваться как контрреволюционные, хотя они часто не подходят под формальные моменты, в частности под определение нашего Уголовного кодекса. Уголовный кодекс сильно устарел, и в ряде статей не отвечает новым общественным отношениям в стране».

Интересовала нас и позиция по этой категории дел руководителей центральных органов военной юстиции, где решалось много таких дел. Наиболее полно она выражена в письме-обращении Главного военного прокурора, текст которого приводим полностью:

«ВСЕМ ВОЕННЫМ ПРОКУРОРАМ

Дорогие товарищи!

Громадные успехи социалистического строительства в нашей стране, превращение России нэповской в Россию социалистическую и, следовательно, окончательная победа социализма в городе и в деревне, не могли не вызывать бешеного ожесточения сопротивления классового врага и его агентуры, теряющих последнюю почву под ногами.