Чтение онлайн

Камал окидывает взглядом мою фигуру в домашнем платье. Непонимающе выгибает бровь.

– Я приготовила ужин. Ты не будешь против поесть дома?

Мне трудно говорить ему простые вещи, будто ничего не было. Будто всё, как всегда, и я никуда не уезжала.

Муж усмехается:

– Не против.

Снимает туфли, наклоняется ко мне, как делал всегда, когда я встречала его с работы, и замирает. Мне приходится сделать над собой усилие, чтобы коснуться его щеки губами…

Камал

Я вернул жену. Но я чувствую её отчуждение. Ломать не хочу. Не для того возвращал. И я даю ей время снова почувствовать себя хозяйкой и женой.

Да, внутри меня всё ещё плещется гнев, остатки того огня, который поджигал всё вокруг, когда она сбежала. Но я не хочу, чтобы наш брак был построен на страхе. Мне не нужна запуганная, забитая, безмолвная жена. Мне трудно, но я даю нам время.

Физически ощущаю, как она отвыкла от меня. Щеки не коснулась губами - клюнула. Ладно. Я не юноша пылкий. Свои желания могу сдерживать. Хотя и хочется немедленно утвердить свои права, как мужчины. Напомнить, кому она принадлежит душой и телом. Но хочу, чтобы Эниса сама пришла, поэтому сплю в своей спальне.

Я вижу, жена нервничает. Понимаю. Ждала другого. Но нет, дорогая, мы теперь будем играть не по правилам. Мы напишем свои правила и будем по ним жить.

Кожей чувствую, как в доме меняется атмосфера. Мария сияет улыбками, хотя и старается их прятать, когда меня видит. Эниса кормит меня завтраком.

– Присядь.
– киваю на стул напротив.

– Что-то не так?
– спрашивает, но без страха.

Этот побег неуловимо изменил её. Нет, она не стала дерзкой. И взгляд всё такой же мягкий, обволакивающий. Но я вижу другую Энису.

– Те таблетки...
– вот теперь она опускает взгляд и сжимает губы, в которые мне так хочется впиться. Прямо сейчас. Забыв про решение дождаться, пока сама придёт.

– Я...
– всё-таки начинает, но голос её подводит, и ей приходится прокашляться.

Не даю ей договорит.

– Я хочу сына, Эниса. И это главное в нашем браке. Не брачный договор, не бизнес, а дети.

Жена вскидывает взгляд и смотрим прямо мне в глаза, пока я продолжаю:

– Но я тебя услышал. Сегодня Матвей отвезёт тебя в клинику. Скажешь администратору своё имя, тебя везде проведут.

– Зачем?
– спрашивает тихо.

– Кто прописал те таблетки, что ты пила?
– щурю глаза.

– Никто. Сама купила.

Я так и думал.

– Теперь тебя обследуют и пропишут те, что тебе подойдут. Твоё здоровье - тоже моя ответственность, Эниса. Понятно?

Кивает, и её лицо удивительным образом меняется. В глазах удивление и... облегчение? Я видел, как она пыталась понять, что же движет мной.

Но для меня это был способ показать ей, что я готов идти навстречу. Да, я хочу детей, но мне важно, чтобы она тоже хотела. Без принуждения. Пусть это будет решением, которое мы примем вместе. Пусть это будет началом, но я уверен — это правильное начало.

Я не расспрашиваю Энису, как всё прошло. Это её, женское дело. Мужчины в это не лезут. Но её тихое «спасибо» за ужином сказало о многом.

Прошло ещё несколько дней, прежде чем она решилась войти в мою спальню.

Эниса тихо постучала и тихо открыла дверь:

– Камал, можно с тобой поговорить?

На жене лёгкий бледно-розовый пеньюар, воздушным облаком скрывающий фигурку. Жгуче чёрные волосы покрывалом укрыли спину и норовят соскользнуть вперёд, чтобы закрыть мне вид на глубокий вырез, который хочется сделать больше. Полу прозрачное кружево так сексуально подчёркивает два упругих холмика… тонкий поясок охватывает нереально тонкую талию. О… а моя жена и так может? Члену в боксерах моментально стало тесно.

– Можно.
– усмехаюсь, встаю и подхожу к ней.

Даже интересно, о чём моя жена говорить собралась. Она моментально срисовывает мой стояк под трико и заливается каской. М-ммм, хочу!

Подхватываю пальцем её лицо под подбородок, не даю спрятаться:

– Говори, Эниса.
– заглядываю в огромные глаза.

– Камал, - выдыхает, - ты разрешил мне принимать противозачаточные… Дело к осени. – я вижу, как ей тяжело сейчас сосредоточиться.

– Продолжай.
– склоняюсь ниже.

Её губы - это отдельный вид соблазна. Эниса упирается ручками мне в грудь, только подогревая возбуждение.

– Скоро сентябрь. Я хочу учиться...

Ах, вот оно что. Моя маленькая ведьма. Она точно знает, чего хочет.

– И-ии?
– наклоняюсь к её шейке и тяну носом одуряющий запах женского молодого тела.

Терпения больше нет. Рукой обхватываю её талию и прижимаю к своему паху. Упругие холмики касаются моей груди.

– И я хочу продолжить.
– выдыхает тихо.

– Ну давай посмотрим, как ты меня уговаривать будешь.

Подхватываю свою лёгкую ношу на руки и несу в постель... Моя!

Три года спустя

– Камал… у меня, кажется, схватки. – захожу в кабинет мужа, придерживая огромный живот, ставший каменным.

Почти сразу после нашего окончательного примирения Камал переделал свою спальню в нашу общую. Мы больше никогда не спали отдельно.

Моя комната стала чем-то типа моего кабинета, а его кабинет обосновался на первом этаже рядом со столовой.

Муж подскакивает из-за компьютерного стола, обшаривает мою фигуру глазами.

– В роддом?

– Да, наверное… - я растерялась.

Нет, я готовилась, я знала, как должно быть, и всё-таки растерялась. Камал подхватил мою сумку с вещами, помог выйти из дома, сесть в машину. Везёт очень аккуратно.

Да, я ещё учусь, но к третьему курсу в моей группе уже появились девочки беременяшки. Среди них моя Инга. Глядя на неё счастливую, мне вдруг тоже захотелось детей… Если девочки из самых обычных семей могут себе позволить, то я уж тем более. Но я больше не решаю сама такие вопросы. Я уважаю мнение моего мужа. Надо было видеть, какие у него были глаза, когда я спросила, не будет ли он против, если я перестану пить противозачаточные.

Мы планировали так, чтобы ребёнок родился летом, чтобы к началу учебного года я успела прийти в себя. Всё так и получилось. Ко всеобщему счастью, я забеременела почти сразу. Моя мама, наконец-то, успокоилась. Всё это время она мне выносила мозг о предназначении женщины в семьях нашего народа. Дошло до того, что я почти перестала с нею общаться… Я научилась прятаться за спину Камала. С ним никто не смел спорить или что-то в лицо высказывать. А мой муж принял мою сторону. Зато после объявления о том, что мы ждём ребёнка, на меня посыпался дождь из подарков, всеобщего обожания и любви.