Чтение онлайн

Сергей Белецкий, доктор исторических наук: «Тарасюк приходил в мушкетерском плаще, в широкополой шляпе с перьями, причем из-под нее торчали, естественно, нормальные цивильные брюки, обычные ботинки. Под мышкой у него несколько шпаг, кинжалы, и читал он нам, пацанам, лекцию под названием “Как и чем Д'Артаньян убивал своих противников”».

Юрий Ефимов, хранитель отдела оружия Государственного Эрмитажа: «Мы, мальчишки, работая в хозяйственной части, конечно, стремились к нему попасть, надеть доспехи, взять в руки меч, а я еще слушал спецкурс у него. Он все нам разрешал».

В Эрмитаже Тарасюк – фигура легендарная. Гений эпатажа с каким-то невероятным мушкетерским чувством юмора. Одну из молодых сотрудниц он убедил в необходимости заспиртовать скончавшегося сотрудника музея – на память потомкам.

Любовь Фаинсон, кандидат искусствоведения: «Я была бестолковой и доверчивой. Ничего не поделаешь, я еще плоховато соображала и стала ходить от должности к должности, объясняя – нужен спирт, чтобы заспиртовать заведующего отделением графики Евгения Григорьевича Лисенкова».

Михаил Пиотровский, директор Государственного Эрмитажа с 1992 года: «Одно из последних моих воспоминаний о Тарасюке – как он стреляет из пушек на юбилее моего отца. Он рассказывал, как он, якобы, давал указания пулеметчикам, которые сидели на 3-м этаже во время парадов. Я думаю, что никаких пулеметчиков во время парадов на крыше Зимнего дворца не было, хотя рассказ его казался очень правдоподобным».

Утром 1 апреля 1956 года Эрмитаж облетело трагическое известие – скончался хранитель Рыцарского зала, выдающийся знаток средневекового западного оружия Леонид Ильич Тарасюк.

Любовь Фаинсон, кандидат искусствоведения: «В малом подъезде есть щит с объявлениями. Если, не дай бог, кто-то уходил из жизни, то именно там был портрет в траурной рамке. Однажды Леня повесил свой портрет и написал, что он скоропостижно скончался после автокатастрофы. А рассчитано было на то, что я приду рано и начну собирать деньги на похороны. А тут он живой и явится и денежки мы совместно прокутим».

Михаил Пиотровский, директор Государственного Эрмитажа с 1992 года: «Это был стиль, который и шокирует, и нравится всем».

Шутки Тарасюка – всегда на грани фола. В стенах Эрмитажа со временем к ним привыкли, но Ленинград – это не только Дворцовая площадь. Когда генеральным секретарем партии был избран Леонид Ильич Брежнев, полный тезка «ленинградского Д'Артаньяна», эксцентричный хранитель не выдержал и вышел в народ. Теперь ареной для его розыгрышей стал весь город.

Георгий Вилинбахов, заместитель директора Государственного Эрмитажа: «У него был приятель, тоже историк, который занимался Средневековьем и мистикой, Владимир Ильич Райцис. Когда они с ним спускались в метро, Райцис шел впереди, а Тарасюк – сзади. Они громко вели диалог такого содержания: “Владимир Ильич, Владимир Ильич, ну куда же Вы? Я не успеваю за Вами, подождите, я Вас сейчас буду догонять”. – “Леонид Ильич, догоняйте, догоняйте, Леонид Ильич, догоняйте”. Так они и беседовали, до тех пора пока их не останавливал милиционер».

В смелости Тарасюку не откажешь. Ко времени, когда Леонид Ильич устраивал эскапады в ленинградском метро, у него за плечами были 3 года лагерей.

Жил Леонид Тарасюк на Невском, 100. На его двери друзья написали: «Здесь живет наш лучший друг Д'Артаньян де Тарасюк». И вот отсюда в 1959 году его и увели оперативники Комитета государственной безопасности. Тарасюка обвинили в том, что в 1952 году, то есть за 7 лет до ареста, он с друзьями в горном Крыму оборудовал пещеру с какими-то продовольственными запасами, где они надеялись пересидеть атомную войну или скрыться от возможного ареста. Шел конец сталинской эры, и Тарасюк естественно опасался гибели или попадания в лагерь. Через 7 лет это вскрылось.

Советская правоохранительная система не любила оправданий, и, несмотря на протест прокурора, обвинительный приговор остался в силе. Срок Тарасюк отбывал сперва в Тайшете, затем в Мордовии. Там он познакомился с униатским кардиналом Иосифом Слипым, который обучал его итальянскому языку. Слипый сказал Тарасюку как-то, что Папа Римский призвал его к Престолу святому, и он скоро уедет: «Я вас приглашу, и вы приедете к нам в Ватикан».

Освободившись в 1963 году, Тарасюк даже не мечтал попасть в Ватикан – это из области фантастики. Перед ним стояла только одна цель – вернуться в Эрмитаж, и она, ко всеобщему удивлению, осуществилась.

Любовь Фаинсон, кандидат искусствоведения: «У нас был необыкновенный директор – Михаил Илларионович Артамонов, археолог и человек больших знаний, очень простого происхождения, очень твердый. После того как Леня вышел из тюрьмы, он взял его снова на работу».

В знаменитой оружейке Ленфильма, где хранятся рапиры и другие образцы холодного и огнестрельного оружия, Тарасюк был всегда своим человеком. Он консультировал исторические фильмы, такие как «Двенадцатая ночь» Яна Фрида, «Гамлет» Григория Козинцева, «Начало» Глеба Панфилова (эпизоды с Жанной д'Арк). Он умел фехтовать, как фехтовали в XV–XVII веках. Он не просто перевоплощался в своих героев, он жил этой жизнью, и этим отличался от тех, кого сейчас называют «ролевиками», когда человек становится на время, предположим, дружинником, а потом садится за компьютер. Тарасюк жил в Средних веках. Он был Д'Артаньяном в Ленинграде ХХ века.

В 1972 году Леониду Тарасюку исполнилось 45 лет. Казалось, все плохое осталось позади. Он был директором музейного хранения Эрмитажа, блестящим переводчиком-синхронистом, консультантом художественных фильмов. Романтическая фигура, известная всему городу и любимая им. Но ему не хватало одного – возможности увидеть те священные камни Европы, которым он всю жизнь поклонялся. И он подал заявление на отъезд из Советского Союза.

Георгий Вилинбахов, заместитель директора Государственного Эрмитажа: «Он написал не просто заявление в духе: “Прошу меня уволить в связи с тем-то и с тем-то”. Он решил сначала передать коллекцию».

Михаил Пиотровский, директор Государственного Эрмитажа с 1992 года: «Это был исключительно порядочный и деликатный человек. Он всегда старался учитывать интересы Эрмитажа и тех, кто работал вместе с ним. Сделать все так, чтобы никто в результате его действий не пострадал, было очень важно для него».

Два года Тарасюка не выпускали. В конце концов, вмешалась международная общественность, в частности, знаменитый американский сенатор Джексон [9] . И в 1973 году Леонид Ильич покинул Россию навсегда.

Тарасюк обосновался в Соединенных Штатах. Во всемирно известном нью-йоркском музее «Метрополитен» он работал над экспозицией средневекового оружия, руководствуясь теми же принципами, что и при создании Рыцарского зала в Эрмитаже.

Михаил Пиотровский, директор Государственного Эрмитажа с 1992 года: «“Метрополитен” – это серьезнейшее учреждение, туда берут специалистов экстра-класса. Я много раз бывал в “Метрополитене” и слышал отзывы о Тарасюке. Он был сразу же воспринят как ученый очень высокого уровня».