Чтение онлайн

И пускай я тороплю события … Возможно. Но я себе не прощу, если не попытаюсь. Набираюсь смелости, будто это как-то поможет и даст дополнительные очки удачи. А дальше, как в тумане, пальцы сами находят буквы, предлагая немыслимое.

– А может встретимся?

Я долго исправляю сообщение, то ставлю смайлик в конце, то убираю, то скобочку, потом понимаю, что лучше без нее. В итоге отправляю прямо так. Сухой вопрос. Четко и по делу. Мне неловко, я стесняюсь и с нетерпением жду ответа, боясь увидеть на экране отказ. Слишком давно у меня не было такого чувства. Я бы даже сказала, что никогда. Мне ж было около шестнадцати лет, когда мы с Максом познакомились. Да, у нас долго длилось нечто похожее на дружбу, потом вроде начались отношения, хотя мы еще долго спорили насчет этого. Макс утверждал, что серьезно у нас стало на годик позже, чем все то время думала я. Потом мне досталась квартира, и Макс предложил съехаться. По факту у меня не было периода подростковых влюбленностей и душевных терзаний. А до этого мальчики в контексте держаний за ручку и объятий меня не интересовали. Как-то и без этого не скучно было.

– Давай, – приходит ответ сразу же, как мое сообщение оказывается прочитанным.

Ликование не знает предела. Само собой тело начинает идти в пляс, на лице проступает улыбка, а потом начинает лихорадить от волнений, перечеркивающих всю радость. Возникает слишком много «а вдруг». А вдруг он окажется другим при встрече? А вдруг я ему не понравлюсь, и он разочаруется? А вдруг нам не о чем будет говорить? …

Слишком много нюансов. Поэтому, чтобы не упрощать себе жить и начать переживать еще сильнее, я вновь инициативно пишу Артему.

– Завтра?

– Воу, – ожидаемо удивляется он, хотя я сама удивляюсь этому же, поэтому не осуждаю. – Ну … давай попробуем, – после некоторой паузу отвечает он.

А я, только зацепляя краем глаза его ответ, срываюсь с места, отбрасывая в сторону плед и вскакивая одним движением с кровати. Бегу мыться, делать всякие масочки для лица и волос, разгребать шкаф в поисках хорошего наряда, искать свои любимые духи, которых осталось не так много, поэтому в пользование они идут исключительно по праздникам.

Пока я занимаюсь бессмысленными, но успокаивающими приготовлениями, мне, наконец, перезванивает отец.

– Привет, моя принцесса. Как дела?

– Привет. Нормально. Как мама?

– Да … тоже ничего, – мешкается отец, как и обычно при подобных вопросах. – Ты звонила мне? Прости, не мог ответить, был …

– Занят, – перебиваю я, не давая отцу возможность договорить и так очевидную вещь. – Я знаю.

– Что-то случилось?

– Интересная ситуация произошла. – Начинаю я издалека, пытаясь подобрать хоть какие правильные слова для объяснения, но таких, мне кажется, вообще не существует. – Я была в ресторане, и ко мне подошла женщина. Она говорила про Макса.

– Да опять ты про него, – моментально выходит из себя отец, и его бешенство ощущается даже через телефон.

– Его посадят? – Я не сдаюсь, целясь прямо в лоб своим вопросом.

– Да какое тебе дело? Посадят, не посадят, забудь уже про него.

– Нет, ответь на вопрос. Я не хочу человеку вот так ломать жизнь. Он не натворил столько, чтобы так жестоко его наказывать. Макс за всю жизнь не расплатится за свой проступок. Да, он повел себя некрасиво, но, пап, месть тоже не выход.

– Он расстроил тебя.

– Ну и что? Он расстроил, я погрустила. Сейчас мне все равно, что с ним и как он. Но тюрьмы он не заслужил. Макс и так потерял … меня, – перехожу я к козырям, зная, как отца можно убедить.

– Хорошо, я подумаю, что можно сделать, – недовольно ворчит он и бросает трубку.

Еще одно дело завершено. Ура. Никогда не была альтруистом или человеком милосердия, но я всегда выступаю за справедливость. Надеюсь, теперь у Макса все будет хорошо. Зла я на него не держу и рушить жизнь не собираюсь. Пусть мы и не сошлись, оказавшись совершенно чужими друг другу людьми, но я думаю, что он должен быть счастлив.

И кстати о счастье моем … Пора спать, чтобы завтра быть свежей и доброй, во всей готовности покорять принца. Жаль, что отпрашиваться с работы уже поздно, а то я бы освободила себе денек. Можно, конечно, внезапно заболеть, но я не из тех, кто в угоду своим мимолетным желаниям будет подставлять других. Но «когда-нибудь я повзрослею», – как говорит отец.

Наступает день икс. Сегодня привозят новых детей, заранее никого не предупредив. В комнатах не хватает кроватей, так что мы со слесарем переносим запасные кровати с первого этажа на второй по деревянной витой лестнице. Сначала каркасы с трудом заносим наверх, постоянно останавливаясь и переворачивая их, ведь просто так они пролезают по ширине, царапая и так непрезентабельные обои. Затем приходится носить (также в четыре руки) основание кровати, а после и матрас. Все старое, глубоко советское, отчего и безумно тяжелое. Но мы справляемся. И под конец дня, пока дети ужинают, я без сил валяюсь на диване первого этажа.

А ведь впереди еще свидание. Нужно собраться с силами. Взять резерв с неких будущих дней, а там уже я как-нибудь договорюсь с собой.

Это занимает больше времени, чем я планировала. С первого раза не могу завести машину, ведь не попадаю ключом. Потом практически засыпаю в ожидании, пока машина прогреется. Выезжая, попадаю на бордюр, из-за чего застреваю на месте и теряю еще время и силы. Глаза ничего не видят, руки не делают, а мозг вообще в шоке от всего, что происходит.

И приходит сообщение от Артема.

Все идет по плану. Ожидания не сходятся с реальностью.

Глава 14

В полной уверенности, что нужно отменять планы и переносить на другой день, желательно чтобы он был еще и выходным (немного разумного тоже не помешает), я беру в руки телефон.

«Я уже жду тебя» – пишет Артем.

Планы отменить не получится. Придется разворачиваться и ехать на другой конец города, ведь неподалеку от дома я отказалась встречаться. Дорога занимает около двадцати минут. И каждая из них давит на меня стыдом, создавая чувство неловкости. Было бы можно, ушла бы куда. Вот прямо из машины. Но от себя не убежать. Ненавижу куда-то опаздывать.

Я, наконец, подъезжаю ко входу в кафе, где все еще ждет меня продрогший Артем. Он замечает меня не сразу. Зато я сразу понимаю, что он – это он, даже не видя его фотографии заранее. Назначенное место, одинокая роза в руках, голова, опущенная вниз, и нога, выводящая на асфальте фигуры – все признаки.

– Привет! – Пытаюсь изо всех сил радоваться я нашей встрече, приглаживая растрепанные ветром волосы.

– О, привет, – понуро отвечает он. Пока я предпочитаю не замечать его настроения. Мало ли человек устал или замерз. А вот по ходу беседы уже все станет ясно.

– Зайдем? – Показываю я на кафе, делая жест рукой.

– Да, пошли, – сообщает мне Артем без энтузиазма. – Это тебе, кстати.

Роза, свесившая бутон, оказывается в моих руках. Вроде и приятно, но как будто можно было и не дарить.

Мы садимся за столик, и официант сразу же приносит меню. Цены радуют своей демократичностью. Но особенно поднимает настроение предвкушение от еды, залетающей мне в рот и тающей в нем же. С Артемом мы не общаемся, даже не смотрим друг другу в глаза, усердно изучая меню, ну или делая вид. Когда официант отходит от стола, то разговор так и не начинается. Артем то и дело поглядывает по сторонам, будто кто-то должен прийти и спасти его из лап кровожадной колдуньи, то есть меня.