Без права на реабилитацию
Шрифт:
«... немецкие охранно-полицейские власти обязуются освободить всех политических украинских пленных и арестованных, чтобы физически сохранить их для решительной борьбы против большевиков...
ОУН — бандеровская группа представляет в распоряжение немецкой договаривающейся стороны собранный своей разведкой агентурный материал против поляков, коммунистов и большевизма и предоставляет немецкой договаривающейся стороне возможность использовать этот материал и проводить карательные операции соответствующим немецким интересам способом.
ОУН — бандеровская группа получает свободу действий в своей организационной деятельности.
Обеспечение свободной деятельности касается: пропагандистской, организаторской и военно-подготовительной работы с категорическим ограничением затрагивания немецких интересов. Подготовительная и военно-организационная работа распространяется исключительно на будущую борьбу против большевизма или на боевые задания, поставленные и указанные организацией со стороны немцев., с немецкой стороны будет предоставлена бандеровской группе возможность вводить свои войсковые единицы против советских банд и против советских военных мероприятий». (Арх. спр. №372, т.36, арк.1–10).
У зв’язку із зазначеною домовленістю командир поліції безпеки генерал-майор Бреннер 06.04.1944 р. видав наказ «Обращение со служащими националистической повстанческой армии (УПА)», в якому повідомив, що:
«...начатые некогда переговоры с руководителями украинской повстанческой армии в районе Деражне успешно проводятся сейчас также в районе Вербы.
Пришли к согласию:
Солдаты УПА не будут нападать на немецкие подразделения. УПА засылает лазутчиков, преимущественно девушек, в районы, занятые врагом, и сообщает результаты 1 ц (разведотделу) боевой группы. Пленные Красной Армии, а также советские банды передаются 1 ц для допроса, местные чуждые элементы используются боевой группой на работах. Чтобы не мешать этому необходимому для нас сотрудничеству, приказано:
1) Разрешить беспрепятственный переход агентам УПА, имеющим пропуска, подписанные капитаном Феликсом, или выдающим себя за члена УПА. Оружие у них не отбирается. По требованию агентов представлять им быстрейший доступ к 1 ц боевой группе.
2) При встрече с немецкими отрядами члены частей УПА дают себя узнать знаком — держат левую руку с растопыренными пальцами перед лицом, таковых не задерживать, это означает их взаимопонимание.» (Арх. спр. №372, арк. 36–37, т. 37, арк. 335–336).
У звіті штурмбанфюрера «СС» доктора Вітіска від 05.02.1944 р., відправленому командуванню в Берлін і Краків, повідомлялось:
«...никакой помехи немецкому подвозу не должны чинить УПА на территории ХІІ — АК на основании договорённости полицейских служб с руководителями банд.
3) Даю для сведения запись оперативной группы Ц полиции безопасности и СД от 05.03.1944 г., направляемую в войсковую группу Юга, касающуюся переговоров с УПА. Запись была доставлена упомянутой сетью связистов в распоряжение местных органов.
До сих пор в различных местностях происходили успешные переговоры с УПА. Целый ряд агентов был до сих пор расставлен УПА и они доставляли полноценные сведения. Гарантируется активная борьба. В некоторых случаях сообщения об успехах отрядов УПА перепроверили. Из высказываний пленных выясняется, что Красная Армия направила ряд батальонов для борьбы с националистическими украинскими бандами, и что их войска несут большие потери от нападений УПА.
В советском тылу группы УПА успешно мешают подвозу. С местными группами была до сих пор договорённость о доставке советских пленных для допроса, о борьбе с советскими бандами и насаждении агентов. Уполномоченный Центра, начальником связи ко мне посланный (капитан Феликс), просил, чтобы независимо от этого положения дел договорённости с УПА как с военной организацией оставались в силе. УПА утверждает, что она в состоянии поднять общеукраинское восстание против Советов, если последует договорённость с немецким руководством, и может выставить 10 000 человек. В остальном УПА будет выставлять требования в каждом случае отдельно» (Арх. спр. №372, т.36, арк. 46–49).
Окружний керівник Нерінг у радіограмі з Каменка — Струмилова повідомляв губернатора Галичини 2.4.1944р.:
«После предыдущего соглашения меня посетил сегодня на квартире руководитель организации УПА в районе Каменка. Он носит псевдоним «Орёл» (Адлер), 26 лет, заслужил в дивизии «СС» «Мёртвая голова» Железный Крест 1-й степени, знак отличия участников пехотных штурмовых атак и серебряный знак отличия раненых. Во время обсуждения, в которых временно принимал участие и здешний полевой комендант полковник Мейлер, были вынесены конкретные решения о сотрудничестве в разведке и тактике в борьбе с большевистскими бандами. Командир УПА получил оружие и боеприпасы.» (Арх. спр. №372, т.36, арк. 61–62).
У рапорті від 4.4.1944 р. «Сотрудничество с УПА в районе Равы-Русской» повідомлялось, що під час переговорів з бандерівцями вони «объяснили командиру разведывательного звена, что они нашли со стороны вермахта полное понимание их дела и сожалеют, что с полицией ещё не достигнуто единство. Их планы направлены не к тому, чтобы работать во вред немецким интересам, а против действующих на всём пространстве русских, в первую очередь польских банд. Чтобы подчеркнуть своё сотрудничество с немецкими силами, бандиты упомянули о том, что они никоем образом не нарушали коммуникации и подвоза на восток, хотя имели возможность производить взрывы на железнодорожных путях и нападения на немецкие колонны.» (Арх. спр. №372, т. 36, арк. 67–72).
В інформації від 04.04.1944 р. командиру поліції безпеки і СД повідомлялося із Рави-Руської:
«04.04.1944 г. в местной службе стало известно, что вблизи деревни Бутыни 687 обойдена, окружена и заключена в мешок людьми УПА большая группа советских русских, около 60 человек. Русские засели в траншеи, так что людям УПА при недостатке тяжелого оружия стало невозможным уничтожить русских; даже взять в плен. Последние вступили в переговоры с людьми УПА с целью добиться свободного отхода, но люди УПА не пошли ни на какие условия и объяснили русским, что они будут расстреляны при любых условиях. Одновременно через связных было высказано мнение, что немецкие власти, особенно полиция, больше заинтересованы УПА, которая по той же линии, как и немцы, борется с советскими. (Арх. спр. №372, т. 36, арк. 73–75).
У німецькому трофейному документі від 08.04.1944 р. зазначено, що до німецьких властей в Сокалі звернулися з пропозиціями представники УПА про те, що «они готовы отдать себя в распоряжение немцев при следующих условиях:
1) Им должна быть разрешена борьба против большевистских и польских банд.
2) Им необходимы вооружение и боеприпасы для приблизительно 4000 чел., которые им должен был поставить вермахт. Их силы составляют сейчас около 800 человек, вооруженных карабинами. Командиры банд сообщили, что они уже уничтожили группу в 30 человек и захватили много советских русских агентов, некоторых из них ликвидировали.» (Арх. спр. №372, т. 36, арк. 99–101).
У документі від 08.04.1944 р. повідомляється, що штурмбанфюрер СС Шлиптц 1-Ц (розвідвідділу) бойової групи інформував командування про те, що він:
«из-за потребности расширения сети связистов вступил в связь с малыми группами — бандитами УПА, чтобы использовать их против советских банд и Красной Армии в разведке и диверсионных группах, первые попытки сопровождались успехом. В общем выдано с ведома служб вермахта 70–80 винтовок, 4 пулемёта и около 10 000 патронов.» (Арх. спр. №372, т. 36, арк. 118, 119. Переклад документа віддрукований російською мовою).