Чтение онлайн

— Да, конечно. Одну минуту.

Повинуясь внезапному порыву, говорю:

— Не могли бы Вы принести их мне? Я буду в раздевалке. Два, пожалуйста. Большое и среднего размера.

Колеблется. Ещё бы. Представляет себе, наверное, помещение, полное полуголых мужиков. Успокаиваю её намеренно небрежным тоном:

— Там никого нет. Только я, — время позднее, будний день.

После паузы отвечает, явно нехотя:

— Хорошо.

Так же, не торопясь, возвращаюсь в раздевалку. Зайдя, кликаю выключателем света, расположенным сразу у входа.

Помещение заполняет вязкая темнота. Только слабые лучи, идущие из-под закрытой двери в душевую, позволяют, при должном усилии, разглядеть очертания окружающих предметов.

Через несколько минут раздаётся стук в дверь. Я молчу.

Стук становится громче. Голос новенькой:

— Простите? — опять стучит. — Я принесла полотенца, — ответом ей служит гробовая тишина.

Решайся уже. Заходи!

— Эй?… Есть тут кто-нибудь?

Дверь приоткрывается, ненадолго запуская внутрь полоску света из коридора. Проходит, осторожно ступая.

Попалась! Мысленно ликую.

Оснащенная доводчиком, дверь в раздевалку захлопывается. Опять темно.

Где-то на грани подсознания мелькает мысль. Детский сад, Захар Андреевич! Детский сад. Раздражённо отмахиваюсь от неё, как от надоедливой мухи. Во мне бурлит какой-то странный… адреналин.

— Прошу прощения? — повышает голос.

Бесшумно покидаю своё укрытие. В два шага сократив расстояние между нами, уверенно беру её за плечи и прижимаю к шкафчику.

Ожидаемо, пугается. Трепыхнувшись в моих руках пару раз, замирает.

— Не дёргайся, — шепчу ей в губы. — Я не сделаю тебе ничего плохого.

Фиксирую запястья, прижав их к поверхности за её спиной.

Её грудь лихорадочно вздымается, соприкасаясь с моей. Набирает в лёгкие воздух, чтобы что-то сказать.

Но я не даю. Резко прижимаюсь к её приоткрытому рту своим. Мысленно стону. Пи*дец, конфетка. Не удержавшись, облизываю мягкие полные губы. Настоящие? Ещё один пункт из моего списка «непривычно».

Она не шевелится. Просто стоит, замерев как птичка, зажатая в ладони.

Осмелев, проникаю языком между её зубов. Там влажно и горячо. Резко выдохнув ей в рот, целую в полную силу. Слабо дёрнувшись, начинает отвечать мне.

Давай, детка. Вот так. Давай.

Осторожно отпускаю одну её руку. Она остаётся в том же положении, что и была. Как будто мы играем в «море волнуется раз», приходит странная до глупости мысль.

Резко сжимаю её грудь свободной рукой. Настоящая!? Вот это джек-пот.

Она будто приходит в себя. Вырывает вторую руку из моей ладони. Резко толкает меня в солнечное сплетение.

Отшатываюсь, по дороге снося скамью. С грохотом она валится на пол.

Её голос громкий, но как будто надтреснутый, разрезает тишину пустой комнаты.

— Что ты творишь!? Нельзя трогать меня без разрешения!

Начинаю ржать. Бесконтрольно. События минувшего дня пополам с усталостью обрушиваются на меня.

— Без разрешения!? — мой смех нервный, почти истерический. — Мне не нужно твоё разрешение. Твоё тело сказало всё за тебя.

Подхожу ближе, намереваясь закончить начатое. Хватит ломать комедию.

Изо всех сил ударяет меня по щеке. Моя голова, дёрнувшись, отлетает вправо.

Сука. Ярость наполняет всё моё существо.

— Какого чёрта? — тоже повышаю голос.

Дверь в раздевалку открывается. Кто-то включает свет.

— Что здесь происходит?

Проморгавшись от вспышки, ударившей в глаза, узнаю старшего администратора клуба. Она дежурит сегодня на другом этаже, у бассейна. Кажется, она также директор по персоналу.

— Что происходит? — повторяет свой вопрос.

Новенькая молчит. Её грудь высоко вздымается. Короткие пряди волос выбились из-под дурацкой чалмы. Брюнетка…

Мой голос как гром среди ясного неба.

— Что происходит? А происходит то, что сотрудник вашего клуба ворвалась в мою раздевалку без разрешения.

Глаза новенькой округляются. Уверенно продолжаю. Я словил «волну», как это бывает со мной в зале суда.

— … и попыталась навязать мне сексуальный контакт.

Директор по персоналу в шоке поворачивается к «чалме».

— Это правда?

«Чалма» молчит, как воды в рот набрала. Чего не скажешь обо мне. Рублю с плеча.

— Чистая правда. Можете проверить камеры.

Администратор, впечатлившись уверенностью моего тона, командует.

— Альбина, за мной.

Обращается ко мне:

— Прошу прощения за доставленные неудобства. Мы разберёмся в ситуации.

Оставшись один, пинаю ногой упавшую лавку. Какого хрена? Всё так хорошо начиналось. Вечер обещал стать незабываемым.

Принимаю душ, затем иду в сауну. Пропотев, как следует, и будто заново родившись, ныряю в прозрачные воды бассейна. Несколько минут энергичных взмахов руками, и я готов идти дальше.

На выходе из клуба меня останавливает та самая администратор:

— Захар Андреевич, — успела-таки вспомнить моё имя. Люблю профессионалов.

— Ещё раз прошу прощения за произошедшее недоразумение. От лица нашего клуба и в знак глубочайшего раскаяния я бы хотела вручить Вам сертификат на полный курс массажа. Массажный кабинет находится на третьем этаже. Можете посетить его в любое удобное для Вас время по предварительной записи.

Сдержанно благодарю её. Пусть думает, что клиент всё ещё недоволен.

— А что с…? — киваю на пустующую стойку ресепшн.

— О, не беспокойтесь. Альбина уволена. Вернее, её стажировка окончена.

Ого. Вот это клиентоориентированность, однако.

На стоянке обнаруживаю, что правое переднее колесо моей машины спущено. Подсвечивая фонариком, нащупываю прокол в протекторе. Что за хрень?

Подойдя к багажнику за «запаской», с удивлением читаю на заднем стекле нарисованное чем-то красным: «Я — МУДИЛА». Что за чёрт!?

Растирая между пальцев губную помаду, которой, по всей видимости, начертана злополучная надпись, я чётко осознаю: это не совпадение.