Чтение онлайн

Она задирает ногу вверх, грациозно вытягивая носок. Обнимаю её за голень. Второй рукой стягиваю колготки. Одновременно покрываю внутреннюю часть ноги лёгкими поцелуями. Её тут же обсыпает мурашками. Мучительно дёрнувшись, пытается сжать бёдра. Не даю.

Откидываю этот бесполезный кусок нейлона куда-то назад, вглубь комнаты. Целую её пальчики. Она хихикает, вырываясь.

— Захар. Ай! Захар. Щекотно!

Ложусь на неё сверху, вдавливаясь прямо в трусики.

— Ещё никогда женщина столько не смеялась, будучи со мной в постели.

Улыбается.

— Ты немного того, в курсе? — убираю прядь, упавшую ей на глаза.

— Ага.

Тянется ко мне. Ласкает губы короткими жалящими поцелуями. Начинает расстёгивать пуговицы на моей рубашке. Приподнявшись слегка, помогаю ей.

Снимаю рубашку. Она отправляется туда же, к колготкам.

Альбина оглаживает руками мой голый торс. Грудь, живот. Забирается под пряжку ремня. Рефлекторно напрягаю мышцы. Они перекатываются под её пальцами, создавая лёгкую волну.

Облокотившись на руки, заглядываю ей в глаза.

— Уверена? Ещё не поздно отмотать плёнку.

Отрицательно качает головой.

— Уверена. Я хочу быть с тобой.

Присев, резкими лихорадочными движениями расстёгиваю ремень. Она лежит, раскинув ноги. Замечаю влажное пятно на её нижнем белье. Яйца в штанах болезненно поджимаются.

Провожу пальцем по ластовице трусиков. Ещё. Давлю сильнее.

Перевожу на неё фокус. Не дышит, приподнявшись на локтях и наблюдая за моими движениями. Соскальзываю за кромку её белья. Пробираюсь в самую сердцевину. Откинув голову назад, она делает свистящий вдох.

Стягиваю с неё белье. Замерев на несколько секунд, любуюсь розовым совершенством между её бёдер. Ну конечно. Она и здесь — идеальна.

Пытается прикрыться. Убираю её руки.

— Не надо стесняться. Ты очень красивая. Везде…

Избавляюсь от брюк и трусов. Обхватываю рукой напряжённый член. Поглаживая его вверх-вниз, прошу:

— Сними его, — имею в виду её бюстгальтер. Это единственный предмет одежды на нас сейчас, и он — явно лишний.

Заводит руки за спину, цепляет крючки. Ещё мгновение — и мы оба полностью обнажены.

Тянусь к своим брюкам. Там в кармане презерватив. Сегодня вечером я… рассчитывал провести время с Марго. Иногда мы делаем это. Ничего серьёзного, просто секс. Так сказать, взаимовыгодное сотрудничество.

Сейчас я как-то чётко и ясно осознаю, что это лишь суррогат. Сахарозаменитель вместо сахара. Соевый бифштекс против стейка Рибай.

Разорвав пакетик зубами, натягиваю защиту. Она неотрывно следит за каждым моим движением, как будто от этого зависит её жизнь.

Припадаю губами к её шее. Губами прокладываю цепочку поцелуев к груди.

Альбина мелко дрожит. Моё обнажённое тело соприкасается с её в самых интимных местах, и это, без преувеличения, прекрасно.

Внезапно она шепчет как-то по-детски уязвимо:

— Ты ведь не сделаешь мне больно?

Оторвавшись от неё, нахожу взглядом её глаза. Похоже, она напугана? Мой маленький храбрый портняжка чего-то боится?

— Конечно, нет.

Нежно целую её в губы. Она зажмуривается. Я — нет. Внимательно слежу, как разглаживается складка между её бровей.

Одновременно, придерживая член рукой, провожу горячей головкой по её промежности. Пусть привыкнет немного. Почему-то мне очень не хочется делать ей неприятно каким-либо образом. Хочется быть… нежным?

Чувство для меня в принципе — нехарактерное. Разве что Арчи достаётся от меня порция искренней ласки время от времени. С остальными я просто… действую по протоколу.

Живя в социуме, я чётко усвоил, что нужно соблюдать определённые правила. Говорить «спасибо» и «пожалуйста». Поздравлять с днём рождения и новым годом. Улыбаться при встрече. Дарить женщине цветы и целовать её в постели. Это вошло в своего рода привычку и делается мною на автомате. Однако, я могу это делать, а могу — и не делать. Здесь и сейчас, в постели с Альбиной я ловлю себя на странной мысли, что мне хочется её целовать.

— Не бойся.

Последнее, что я говорю, прежде чем опуститься на локти и обнять её плечи. Я зажимаю их в своих руках, как бы транслируя — «всё хорошо».

Обвивает меня ногами, устраиваясь пятками на моих ягодицах. Я легко проникаю внутрь. Когда достигаю конечной точки, возвращаюсь назад и толкаюсь резче. Она выгибается дугой.

Постепенно наращиваю темп. Убедившись, что она полностью расслабилась, разрываю кокон из своих рук. Она поднимает веки.

Шепчу ей:

— Ты очень красивая…

Смотрит на меня серьёзно.

Присаживаюсь вертикально и приподнимаю её бедра в воздухе. Она рефлекторно выгибается ещё сильнее. Впадины под рёбрами очерчиваются максимально чётко. Закидывает руки себе за голову, упираясь в изголовье кровати.

Ловко подкладываю подушку, валяющуюся тут же, в постели, ей под поясницу. Начинаю ритмично нанизывать её на себя. Она стонет.

Это так красиво сейчас, что у меня в груди ёкает, как при резком спуске с большой высоты.

— Потрогай себя, — практически выдавливаю из себя. Слова стоят комом в горле.

Она нерешительно протягивает правую руку вниз. Ободряюще киваю. Задираю одну её ногу к потолку. Целую свод изогнутой изящно стопы.

Альбина закрывает глаза, начиная ласкать свой клитор лёгкими круговыми движениями. Я сглатываю.

Когда она достигает оргазма, содрогнувшись в моих руках, наваливаюсь сверху. Прижимая её всем телом к поверхности кровати, делаю несколько финальных толчков.

Утыкаюсь ей в шею, тяжело дыша. Альбина поднимает руку и нежно гладит меня по волосам.

Я в раю.

Альбина

Захар обнимает меня, тесно прижавшись сзади. Лёжа на боку, упираюсь взглядом в стену. Глажу его руку. Легонько царапаю кожу ногтями.

Меня так давно никто не обнимал. Простейшая форма физического взаимодействия, казалось бы. Но такая важная.

Говорят, обнимая кого-то, можно стать чуточку счастливее. Беда в том, что долгие годы, помимо Мадинат, мне попросту некого было обнимать.

Я не знаю, что говорить. Да и не хочется. Сейчас я буквально утопаю в неге, как вишенка в вазочке с подтаявшим мороженым. Захар нарушает молчание первым: