Чтение онлайн

– Верно мыслишь, - согласился Ляпунов.
– Может, вон туда встанем, между балков?

– Там тоже будет видно, если кто-то на край карьера выйдет. Лучше в ворота сарая заехать.

– А протиснешься? Там одна створка открывается, а вторая завалена наглухо.

– Попробую. Только гляньте, чтоб ничего колющего под задние колеса не попало...

Ничего колющего не оказалось, и "Ниссан-Патрол" кое-как проскользнул внутрь сарая. Теперь можно было закрыть вторую створку, и шибко шикарная техника уже не смогла бы смутить случайных грибников, если б они вдруг заглянули в карьер.

Так и сделали.

– Этот тип сколько спать будет?
– спросил Юрка.

– Прилично, - отозвалась Мила.
– Часа три кряду.

– Но все равно успеет проснуться раньше, чем его заберут...

– Еще одну вколем, это не проблема...

Прошло несколько минут, и мобильный издал писк.

– Рановато!
– озабоченно произнес Сергей, прежде чем отозвался:

– Слушаю!

Что ему говорили, слышал только он сам, а все прочие напряженно следили за тем, как на лице Ляпунова появляется хмурое выражение. Должно быть, возникли какие-то непредвиденные обстоятельства или даже осложнения. Наверно, если б Сергей задавал какие-то вопросы собеседнику или, наоборот, отвечал ему, то соратники могли бы догадаться, о чем речь идет, но Ляпунов лишь выслушивал чей-то монолог.

– Все понял, - сказал он под конец разговора и закрыл крышку телефона. Сразу после этого на него вопросительно уставились сразу четыре пары глаз. Вслух никто спрашивать не решался, но бойцы явно ждали ответа на свой немой вопрос.

– Так, - мрачно произнес Сергей.
– Маленькие сложности по жизни. Получается, что нам надо быть сразу в двух местах. Один человек такого проделать не может, но пятерым разделиться можно. Топорик и Алик поедут со мной, а Таран с Милкой останутся здесь. Приговор окончательный и обжалованию не подлежит. Вопросов не должно быть, все равно не отвечу.

– Это понятно, - произнес Юрка.- Телефона, конечно, не оставите?

– Конечно, не оставим. По идее, приедем довольно быстро. А вам лезть в эфир без мазы. За то, чтоб наш гость не убег и не попал в чужие руки, отвечаете головой. Никто серьезный вас здесь не найдет, а несерьезных, надеюсь, сами отошьете. В конце концов, сойдете за влюбленных.

– Приятно слышать, - хмыкнула Милка.
– У нас, Юрик, вообще сплошная любовь на уме. Жалко, блин, что сыро!

– Ничего, - подыграл Таран, - перетерпим!

– Ну вот и отлично, - буркнул Ляпунов.
– Приятного вечера, вылезайте из машины и отворяйте ворота! Если будете замерзать, разрешаю в балок зайти. Там посуше... Да! Вот еще что! Оставлю-ка я вам ключи от кузова и от двери бункера. На случай, если мы задержимся, а клиент проснется через три часа и, допустим, захочет в сортир. Можете его вывести наверх, но только внутрь сарая. После этого опять уколете - и на то же место до нашего возвращения.

Юрка с Милкой открыли ворота, Топорик выехал из сарая, а затем газанул и быстро покатил к выезду из карьера.

– Пошли, что ли, в балок, - предложила Милка, - а то тут и правда отсыреешь! Тем более я, блин, от юбок отвыкла...

Таран кивнул, и они почти бегом перебежали несколько десятков метров, отделявших сарай от ближайшего балка. Дверь открылась без проблем, никакого замка на ней, конечно, не оказалось. Но стекла в окнах сохранились, и крыша действительно была не худая. Мебели, конечно, не имелось, за исключением маленького столика, привинченного к стене у окна, справа от двери. Очень порадовало, что никакой бомж не попользовался вагончиком в качестве сортира. На первый случай сойдет...

КРУТАЯ ПАРА - ГУСЬ ДА ГАГАРА!

– Отсюда сарай как на ладони, - сказала Милка.
– Если этот вдруг выберется - враз заметим.

– Ни хрена он не выберется, - мотнул головой Юрка, - легче, блин, зубами подкоп выкопать...

– Это точно!
– ухмыльнулась напарница.
– Вполне можно было всем уехать. А то сиди да скучай, дожидайся у моря погоды...

– Если б еще было на чем сидеть, - проворчал Таран.
– Надо было из "буханки" хоть одно сиденье сюда притащить. А теперь хрен - заперто!

– Может, в других балках что-нибудь нашарим?- предположила Милка.

– Другие торцами к сараю стоят, не присмотришь так, как отсюда.

– Ну тогда перенесем сюда!
– энергично заявила Мила.
– Пошли!

Ежась от моросящего дождика, перебежали к соседнему балку. Там даже столика не уцелело, к тому же часть пола была выломана и окна побиты. Перескочили к третьему. С этого не только пол, но и часть обшивки ободрали, да и с крыши посдирали покрытие. А вот в четвертом, куда заходили уже безо всякой надежды "что-нибудь нашарить", совершенно неожиданно обнаружили старинный дерматиновый диван, без спинки и валиков, облезлый и потрескавшийся, но вполне пригодный для того, чтоб сидеть на нем.

– То, что доктор прописал!
– констатировала Милка.
– Взяли!

Конечно, диван оказался тяжелый, и для того, чтоб перетащить его из вагончика в вагончик, пришлось попыхтеть, тем более что двери были узкие. Но зато, когда дотащили, настроение сильно улучшилось. По крайней мере, комфорту прибыло.

– Во, - порадовалась Милка, усаживаясь, - сидеть иногда приятно, если не в тюряге! Пожалуй, и прилечь можно, если надо!

И хмыкнула, подмигнув Тарану.

Юрка уселся и сказал:

– Прилечь хорошо после сытного обеда и где-нибудь дома. А то, блин, это мороженое и сок - одно расстройство, а не жратва.

– Это ты прав, - кивнула Милка, которая сама любила покушать.
– Калории в мороженом, конечно, есть, но я бы сейчас пару котлет с картошечкой навернула. Ну, ничего, на ужин-то нас доставят, я думаю?

– Я лично, - вздохнул Юрка, - морально готовлюсь к завтраку. Меня этот звонок Ляпунову именно на такую мысль настраивает. Что-то у них не склеилось, по-моему!

– Фиг его знает, - мрачно произнесла Милка.
– Наше дело сидеть и ждать. Хотя на фиг это нужно - неизвестно. Клиент и так, блин, никуда не денется.

– Ну, оставлять его просто так, конечно, нельзя,- возразил Таран.
– Мало ли, еще зайдет кто-нибудь, а он выть или орать из-под земли начнет.

– Ни хрена его оттуда не услышат, - хмыкнула Милка.
– Просто Серега решил перестраховаться или Птицын так приказал. А мы тут скучать будем, не жравши.

– Куда денешься, жизнь такая...