Чтение онлайн

— Она била его? — спросила она в ужасе.

— Нет, но она пренебрегала им. Ей всегда было больше интересно хорошо провести время, чем присматривать за сыном. Как я уже сказала, я сделала все, что могла, но это было не то. Я не уверена, что он вообще осознавал, насколько плохо Барбара вела себя, пока она не «забыла» прислать какие-то документы для его стипендии.

— Это ужасно.

— Я была в ярости, когда узнала об этом. Он повторно подал заявку на следующий год, а тем временем работал неполный рабочий день у доктора Карлоффа. Фрэнк действительно восхищался этим старым дураком — думаю, именно поэтому он еще более опустошен после инцидента.

— Что случилось с доктором Карлоффом?

— Никто не знает. Некоторые думают, что он сбежал, потому что ему было стыдно. Другие говорят, что он ушел искать способ повернуть этот процесс вспять. Какова бы ни была правда, с тех пор его никто не видел. Но для Фрэнка это была всего лишь еще одна потеря.

— А его мать?

— Она тоже ушла. Сказала, что она ему больше не нужна, и отправилась в плавание с одним из своих друзей-мужчин. И скатертью дорога, — добавила Инга необычно резким голосом.

Она глубоко вздохнула, затем улыбнулась Виктории, поднимаясь.

— Но теперь все это в прошлом. Я просто подумала, что это поможет тебе понять, почему Фрэнк отреагировал именно так. И тебе действительно стоит задуматься о посещении весеннего фестиваля. Никогда не знаешь, кто еще может появиться.

Виктория знала, что снова покраснела, когда Инга махнула рукой и ушла. Будет ли там Фрэнк? Сможет ли она заставить его поговорить с ней? Может быть, даже потанцевать с ней? Игнорируя тот факт, что она не умела танцевать, она позволила себе фантазировать о том, как кружится по танцполу в массивных руках Фрэнка.

Виктория настолько погрузилась в свои мечты, что, когда Фрэнк появился в дверях, она была убеждена, что он ей привиделся. Но почему он нес огромный сверток, завернутый в одеяло?

— Фрэнк? — прошептала она.

— Виктория.

На его лице было то же неуверенное выражение.

— Я принес тебе кое-что. В качестве извинения.

— Тебе не нужно извиняться, — автоматически сказала она. — Я не осознавала, что ты не знаешь, почему я арендовала сарай.

— Я не должен был прогонять тебя.

Он глубоко вздохнул, затем положил свой узел на пол и стянул одеяло, открыв перед собой большой письменный стол с замысловатой резьбой, темно-красное дерево которого блестело в свете, льющемся из окон сверху. Она не смогла удержаться и подошла посмотреть на него, и слезы наполнили ее глаза, когда она увидела тщательно вырезанную букву «V» в окружении изящно вырезанных цветов.

— Я сделал это для тебя, — осторожно сказал он.

Виктория провела пальцами по гладкой поверхности, прослеживая замысловатые резные цветы и виноградные лозы, украшавшие ее края.

— Как красиво.

Его пальцы последовали за ней, и он обеспокоенно посмотрел на нее.

— Он не идеальный, но я сделал все возможное…

— Мне он кажется идеальным. Я не могу поверить, что ты сделал это для меня.

— Прошу прощения.

— И я. Друзья? — спросила она, протягивая ему руку.

Странное выражение промелькнуло на его лице, прежде чем он сжал ее ладонь в своей массивной руке. Она планировала это как нейтральный жест, но ощущение его кожи на своей заставило ее сердце учащенно забиться, и внизу живота заколотился пульс желания. Так близко она почувствовала чистый запах дерева и кожи, окружавший его, и ее сердце замерло.

Весенний праздник и прежние мечты заполонили ее голову, и она закусила губу.

— Фрэнк, мне интересно…

Ее голос был едва слышен из-за тихого жужжания лабораторного оборудования, и она откашлялась, нервничая сильнее, чем за очень долгое время.

— Да?

Он все еще держал ее за руку, не сводя глаз с ее лица.

— Ты бы… я имею в виду, я подумала…

Черт возьми, обычно она была гораздо более красноречивой.

— Что такое, дорогая? Я имею в виду, Виктория, — поспешно добавил он.

Он был явно смущен такой нежностью, и каким-то образом это придало ей достаточно смелости, чтобы продолжить.

— Хочешь пойти со мной на весенний фестиваль? Я думаю, было бы… здорово испытать это вместе.

Слова, наконец, вырвались наружу, заставив ее почувствовать себя запыхавшейся и незащищенной, особенно когда Фрэнк не ответил сразу. Покраснев, она хотела было отдернуть руку, но его пальцы мягко сомкнулись вокруг ее.

— Для меня это большая честь, — сказал он наконец, и ее наполнило облегчение.

— Правда?

— Да. Я не могу вспомнить никого другого, с кем бы мне хотелось испытать это.

— Тогда, это свидание.

Слово звучало так странно. Сколько времени прошло с тех пор, как она была на свидании? Наверное, годы. Она подозревала, что у Фрэнка прошло еще больше времени, но он улыбался ей сверху вниз.

— Свидание, — согласился он. — Могу ли я заехать за тобой сюда в субботу? Около двух?

Ее сердце трепетало от волнения, когда она улыбнулась ему в ответ.

— Конечно.

Он еще какое-то время держал ее руку, а затем, наконец, отпустил ее. Ее пальцы сразу почувствовали холод и одиночество.

— Наверное, мне стоит позволить тебе вернуться к работе.

Несмотря на его слова, Виктория заметила, что он избегает оглядывать лабораторию.

— Я с нетерпением жду субботы.

— Я тоже.

Подкрепив свое мужество его согласием, она решила рискнуть еще раз.

— И я подумала, — если ты не возражаешь, — я могла бы завтра снова прийти к тебе в мастерскую. Мне бы очень хотелось узнать больше о том, чем ты занимаешься.

К ее облегчению, Фрэнк снова кивнул, выглядя довольным ее предложением.

— С радостью. И обещаю, что на этот раз не прогоню тебя.

Их взгляды встретились, и она почувствовала странное затруднение дыхания. Фрэнк как будто наклонился к ней, но затем выпрямился, отступив немного назад.

— Еще раз спасибо за этот прекрасный стол, — сказала она, еще раз проведя рукой по гладкой поверхности. — Идеальный.

— Хочешь, чтобы я отнес его в кабинет перед уходом? Ты можешь показать мне, куда его поставить.