Чтение онлайн

— Заберите! — она всунула мне деньги во внешний карман моего пиджака.

— Что вы делаете? Я заплатил за латте.

— Латте столько не стоит! — прикрикнула она. Ее серые, ярко серые глаза пылали не добрым огнем. А меня в очередной раз охватило странное и дикое желание поцеловать ее прямо здесь. На улице. На виду у прохожих и тех двух парней, которые пускали слюни, смотря на нее.

— А подачки мне не нужны, — процедила она. Я ответил улыбкой на порыв ее злости и достав из кармана все ту же сотню баксов, положил их в ее фартук. Она опешила, переводя взгляд с меня и на вернувшиеся ей деньги.

— А латте я попробую в другой раз, — я подмигнул ей и, развернувшись, пошел дальше. Сейчас я был уверен, что она уже не злилась. А смотрела мне вслед и улыбалась. Но оборачиваться я не стал.

Знакомый голос разлетается по кафе, настигнув меня в подсобке.

— Игорь.

Выглядываю из-за угла и вижу, что подруга, приветливо улыбнувшись, села на высокий стул. Она по-детски болтала ногами и продолжала глуповато улыбаться, смотря на хозяина заведения.

— Ну чего тебе Люся? — воскликнул Игорь.

— Сделаешь мне кофе? — она невинно захлопала глазами. — За счет заведения.

— Опять за счет заведения? — Игорь разразился потоками брани и негодования. — Опять за счет заведения! Ты уже литров десять выпила за мой счет! — жуткий акцент темноволосого мужчины с широко открытыми карими глазами и густыми черными бровями выдавал его. И каждое его слово говорит, что он неместный.

— Не будь таким жмотом, Игорь, — Люси пропустила его браня и спокойно попивала кофе, которое волшебным образом появилось на барной стойке.

— Ты представляешь, сколько я мог заработать на этом кофе, если бы твое не очередное «за счет заведения». Я с трудом зарабатываю эти деньги. Мне не фартит так, как твоей подружке, которой за одно латте пятьсот рублей оставляют.

— Что? — глаза Люси загорелись диким интересом и любопытством. — Мо!

Прятаться в подсобном помещении больше не выход.

— Чего разоралась? — с недовольным видом выхожу к подруге и, сняв фартук, швырнула на стул.

— Кто он? Богат? Красив? А как зовут? За что такие деньги? — Люся схватила меня за плечи и повела к выходу. Игорь проводил нас возмущенным взглядом и, махнув на нас рукой, скрылся в подсобке.

— Да не знаю я, кто он, — вырвалась из цепких рук своей подруги и ускорила шаг.

— Ну, он хоть красивый? Брюнет или блондин? А глаза какие?

— Он брюнет, глаза у него карие и да, он… симпатичный, — загадочно улыбнулась, детально воспроизводя в памяти образ незнакомца.

Молодой парень спортивного телосложения, но без неестественно перекаченных мышц. Тело его хоть и скрывалось за костюмом, но я была уверена, что под одеждой всё идеально. Густая шевелюра из мелких и мягких кудряшек, которые сильнее всего вьются на макушке и затылке. Чуть вздернутый нос и пухлые выразительные губы. На правой щеке запоминающаяся родинка. И до безумия милые ямочки на щеках, когда он улыбается. У меня аж в груди загудело, когда их увидела.

— Вообще чума. Богатый. Кареглазый брюнет швыряет по пятьсот рублей за какое-то латте. Тебе повезло, подруга, — Люся подталкивала меня плечом, призывая и меня порадоваться такой неожиданной радости.

— Да, повезло…

Какое-то время мы шли молча. Я долго размышляла над маленьким и приятным чудом, внезапно свалившегося на меня, и не понимала, почему и за что. Несладкое латте совершенно не стоит таких огромных денег. Такие большие чаевые не оставляют даже в дорогих и престижных ресторанах, скорее всего, что и говорить о дешевой забегаловке. А этот молодой человек даже не попробовал свое латте. Но, к сожалению, или к счастью, купюра в пятьсот рублей лежала в моем кармане и согревала душу.

— О чем задумалась?

— Да так…

— Думаешь о своем красавчике? — Люся захихикала. — Кто знает, может, он еще придет к тебе.

— Он приходил не ко мне, а в кафе, — отвела взгляд.

— Вот когда так говорят, значит, ты точно хочешь его увидеть, — ошарашенно взглянула на подругу.

— Где, черт возьми, твой мотоцикл?

— В конце переулка.

— Почему так далеко?

— Здесь нельзя парковаться. Это штраф, а платить мне не чем. Ты вообще мозгами то думаешь?

Удивленно таращилась на свою подругу, которая никогда не имела привычки разговаривать, как подобает девушке: спокойно и без пафоса. Она никогда не стеснялась больших и шумных компаний и готова была перекричать каждого, кто мешает ей говорить. Ее речь отличалась большим количеством вульгарных словечек и громкими пафосными нотками. Да и выглядела Люся не как будущий юрист, учащийся на втором курсе, а как чокнутая байкерша или рокерша. Ее темные волосы были коротко подстрижены, так что челка постоянно спадала на правый глаз, и она смахивала ее в сторону, а левой висок и вовсе был выбрит. В карих глазах подруги всегда мелькал опасный блеск, как напоминание о том, чтобы с ней не связывались. Испепелит. В одежде Люся предпочитала только кожу: кожаные брюки, кожаные куртки с шипами на плечах и кожаные конверсы. Никаких каблуков и платьев и любой другой яркой одежды она не признавала. Ее мрачный и в то же время откровенный стиль многих пугали. А в университете было еще больше проблем с преподавателя, которые призывали студентов носить скромную одежду.

— Люся, ты будущий юрист, а ведешь себя, как оторва.

— Я очень большой человек, и во мне живут две личности: прилежная ученица и оторва, и каждая из них появляется в нужный момент, — Люся цыкнула и вульгарно заживала жвачку. — Мо, — обняла меня за плечи, — перестань быть такой правильной и нудной. Хоть раз забудь обо всем и просто расслабься.

— Люся, нельзя забыть счета, которые приходят из больницы матери, и список лекарств, которые стоят немыслимых денег. А еще за обучение в университете задолженность за три месяца. Пришло письмо с предупреждением: если не оплачу долги, меня исключат, — шмыгаю носом и посильнее запахиваюсь в свое дешевенькое пальтишко.

— Мо, не раскисай. Мы найдем тебе работу, на которой хорошо платят. Все наладится, — Люся заключила меня в охапку объятий, желая здесь и сейчас разобраться с моими проблемами.

— Где бы еще найти это хорошую работу…

— Значит, ты заплатил за невкусный латте пятьсот рублей? — Дима удивленно на меня таращился.

— Да, заплатил.

— На фига, черт возьми? Это латте от силы стоит рублей двести, — брат недоуменно почесал затылок.

— Не лезь в мой карман! Я же не указываю тебе, за что и по сколько платить, — я огрызнулся. Дима всегда имел дурную привычку цепляться за мои необычные действия и копошиться в них, всеми способами добираясь до сути моего поступка.

— Скажи, ты заплатил за латте или той девушке, что принесла тебе его? — я на секунду задержал взгляд на брате.

— Я оставил девушке, которая принесла мне латте, хорошие чаевые.

— Тогда все ясно, — Дима по-деловому закачал головой. Это всегда жутко меня бесило.