Чтение онлайн

Целители отводили взоры, Ираниэль демонстративно нахмурилась, выпятила живот.

— А чего это всех плохих в море? — возмутился Минт. — Как дерьмо, так в воду?! Нет уж! Давайте нам всех хороших, а плохих оставьте себе! Степи же отдайте кентаврам, они лучше, на них ездить можно!

— Точно, всех диких и больных кентавров от Провала туда, пусть стопчут Занд!

— Гатар! — повысила голос Ираниэль. — Что сказала бы Марена?

— Что это несправедливо, — свесил голову Гатар.

— А ты, Минт, если хочешь влиять на политику, так покажи, что ты император Водоворота! Ограничь Занд островами, открой торговый маршрут, через Катарангу и Хребет, пришли своих глубинников в Срединное море, помоги с Пенным морем, — величественно заявила Ираниэль.

— Но я…

— Политика — искусство возможного, если ты — император Водоворота, то подобное для тебя возможно, или ты опять врешь и хвастаешься? — спросила Ираниэль почти ласково.

Минт задумался, машинально касаясь рукой верной лютни.

— Прошу прощения за эти сцены, все немного разладилось в последние дни, — обратилась Ираниэль к остальным, но в первую очередь к Бранду. — В целом, восстанавливаемся постепенно, хотя проблем и хватает, самых разнообразных.

— Поэтому вы пригласили меня? — поинтересовался Бранд.

Впрочем, это было ожидаемо, раз уж он помогал Стордору в прошлом году. Соблазн простых решений, вроде «дать кулаком в глаз и сразу выбить деньги», всегда был велик в таких делах. Особенно в условиях союза правителей против Занда и когда Бранду все равно было уже нечего терять.

— Мы бы все равно пригласили вас, Кулак, вы же нам почти наставник и почти родня, — неожиданно ответила Ираниэль, — не говоря уже о том, что вы — герой Стордора и без вас королевство просто исчезло бы.

— Кстати, о родне, — Бранд повернулся к Гатару и сказал. — Этна передает тебе привет и просит тебя не квохтать вокруг жен.

Глаза орка-короля полыхнули огнем ярости, если не ненависти, Ираниэль сдержала улыбку. Гатар вскочил, разворачивая и едва не ломая кресло, могучие мышцы на обнаженном торсе и руках вздулись, словно он уже рвался в бой, командовал конной лавиной, выкрикивал приказы.

— Не квохтать?! — сдавленно и сипло прорычал он. — Да как она посмела, вертихвостка?! Так-то она отплатила мне за все добро?!

— Молодец, молодец, — подбодрил его Бранд, — теперь секиру достань, разруби стол или стену.

Вся ярость Гатара сдулась, он отступил на шаг, запнулся о кресло и рухнул в него, едва не сломав.

— Вот, одна из проблем, — добавила Ираниэль, — вы бы поговорили с ним, мастер Бра…нд.

Она запнулась, ухватилась за живот, но тут же отняла руку.

— Сражаются за папку, — пояснила Ираниэль с измученной улыбкой, — скорее бы уже.

— Срок еще не подошел, преждевременные роды опасны, — тут же вмешался Больбус.

— А как же Марена?

— У нас не было выбора! Пришлось извлекать из нее ребенка, иначе умерли бы они оба!

Бранд устало вздохнул, зато Минт вовсю наслаждался этой семейной королевской драмой и, похоже, уже сочинял новую песню.

— Прошу прощения, мастер Бранд, — повторила Ираниэль. — У нас тут много не только проблем, но и эмоций, страданий и слез, причем больше всего их у Гатара, словно он забеременел, а не мы. Не надо сверкать глазами, твое величество, что тебе всегда говорила Марена? Вот! Поговорите с ним, мастер Бранд, а то он все виной в ваш адрес терзается.

— Но я же и правда отдал секиру!

— На правильное дело, — возразила Ираниэль. — Помимо этого, как вы слышали, у нас возникли проблемы с Алавией и ее королевой. Она не просто открыла двери жрецам Адрофита, но и пыталась воздействовать на нас, когда мы находились там с визитом. Одурманить магией любви, как одурманила до этого героя Миона Три Стрелы, его пришлось спасать практически силой и угрозами, давлением, благо там же оказалась Олесса, императрица Турсы.

Судя по взгляду Ираниэль, чувства императрицы были ей известны.

— Также помощь Турсы возле Провала была просто неоценима.

Сговорились и теперь одна королева сватала ему другую, так все это оценил Бранд.

— Одурманила Три Стрелы? — переспросил он. — Они же вроде жили вместе?

— Да, а еще она посылала за мной убийц! — возмутился Минт. — Давайте нападем на Алавию!

— Одурманила и пыталась одурманить нас, творила разные непотребства, собиралась извести всех дриад.

Но при этом оставалась королевой и не вышла из союза правителей, мысленно продолжил Бранд. Алавия также помогала у Провала, если дочь продолжала интригу мамы-Светлейшей. На дриад всем традиционно было плевать, так что гневно описываемая Ираниэль трагедия не тянула на что-то, превышающее мелкие склоки и интриги между двумя королевствами.

Но в то же время.

— Извести всех дриад? Да, с этим стоит разобраться, — ответил Бранд. — Хорошо, я займусь этой проблемой, подготовьте информацию, а я пока навещу могилу Феолы.

— Мы навестим, — поднялся молчавший до того Ролло.

Воспоминания, воспоминания и еще воспоминания. В этот раз о том, как здесь же хоронили Плату Укротительницу и как могло все повернуться иначе. В теории. На практике же Бранд знал, что Покров Тайны, смена статуса и облика помогли не просто так, а потому что он сам вжился в личину Брана Хантриса, практически стал им. Преодолеть инерцию чужого облика оказалось не просто, потребовалось целое путешествие, спуск в Провал и встреча с Ролло, снятие Покрова Тайны.

Бранд покосился на Ролло, стоявшего рядом, ощущая, что его опять накрывает воспоминаниями.

9 день 6 месяца (Антрума) 851 года, Артава, столица Лотонии

Феола улыбнулась белозубо и сказала вдруг:

— Пойдем-пойдем, познакомлю тебя! — и потянула за руку.

— Что, еще один преданный воздыхатель? — проворчал Бранд, но сопротивляться не стал.

В конце концов, этот Литанек, пусть и молодой ученик героя, но все же напомнил ему наставника, Шилима Посоха. Тоже ловко махал длинными деревяшками и орудовал копьем, хоть это и не помогло против Бранда и его перчатки. Неплохо подрались, чего уж там.

— А ты уже ревнуешь? — игриво спросила она.

Румяная, белозубая, стройная и изящная, она была словно воплощением всех красавиц Дарнии. Первая встреча прошла традиционно для Стордора и Дарнии, то есть началась с вражды и словесных подколок. Затем Феола пустила в ход свежеполученную Особенность Третьего Глаза и все как-то незаметно переросло в совместное проживание. В каком-то смысле это тоже было традиционное развитие отношений, Стордор имел Дарнию, та не уступала, сражения на любовном фронте шли ожесточенные, со всем пылом и яростью.