Чтение онлайн

Потолок был из паутины. Широкие полосы липких нитей тянулись, сколько хватало взгляда. В чем-то это было красивым. Паутина мерцала серебром, бросала голубые блики на пол, и казалось, что зал находился под водой.

Паутина тянулась там, где когда-то отдыхала большая пухлая фигура. Желудок Айслинг сжался. Бран говорил, его семья не была нормальной. До этого она не осознавала, какими искаженными могли быть их фигуры.

Брешь в паутине, накинутой на трон. Нити паутины свисали мотками, беспечно брошенными и спутанными.

Айслинг уставилась на огромную тень, что шла среди паутины. Длинная паучья лапа вытянулась из тьмы, мягко похлопала трон и скользнула на сидение. За ней последовала другая лапа, еще и еще, пока все восемь лап не устроились изящно на троне.

Волоски торчали, как шипы, на лапах. Свет сиял на их концах, отражаясь от гладких пластинок, покрывающих лапы. Опустилось пухлое брюхо, паутинная бородавка двигалась, королева Неблагого двора опускалась, и ее становилось видно.

Рвота подступала ко рту Айслинг. Она отвернулась, чтобы королева не увидела этого. Ни одно существо не должно было так выглядеть.

Королева была паучихой и женщиной. На месте глаз нормального паука рос человеческий торс. Она была мускулистой, почти как мужчина, особенно на животе и плечах.

Она села на трон. Она вытянула несколько лап вперед, наверное, пытаясь устроиться удобнее на сидении, созданном для существ с двумя конечностями. Она изящно опустила руки на подлокотники, тряхнула темными волосами, и они скрыли ее грудь, а потом поманила их пальцем.

— Блудный сын вернулся.

— Мать, — процедил Бран.

— Я всегда знала, что ты вернешься домой. Вопрос был, когда.

— Я не сам это выбрал.

— Конечно. С тобой всегда так, — она снова пошевелила пальцами. — Подойти, сын мой. Дай на тебя посмотреть.

Он отодвинул Айслинг и шагнул вперед. Она ушла в тень, молясь, чтобы Неблагая королева не увидела ее. Им точно не нужны были проблемы. И эта женщина была одной из тех, кто мог их устроить.

Она смотрела, как Бран поднимается по ступеням к трону и опускается на колени перед матерью.

— Милый, как всегда, — отвращение искажало слова королевы, делая их оскорблением, а не похвалой.

— Я не могу такое изменить, мать.

— Твой брат смог. Сестры смогли. Но ты всегда был упрямым, убегал, куда мог. Не знай я лучше, решила бы, что ты Благой.

Она протянула руку и взлохматила его волосы. Айслинг скривилась от звука сломанных перьев, падающих на пол. Королева толкнула голову Брана, чуть не сбив его со ступеней.

— Позор. Ты мог стать великим. Зачем ты вернулся в этот раз?

Бран опустил ладони на бедра.

— Воды из Лебединого озера.

— Зачем?

— Я до этого ничего у тебя не просил, мать.

— Я хочу знать, зачем, — одна ее лапа поднялась и царапнула землю с оглушительным звуком. — Что заставило моего сына вернуться в темный замок?

Айслинг знала, что ему будет сложно. Признание матери, что он был проклят, еще и человеком, как он тогда думал, не пройдет хорошо. Особенно, если он был наименее любимым ребенком, что она уже видела сама.

— Я был проклят, — прорычал он. — Мне нужно снять проклятие.

Его мать отклонилась в удивлении. Не такую реакцию ожидала Айслинг, и это потрясло ее так, что она чуть не вышла из теней помочь ему.

Шепот королевы зазвучал в тронном зале:

— С чего тебе хотеть сделать это?

— Мое право решать, хочу я оставляться проклятым или нет.

— Но снятие…

Бран перебил ее:

— Я этого хочу, мать. Что бы ни думали вы с отцом, я делаю это.

Они говорили об одном? Айслинг нахмурилась, пытаясь понять суть разговора. Они словно говорили о том, что он ей не поведал…

Ей казалось, что она должна была настоять, чтобы они узнали тайны друг друга перед тем, как пришли сюда.

Королева вдруг подняла взгляд, впилась им в тени, встретилась с взглядом Айслинг с таким пылом, что холодная дрожь побежала по ее стене.

— Кто прячется в тенях? — прошептала королева. — Что за подарок ты мне принес, сын?

— Она — не подарок для тебя.

— Обычно королеве приносят жертву.

— Ты — моя мать, — осторожно ответил он. — Сначала мать, а потом королева. Если убьешь ее, убьешь и меня.

Королева пронзила его взглядом, а потом поняла значение его слов.

— Это? Эта букашка тебя прокляла?

— Мать, — предупредил Бран.

— Подойти, тень. Дай на тебя посмотреть.

Она ощущала себя насекомым в паутине. Кашлянув, Айслинг шагнула вперед, и странное голубое сияние упало на ее платье и заплясало на темных локонах ее волос.

— Ах, — сказала королева. — Ты влюбился в еще одно создание света.

— Я не Благая, ваше величество, — ответила Айслинг.

— Ты не из моего двора.

— Я была подменышем. Родители оставили меня в лесу взамен на нежеланного ребенка, надеясь, что люди меня примут.

Королева приподняла бровь.

— И они приняли?

— Нет.

— Как обычно. Люди всегда думают, что хотят чего-то, пока не получают это. Им нравится гонка, а не владение, — она цокнула языком. — Ты — лишь мелкая сошка.

— Я выгляжу не так опасно, какой являюсь.

Королева откинула голову и рассмеялась.

— Ого, ты можешь за себя постоять. Любопытная. И ты смогла проклясть моего сына? Интересно, это значит, что ты — сильная ведьма, или что он слабее, чем я думала?

— Ваш сын — сильный, — прорычала Айслинг. — Я еще ни разу не боялась других созданий до него.

— Высокие слова для такой едкой малышки, — одна ее лапа проехала по полу. — С чего ты взяла, что он сильный?

— Я видела, что он может делать.

— И что же?

Айслинг раздраженно выдохнула.

— Он убивал, колдовал чарами и проклятиями. Ваш сын на многое способен.

— Ты словно его хвалишь.

Бран поймал ее взгляд, все еще стоя на коленях на полу. Он медленно улыбнулся.