Чтение онлайн

Ещё на сборном пункте, где нас формировали, сдружился с одним из оружейных офицеров, несгибаемого оптимизма парнем, который закончил общевойсковую академию в тот же год, что я свою разведки. Его имя Ибильза-Хар. Именно с ним я делю теперь каюту. Кроме обычных для армии страстишек — травить байки и играть в пуговицы, — у нас практически нет общих интересов, зато мы, что называется, сошлись характерами, и относимся друг к другу с симпатией и уважением. Как учит Хардуг Праведный, истинная любовь часто бывает безответной, зато истинное уважение всегда взаимно. Когда совпадает время отдыха между нашими вахтами, то за чашкой густого флотского шоколада, сдобренного капелькой имбирной настойки, мы травим эти самые байки или играем пуговицами в кошки-собаки по разлинованному на планшете полю (почему на флоте все любят именно эту игру?) и убиваем таким образом время. Мы не стесняемся подтрунивать друг над другом, но никогда не делаем этого со злобой. Часто к нам присоединяется корабельный врач Заботливый Арза, его каюта-медпункт расположена как раз рядом с нашей. В армии мужчин его возраста — а доку 25 — осталось немного, большинство отслужило свой срок, не став профессиональными военными, многие погибли или стали инвалидами. Арза уже неоднократно участвовал в боях, в сравнении с нами он выглядит опытным, возмужавшим, а в чём-то даже циничным, но в общении наш врач лёгок, с ним чувствуешь себя на равных. Надо заметить, что его сосед по каюте — штурман Туликай-Ан — далеко уже не молодой и не особо любит настольные игры, к тому же, он почти всегда сидит в рубке на своём посту, а отсыпается через раз в каюте у капитанов. Наверное, поэтому док и ходит к нам. Заботливый Арза играет, конечно же, лучше нас (сказывается опыт!), но тем почётнее у него выиграть. Он может рассказать флотскую байку, какую ещё никто не слышал, а также он охотник от души посмеяться над чужой шуткой или весёлой историей, и всё это нас вполне устраивает.

«Киклоп-4», после двух недель патрулирования окрестностей упомянутой базы, направился на встречу с флотским соединением, которое называется «девятая отдельная флотская группа». Её состав и задача известны пока только нашим капитанам. Офицеры, включая меня, знаем лишь то, что точка рандеву находится в западной части Оконечного моря, примерно в двухстах морских милях от побережья Пасифиды, так что нам нужно пересечь с севера на юг почти весь Великий Восточный океан. Мы уже порядком намёрзлись под холодными ветрами Синей Скалы и очень рады такому направлению. Впрочем, другого и быть не могло. В полёте на экране мы бы достигли нужной точки за двое суток, может чуть за больше. Но океан есть океан. Нас сопровождают воздушные наблюдатели: летающая лодка и дирижабль, и благодаря их ретрансляциям ещё есть постоянный контакт с базой, и поэтому работы хватает как мне, так и штурману.

Вы все помните, потому что тогда в новостях это твердили час за часом и день за днём, как стало темнеть небо. Первыми это заметили обсерватории, и появились гипотезы вроде того, что планета попала в газопылевое облако кометы. Толстяки в роговых очках — клерикальные учёные скопцы — пугали нас, что это отразится на климате и начнутся небывалые бури, неурожаи, моря замёрзнут и те, кто в итоге выживет, вернутся к первобытной жизни. Правительства многих стран, включая наше, начали спешно собирать запасы топлива, продовольствия и тёплой одежды для населения — на такой роковой случай. Но позже выяснилось, что хотя освещённость упала почти на треть, одновременно выросла интенсивность инфракрасного и микроволнового излучения, но так хитро, что общий тепловой баланс планеты лишь немного сместился, причём в сторону потепления. Это открытие вызвало к жизни ещё более хитроумные гипотезы, на которые так горазды жрецы праведных наук. Когда над планетой на месте привычного всем неба образовалась сплошная туманная дымка, участились военные столкновения. В центральных областях Асии стали вспыхивать локальные конфликты, грозившие перерасти в масштабную термоядерную войну. Поначалу никто не связывал разгорающуюся войну с тем, что небо над нами больше не сияет бездонной синей глубиной. Точнее, раздавались голоса моралистов о том, как же велико лицемерие политиков: всё человечество вот-вот постигнет непонятная природная катастрофа, а они развязывают грязные войны. Некоторые странные сообщения, например, о спускавшихся из дымки радужных нитях, о которых рассказывали немногие уцелевшие в самых ожесточённых столкновениях, поначалу считали очередными армейскими байками. А потом стали пропадать спутники, орбитальные станции разрушились и упали на Гею, и всю планету накрыл Смутный Купол…

Пасифида — наше сокровище, слава наша и надежда — последний континент, не охваченный войной. Все попытки Южного Альянса зацепиться за её побережье проваливаются, все нападения, в том числе и масштабные, успешно отражаются. Но Альянс не оставляет попыток захватить там плацдарм. Вот и теперь, с базы сообщили об обострении обстановки у северно-западного побережья Пасифиды: противник стягивает туда всё новые силы и будущая операция всё больше осложняется. Район, в который мы направляемся, находится на границе двух больших морей: мелководного и изобилующего рифами Имеру и глубоководного и бурного Оконечного моря. В сообщении говорилось о дирижаблях-охотниках — наших злейших врагах. Эти похожие на толстые грибные шляпки огромные аэростаты, на вид такие неуклюжие, на самом деле скоростные и манёвренные, а в их чревах шахты, забитые смертоносными для «Киклопов» и других субмарин ныряющими дисками. И ещё наша сеть гидрофонов у Пасифиды засекла четыре подводных авианосца противника — это уже типичные цели для «Киклопов». Наши срочно перебрасывают на побережье сухопутные силы и укрепляют береговую оборонительную линию — на случай возможной высадки противником десанта с моря. Обстановка красноречиво свидетельствует о серьёзных намерениях противника, а боевая операция грозит превратиться в историческую битву. Для меня это и страшно, и желанно одновременно!

В последний раз, когда войска Альянса штурмовали побережье, десяток субтеррин прогрызались под нашу береговую оборону, а чтобы их не обнаружили сейсмостанции, противник наладил непрерывную бомбардировку. Но специалистам вовремя удалось выделить характерный шум, создаваемый носовыми фрезами этих подземных кораблей, и поезда с орудиями пришли в движение, не оставляя противнику шанса разрушить береговые батареи. Обезвредить сразу несколько субтеррин практически невозможно: их подрывают, закладывая мощные заряды в скважины, но субтеррины периодически останавливаются и слушают, их акустики легко распознают бурение таких скважин. А сеть из уже готовых скважин прикрывает лишь самые важные направления, да и она не особо эффективна. К тому же, одна субтеррина может выпустить несколько термоядерных торпед в разных направлениях и никакие бурильные установки не успеют их перехватить.

Наш враг до войны навязчиво заверял нас в искренней дружбе, и нередко в притворной заботе указывал нам, как правильно жить, и обитал тот враг по соседству, на юге и юго-западе Асии. Мы же и тогда понимали, что они подразумевают под дружбой лишь выгоду для себя, и если заглянуть за покрывало их лицемерия, то окажется, что мы нужны им или как враги, или как слуги. Мы слышали, как многие из них в невежестве своём презирают Учение, называя его уделом глупых фанатиков. Но мы наставляем лишь тех, кто стремится, но ещё не нашёл, или тех, кто слишком слаб, чтобы идти по пути Учения самостоятельно, но никому не позволено наставлять на этот путь насильно — это величайшее кощунство. И мы не поучали их, мы закрывали глаза на их ложь и лицемерие — ради равновесия мирной жизни. Хотя мы были во многом соперниками, бывали между нами и стычки, но больше мы торговали, не помышляя о серьёзной войне и не готовясь к ней. Но теперь всё кончено.

А ведь веками считалось, что самая непредсказуемая и таинственная, но и самая очевидная опасность, несчастье и источник бед мира — пещерные карапы, и вот как раз с этим врагом рано или поздно нам придётся столкнуться в смертельной схватке. Духовные уроды, чьё ложное учение извращает ум, заводит его в такие тёмные, населённые чудовищами дебри, из которых ему уже не выбраться. Сказано Хардугом Праведным: твоё добро не уничтожит зло в тебе, а твоё зло не оправдается твоим добром, но начав делать злые дела, ты быстро разучишься делать добрые — это и будет твоё падение. Гнездятся карапы в темноте, по большей части в пещерах под пустынным и замёрзшим северным континентом — Арктидой. Сами же они утверждают, будто вышли из недр Геи, где на глубине более сотни парасангов якобы находятся обширные цветущие земли, населённые великанами. На самом деле карапы не кто иные, как пещерные люди — грязные, злобные, хитрые и алчные людоеды. Они пользуются невероятной и непостижимой техникой, которая со стороны воспринимается как чудеса и фокусы, и совершенно непонятна для нас. Колдуны веками похищали людей с разных континентов, и ужасна была судьба тех похищенных: в лучшем случае они становились рабами, в худшем — объектами отвратительных обрядов. Но чаще похищенных просто съедали. За те же столетия предпринимались многочисленные военные экспедиции в Арктиду. Все они потерпели неудачу. Лишь когда мы овладели энергией атома, карапы притихли: очевидно, они поняли, что никакой колдовской фокус не спасёт от термоядерной боеголовки, летящей к тебе впятеро быстрее ракетного аэроплана. Набеги колдунов на земли людей остались лишь в сказках и легендах, которые бабушки рассказывают надоедливым внукам на ночь. Нашим братьям хетхам на какое-то время удалось обменяться с карапами послами, они даже пустили в свои библиотеки их отвратительных колдунов, да что толку: ничего существенного хетхи так и не узнали. Карапы лишь хвастались, что якобы это они когда-то обучили людей древнему языку, земледелию, основам наук и даже помогли приручить диких фрагидов с помощью своего колдовства. Но всё это, конечно, бессовестная ложь. Кстати, когда и откуда появились дойные фрагиды, никто точно не знает, но сейчас поголовье морского стада оценивают более чем в двести миллионов голов. Дикие же их сородичи малочисленны, живут в холодных морях, держатся поодиночке, а молоко у самок появляется всего лишь на пару самых холодных месяцев в году, но они никому не дадут его сосать, кроме собственных детёнышей.

А ведь была тогда надежда заполучить хотя бы некоторые секреты карапов. Их фармацевтика позволяет излечивать болезни, перед которыми наши врачеватели бессильны, а бальзамы заживляют самые тяжёлые раны и продлевают жизнь вдвое, даже возвращают утраченную молодость! Колдуны могут превращать сырую глину в прочнейший камень без всякого обжига и даже сушки. Они делают нерадивого, слабого и трусливого воина ловким, сильным и бесстрашным, да ещё и почти неуязвимым, лишь дав ему выпить какого-то снадобья. Нам доподлинно известно, что карапы выходят в космос, у них есть космические корабли, такие же уродливые и непонятные, как их хозяева, но ни одного ракетного пуска с Арктиды так и не удалось засечь. Откуда у них такие возможности? Наследники ли они той древнейшей культуры, следы которой были найдены на Селене? Но хотя сами карапы внешне немного похожи на селенитов, их культуры совсем непохожи. Культура селенитов гораздо ближе к нашей… Хетхи неоднократно вступали с колдунами в диалоги и дискуссии, но всё заканчивалось лишь скандалами. Да и как можно договориться с людьми, которые едят книги, уверенные, что таким образом получают содержащиеся в них знания? Да что там книги… В общем, дикость, о которой можно и не рассказывать: она общеизвестна и стала нарицательной, а само слово карап — оскорбление, грязное ругательство. Хотя в Учении карапы не упоминаются, исстари считалось, что в последние времена именно они будут нашим главным врагом. Но говорит нам Хардуг: ваши представления об истине наивны, а заблуждения ваши изощрённы. Карапы в наступившие нежданно последние времена так и остались почти сказочными злодеями, невидимыми и недосягаемыми, словно и вправду обитающими где-то глубоко в подземном мире. А вот Южный Альянс, ведомый лицемерными правителями Великой Малайны, встал против нас грозным и непримиримым врагом, с которым мы сошлись в последней битве и третий год топим друг друга в крови. Мы пошли на огромные жертвы: убиты или безвременно умерли в муках миллионы наших людей, почти четверть ранее населённых территорий Тилвара на десятки лет стали непригодными для жизни из-за радиоактивного и химического загрязнения, а многие наши города обращены теперь в руины. Малайна тоже немало пострадала, но все эти жертвы словно питают и укрепляют злобу и упорство нашего противника. Неужели мир и вправду обречён и погибнет?..

Такое уже случалось на Гее — когда человечество погибло — и все знают эту историю. Ещё при моих прадедах, лет 70 назад, геологи-разведчики натолкнулись то ли на остатки базы, то ли на хранилище знаний, оборудованное в кратере в приполярной области Селены. Несколько десятков найденных там и затем доставленных на Гею круглых металлических пластинок удалось прочесть, а точнее воспроизвести, самыми первыми: на них оказалась записана музыка, в том числе песни на странном языке. По большей части энергичные и с простой мелодией, в последующие лет 30 эти песни пользовались популярностью, даже в мои детские годы я нередко их слышал и напевал. Некоторые из обнаруженных на Селене технических устройств также служили для записи и хранения различных сведений, но в них не так просто разобраться: до сих пор учёным и инженерам удалось прочитать, расшифровать и тем более понять немногое. Самым щедрым источником знаний стало собрание печатных книг. Хотя бумага истлела и при прикосновении рассыпалась в пыль, химики придумали метод мгновенной её консервации, и большинство листов удалось сохранить. Книги и раскрыли невероятную тайну этой находки. Теперь каждый школяр вам подробно расскажет, как когда-то, в глубокой древности, примерно 50 тысяч лет назад, на месте островов Европы простиралась огромная суша, и жизнь сотен миллионов людей кипела там в удивительного вида гигаполисах. А где сейчас северная часть Великого Восточного океана, примыкающая к Арктиде, был расположен ещё один густо заселённый континент. Много людей жило и на моём родном континенте — Асии — возможно, даже больше, чем сейчас. Эти древние люди, которых теперь мы называем селенитами, обитали в огромных многоярусных домах-термитниках из армированного сталью искусственного камня. Селениты могли воочию видеть потрясающих воображение животных, которые тогда ещё не вымерли и обитали как в зверинцах, так и на воле. Моря бороздили живые подводные корабли — легендарные фалаины, а на суше встречались свирепые хищники, способные убить человека ударом лапы или откусить ему голову, словно тот какая-нибудь крыса. У селенитов была религия, во многом похожая на нашу, её основу также составляли духовные учения, переданные людям через пророков. Но их религия всё слишком упрощала: она призывала лишь выполнять нехитрые правила и предписания — считалось, что для духовного роста этого достаточно. И ещё, подобно примитивным дикарям, селениты верили, будто существуют высшие сущности, преследующие какие-то злые цели. Духовное мировоззрение древних людей отражалось и в их искусстве и литературе, причём настолько, что многие живописные картины, так же, как популярные в те времена драмы и комедии, кажутся нам странными и неправильными.

Коренное отличие времени селенитов от нашего заключалось, пожалуй, в торговой отрасли. По сравнению с современной, торговля того времени была развита сверх всякой меры, имела глобальные всепланетные масштабы, она служила основой мировой экономики и даже культуры. Можно сказать, торговля и являлась истинным и всевластным божеством древнего мира. Для селенитской торговли был характерен избыток простых по назначению товаров, которые не просто предлагались, а навязывались при каждом удобном случае. Стоит ли удивляться, что продавцы не стеснялись использовать глянец кричащих цветов, красивые надписи и картинки, и даже не гнушались похоти и лукавства, только бы привлечь внимание к своему товару. Помню, как ещё в школе меня удивила селенитская картинка с тремя десятками утюгов для глажения одежды — разных по названию, но почти не отличимых ни внешним видом, ни полезными свойствами. Зато все они были очень красивы! Вообще, это был мир внешне привлекательных вещей — от сверкающих лоском, невероятно мощных и скоростных автомобилей до изящных браслетов-хронометров, которые носили и мужчины, и женщины. Далеко не все из этих ярких и красивых вещей были удобны или даже полезны, многие кажутся нам теперь нелепыми, слишком сложными в управлении или даже бессмысленными, но такова уж была культура древних людей. Если бы кто-то из того времени дожил до наших дней, наша жизнь, и особенно наш быт, показались бы ему чересчур аскетичными. Наверное, как следствие глобальной торговли, у селенитов были необычайно развиты и средства коммуникации: например, большинство людей тогда не расставались с айфуном — плоской коробочкой-прибором для аудиовизуальной связи, и связь эта была вездесущей и общедоступной. Библиотеки и галереи, различные издания и новостные службы, включая образовательные и развлекательные, следуя за торговлей, имели всеобщий характер, в то время как политически мир тогда был разобщён гораздо сильнее, чем наш. Не в последнюю очередь из-за той же чересчур активной торговли, страны в те древнейшие времена постоянно и смертельно враждовали, между ними то и дело вспыхивали затяжные кровопролитные войны за глобальные рынки и ресурсы. Изучением найденных на Селене артефактов занималась как раз международная секулярная коллегия, в которую вошли представители даже таких стран, в которых и теперь едва можно сыскать одного грамотного специалиста — я думаю, вряд ли подобное сотрудничество было бы возможно у вечно конфликтовавших между собой селенитов. Наша коллегия работала не покладая рук более полувека, ею были тщательно изучены в том числе и многочисленные изделия технического назначения, учёные книги и чертежи, но лишь малую толику остроумных открытий и изобретений мы в итоге из них заимствовали. Наука древних оказалась примерно такой же, как наша, и основы их техники были во многом теми же, что у нас, и это не удивительно: селениты — люди, жили они в одном с нами мире, познавая те же законы природы, да и отделяет их от нас промежуток времени, который нам кажется очень и очень долгим, однако для истории планеты он весьма короток.

Впрочем, отличий тоже хватает, и торговым феноменом они не ограничиваются. К примеру, энергетика селенитов была основана на ископаемых углеводородах — каменном угле, метане и нефти. Теперь эти ископаемые встречаются нечасто и служат сырьём в основном для химических предприятий, производящих пластик и волокно, а полсотни тысячелетий назад их, похоже, было гораздо больше. Помимо углеводородов, это древнее человечество добывало много железа и алюминия, при этом испытывая дефицит некоторых важных металлов, таких, как осмий и иридий, без которых мы не мыслим нашу технику. Уран в качестве источника энергии селениты применяли весьма ограниченно, зато производили тысячи боеголовок из урана, плутония, дейтерия и лития — то есть самых грязных. Но им не довелось вести больших войн с применением такого оружия. Они не могли не сознавать опасность глобального радиоактивного загрязнения, и держали это оружие в арсеналах скорее для устрашения. Даже в ракетных двигателях селениты не использовали ядерное топливо, а только энергию окислительно-восстановительных химических реакций. Так они выводили на орбиту Геи спутники и обитаемые станции и отправляли исследовательские зонды к другим небесным телам, в том числе к Аресу и газовым гигантам. И, разумеется, у них были базы на Селене. Их сельские хозяйство тоже имело свои особенности. Как и мы, селениты выращивали пшеницу, рис, сою и какао но также и некоторые ныне исчезнувшие культурные растения. В наземном животноводстве были те же коровы, свиньи, овцы и куры, что и теперь. А каких-либо упоминаний о морском животноводстве найти не удалось — не исключено что, как бы странно это ни звучало, у селенитов не было стад фрагидов или каких-то подобных морских животных, и они не употребляли в пищу их питательные молочные продукты, без которых наш стол нельзя себе и представить.