Чтение онлайн

Досталось парню несильно. Вот с удовольствием бы добавила. Пару-тройку оплеух!

Марэк молчал, смотрел мне в лицо странно: виновато, но с вызовом, испытующе. Мол, попробуй обвинить меня хоть в чем-то, Эли, и я заявлю, что поступил правильно. Я же, замерев, медленно уничтожала его ледяным взглядом. Казалось, одно движение, одно слово — и рвану как огненный порошок, к которому поднесли искру.

Когда эта немая сцена обоим надоела, Онтэрго взял меня за руку и вывел наружу. Накрапывал дождь, к улицам Кархерша подбирался туман: серо, влажно, тоскливо. Зато моя жизнь — сплошное огненное представление! Так и познаешь действительность на контрастах.

Парень, едва не выскочив на проезжую часть, остановил мобиль, усадил меня в него с галантной осторожностью. Кстати, стражи действительно явились. Двое доблестных служителей правопорядка, поигрывая дубинками, как раз заходили в кафетерий, когда мобиль тронулся.

Холодное кипение — именно так можно было назвать мое состояние. Я будто горела изнутри, бушевала, но в то же время сохраняла рациональное, вымораживающее спокойствие.

Что-то новое для меня. Думается, как раз уровень до красной отметки «разрушительный драконий гнев».

И мы продолжали молчать. Я даже не смотрела на парня. Намеренно. Боялась, что просто придушу его. А Онтэрго то и дело поглядывал на меня, видимо, проверял, не разорвало ли его куратора от ярости.

Когда мы оказались дома, Марэк оставил меня в гостиной, сам пошел в ванную. Ну конечно, ему необходимо умыться да и скрыться с глаз моих долой. Я же, встав у лабораторного стола, упираясь в него бедром, замерла в ожидании.

Магия начала возвращаться, наполняя меня покалывающей, будто мятной прохладой. Энергия болезненно текла по телу, вызывая дурноту, ломоту в костях, неприятное пульсирование. Вместе с силой нахлынула и здоровая злость, разбив наконец то непонятное равновесие, в которое погрузилась после происшествия.

Онтэрго, в одних штанах, с полотенцем на плечах, явился в гостиную.

Хорош, оболтус, очень хорош. И вместо того чтобы улучшать физическую форму, подтягиваясь или, например, лазая по канату, решил потренироваться, устроив кулачный бой. С капелькой магии. Имея браслеты-ограничители. И после этого заявляет, что не нуждается в поводке, помощи и со всем может справиться самостоятельно.

Дархи его подери!

Схватив со стола пустую колбу, я с гневным воплем, метнула ее в Онтэрго. Затем еще одну и еще. От всех подлец увернулся, в несколько шагов достиг меня и, развернув к себе спиной, крепко прижал к телу, буквально спеленал руками.

— Отпусти меня, идиот! Немедленно отпусти, — я брыкалась, пытаясь отвоевать себе свободу, ругалась и проклинала его, но через некоторое время выдохлась, невольно расслабилась.

— Тише, Эли, — Марэк зарылся носом в волосы на макушке, дышал часто и горячо. — Успокойся. Успокойся, и мы поговорим.

— Поговорим! Еще как поговорим! — с угрозой выплюнула я, вновь дернувшись в его руках.

Несколько мгновений мы стояли будто запутанные друг в друге. Угомонившись, я потребовала:

— Рассказывай. По порядку.

Поза наша, конечно, была неприличной. Даже сквозь плотную ткань одежды я чувствовала жесткий рельеф мускулов груди, живота, бедер сжимавшего меня в своих объятиях Онтэрго, жар его кожи. Холодный запах миндаля, смешанный с чисто мужским, тоже придавал пикантности ситуации. Однако именно в таком положении я, во-первых, не видела лица Марэка, следовательно, кипела в разы меньше, во-вторых, была лишена возможности разбить что-нибудь о его ли голову, о стол ли… В третьих, был шанс до конца его выслушать и даже проанализировать сказанное.

— После тренировки я встретил приятелей.

— И сразу же их вспомнил, — едко резюмировала я, прервав парня.

— Вроде того. Мы разговорились. Они позвали с ними, хотели сделать ставки на завтрашние бега в Лессе. К нам присоединились другие ребята…

— Оболтусы и отморозки.

— Курсанты. Немаги. Мы пошли в кафе к букмекеру, он как раз ждал… Внутри потом слегка, скажем так, не сошлись во мнении. Точка зрения Тима… была неприемлема.

— Резко расходилась с твоей.

— Я вспылил и врезал ему. Он ответил. А потом появилась ты.

— И спасла тебя от выгорания. Дай сюда руки!

Вцепившись в предплечье Онтэрго, попыталась оторвать эту лапищу от своего тела, потерпела поражение, шлепнула в отместку.

— Надо снять браслеты и обработать ожоги, — пояснила нетерпеливо.

Нехотя Марэк подчинился. Вскоре мы уже сидели на диване, а я смазывала сильно обожженную кожу ранозаживляющей мазью.

Подозревала, что мне предоставили очень отредактированную версию случившегося. Онтэрго в последнее время был уравновешен, не взрывался и не терял контроль. Что нужно было сказать тому рыжеволосому, чтобы спровоцировать парня?

— И эта точка зрения, в которой вы не сошлись, касалась… — с нажимом произнесла я, глядя во внимательно следившие за мной глаза Марэка.

Тот, вздернув бровь, ответил:

— Личного.

— Твоего отца?

Улыбка, обаятельная и снисходительная, означавшая, видимо, отрицание.

— Матери? Братьев?

Нет и нет. Марэк на все предположения одинаково улыбался.

— Твоей травмы? Учебы или тренировок? — выдвинула новые версии я.

Даже не моргнул, подтверждая сказанное.

— Онтэрго! Все твое личное — мое личное, — прорычала я, закончив обрабатывать ожоги и откинув его руки.

— Ты понимаешь, что еще минута, и ты бы выжег дар? Применять магию, в то время как на тебе ограничители, равносильно самоубийству!

— Я не заметил, — последовало безмятежное пояснение.

— Не заметил? — вскинулась я, вцепившись в плечи парня. В голове не укладывалось, как же нужно разозлиться, чтобы не заметить дикую боль. — Ты чуть не погубил себя! И меня заодно. Я столько времени и сил в тебя вложила. И все напрасно?

— Ты мне скажи, — обронил с невеселой ухмылкой.

Такое спокойствие Онтэрго буквально убивало. Щиты воли затрещали, по коже поползли колючие разряды силы. Парень мгновенно сориентировался: перетащил меня к себе на колени и крепко обнял.

— Успокойся, Элейна. Тебе нельзя так злиться.

И правда нельзя. Но, демон треклятый, как же хочется!

— Я оплошал, понимаю, признаю. Готов понести наказание. Хочешь, отдраю весь дом до блеска? Хочешь, наизусть выучу учебник этого дархова Содейля?