Чтение онлайн

Абигейль подняла руки и попыталась ухватиться за нависшую над водой ветку растущего на берегу дерева. Надежда на спасение вспыхнула и тут же погасла — под напором воды ветка обломилась. Вместе с веткой ее потащило дальше, и она едва избавилась от нее. Закоченевшие от холодной воды пальцы еле сгибались и Абигейль лихорадочно искала что-нибудь покрепче, за что можно ухватиться. Русло ручья повернуло, и ее выбросило на середину потока. Она уже почти выдохлась, но неожиданно перед глазами возникло лицо ее ребенка, ставшего круглым сиротой и всеми покинутого. Эта мысль влила новый запас энергии в размякшее от перенапряжения тело. Увидев в нескольких футах от себя ветку другого дерева, Абигейль напрягла для рывка все свои силы, вытянула вперед руки и каждый палец, стремясь во что бы то ни стало дотянуться до ветки. Грубая кора поцарапала Абигейль кожу, но она сумела ухватиться за ветку — та оказалась потолще и покрепче и удержала ее вес. В отчаянии она посмотрела наверх, не зная, как преодолеть расстояние от ветки до обрывистого берега. Наполовину захлебнувшись, она судорожно вдыхала свежий воздух, понимая, что не может бесконечно держаться за ветку. Руки, закоченевшие от холода, уже теряли последние крохи сил.

Она попыталась подтянуться поближе к стволу дерева, но быстрое течение и сильно ослабевшее дрожащее тело не позволили ей продвинуться больше чем на несколько дюймов. Это была последняя попытка. Отчаяние охватило ее.

Вцепившись пальцами в ветку, Абигейль чувствовала, как щепки и сучки впиваются ей в пальцы и под сломанные ногти, но не обращала внимания на боль. Вдруг на фоне ревущей воды послышался крик. Она подумала, что это ей показалось. Но в воду рядом с ней упало лассо, и ей стало ясно, что крик был реальным.

— Хватайся за веревку, Абигейль!

Хриплый голос Бойда достиг ее ушей, но боязнь отпустить ветку парализовала ее. Она смотрела на лассо, не в силах пошевелиться.

— Ну, давай же, Абигейль! Вода прибывает!

В панике она посмотрела вокруг. Действительно, вода поднялась выше. Скоро ветка, за которую она держится, окажется под водой. Боязнь утонуть пересилила боязнь ослабить хватку за спасительную ветку. Слепо следуя указаниям Бойда, она на секунду закрыла глаза, собираясь с силами, затем отпустила ветку и вцепилась в веревку.

— Закрепи ее на талии.

Следуя его хриплым командам, Абигейль закрепила петлю на поясе, и Бойд начал осторожно вытаскивать ее из воды. В какой-то момент она оказалась в подвешенном состоянии над бурлящим потоком, и ей показалось, что веревка перестала двигаться. В страхе она завертелась, хватаясь за скользкий от грязи склон берега. Но затем Бойд опять потянул лассо, и она понемногу начала приближаться к кромке берега.

С нее стекали грязь и вода. Лихорадочно хватаясь за неровности почвы, Абигейль наконец поднялась к кромке отвесного берега. Бойд перетащил ее через край берега, размываемый буквально на глазах, и подхватил в свои объятия. Несколько долгих мгновений он прижимал ее к себе, будто желая убедиться в том, что она в самом деле спасена. Затем отстранил ее и легонько встряхнул.

— Что на тебя нашло? Почему ты отправилась куда-то одна?

Абигейль открыла рот, чтобы объяснить, как она здесь оказалась, но в этот момент могла думать лишь о толчке, сбросившем ее в воду и чуть не оказавшемся смертельным.

— Ладно. Поехали обратно в лагерь.

Не дав ей времени для ответа или возражений, Бойд посадил ее на лошадь и уселся сам, прижав ее к своему могучему телу. Его тепло проникало сквозь ее мокрую одежду. Он был надежен, как скала. Презрев непогоду, он быстро погнал коня к лагерю. Когда они подъехали к нему, Абигейль увидела, что фургон с постельными принадлежностями по-прежнему стоит рядом с кухней.

Бойд спрыгнул на землю, протянул руки и помог ей слезть с лошади. Она очень не любила, когда с ней обращались, как с инвалидом, но сейчас зубы ее стучали от холода и все тело было охвачено дрожью. Бойд провел ее в фургон, где хранились одеяла и постельные принадлежности.

— Здесь не так уютно, как в кухонном фургоне, но зато внутри совсем сухо и ты будешь одна. Снимай мокрую одежду. Сейчас я принесу твои седельные сумки, и ты переоденешься в сухое.

С трудом забравшись в фургон, Абигейль посмотрела вокруг незрячим взором.

— Абигейль, там внутри должны быть одеяла.

Она не ответила. Бойд поднялся по ступеням и посмотрел внутрь.

— Абигейль, у тебя все в порядке?

— Да, конечно. — Собрав остаток сил, она попыталась унять дрожь. — М-м, все будет в порядке, как только я переоденусь.

— Раздевайся и поплотнее завернись в одеяла. Я сейчас же вернусь. — Он исчез.

Дрожа от холода, пережитых опасностей и страха, Абигейль опустилась на ящик, бессознательно продолжая попытки остановить дрожь, которая, казалось, начиналась где-то глубоко в душе.

Когда Бойд с силой откинул полог при входе в фургон, она испуганно уставилась на него.

— Абигейль, в чем дело? Ты так и не сняла промокшую одежду?

Почти ничего не соображая, она отстраненно посмотрела на него.

Пробормотав ругательство, Бойд вошел в фургон, схватил ворох грубых шерстяных одеял и внимательно посмотрел ей в лицо, как бы пытаясь оценить степень посинения губ и страх, отражавшийся в глазах. Он стащил с Абигейль тяжелое, насквозь промокшее пончо и замотал ее в несколько толстых одеял. Затем присел на корточки и стянул с ее ног сапоги. Падая, сапоги стукнули по полу, и из них тут же полилась вода. Отбросив их в сторону, чтобы не мешали, Бойд, словно делая что-то совершенно обычное, снял с нее бриджи, взял еще одно одеяло и вытер ее мокрые ноги. Затем, без всяких церемоний отбросив одеяло, стянул с нее жакет и расстегнул и снял блузку и лифчик. Зубы Абигейль продолжали стучать от холода, и он тщательно укутал ее еще в одно одеяло.

После этого он обхватил ладонью ее подбородок и приподнял ее голову.

— Абигейль, я пойду добуду горячего кофе. Ты сможешь пробыть одна несколько минут?

Она молча кивнула, боясь сказать ему, что в действительности произошло. И еще больше боялась не рассказывать об этом.

— Я буду здесь, рядом. — Голос Бойда стал глуше, он старался успокоить ее. — Ты успеешь одеться, а через пару минут я проверю, как у тебя идут дела.

Он вышел и закрыл за собой полог. С трудом преодолевая вялость, Абигейль откинула с плеч одеяло и уставилась на чистую рубашку и бриджи, заботливо разложенные перед нею, не в силах заставить себя пошевелиться.

Через несколько минут Бойд, покашляв перед входом в фургон, отвел полог и вошел, но она по-прежнему была прикрыта лишь одеялом. Сильные и нежные руки снова поплотнее обернули одеяло вокруг нее.

— Получше себя чувствуешь?

Не в состоянии отвечать, она просто покачала опущенной головой. Бойд взял еще одно одеяло и очень осторожно начал вытирать ее волосы. Ощущая мягкие движения его рук, сначала вытирающие волосы, а затем старающиеся пятерней пригладить их, Абигейль не смогла сдержаться. Слезы страха вдруг наполнили глаза. Только гордость удерживала ее от того, чтобы не разрыдаться во весь голос.

Бойд опустил одеяло и повернулся к ней. Изумление отразилось на его лице, когда он заметил в ее глазах слезы, но затем на смену ему пришло выражение понимания.

— Пожалуй, тебе лучше дать волю слезам. Черт побери, я вовсе не собирался так орать там, у ручья. Я очень беспокоился за тебя и не мог поверить, что ты можешь отправиться бродить одна. Представь себе, я просто не догадывался о том, какой упрямой ты стала.

Абигейль еще ниже наклонила голову, пытаясь скрыть поток хлынувших слез.