Чтение онлайн

Он уложил Элисон спать, и они в молчании поужинали. Джейс наслаждался едой, Кэтрин давилась каждым куском.

Как обычно, он помог ей вымыть посуду. Кэтрин старалась не касаться его. Один раз он опустил руку в теплую мыльную воду и сжал ее пальцы. Поглаживая ладонь большим пальцем, он смотрел в ее пылающие яростью зеленые глаза. Кэтрин сердито вырвала руку, чтобы подчеркнуть свое отвращение, но только обрызгала мыльной водой свое лицо.

– Я хочу поговорить с тобой, – сказал Джейс, когда они выходили из кухни.

Кэтрин пришла в ярость из-за того, что он первым начал разговор. Атаковать всегда предпочтительнее, и теперь преимущество было на его стороне. Черт бы его побрал!

– Отлично, – бросила она и уселась в кресло напротив дивана. – Я тоже хочу поговорить с тобой.

Джейс устроился на краешке дивана и уставился на свои руки, безвольно повисшие между колен.

– Мне следовало рассказать тебе о Лэйси. Прости. Мне жаль, что ты узнала о ней таким образом.

– Конечно, тебе жаль, – усмехнулась Кэтрин. – Полагаю, я прервала ваше романтическое воссоединение?

– Не совсем так. – В голосе Джейса появилась горечь. Его застывшее лицо смягчилось, пока он просил прощения у Кэтрин, но теперь оно снова стало суровым. Черные брови вразлет нависли над глазами.

– Нет? Ах да, я забыла, ты ведь, к твоему огромному сожалению, женат! Какая незадача. Но я сильно сомневаюсь, что такая несущественная деталь будет иметь значение, раз уж вы с Лэйси решили возобновить ваши отношения.

– Проклятье! – негромко выругался Джейс. От волнения он так сжал кулаки, что побелели костяшки пальцев. – Ты всегда автоматически занимаешь оборону. Ты даже не пытаешься понять, верно?

– Понять? – Кэтрин повысила голос. – Я вхожу в кабинет своего мужа и нахожу его в объятиях красивой самоуверенной дамочки, которая оказывается его бывшей женой. – Кэтрин замолчала, чтобы набрать в легкие воздуха. – И я не понимаю?

– Ревнуешь? – спросил Джейс, и в его глазах заплясали лукавые искорки, хорошо знакомые Кэтрин.

Смена его настроения сбила ее с толку. «Да! – хотелось крикнуть ей. – Да, я ревную к тому времени, которое она провела с тобой. Да, я ревную, потому что ты занимался с ней любовью. Да, я ревную, потому что ты целовал ее. Да, меня грызет ревность».

Вместо этого Кэтрин небрежно ответила:

– Ревную? Нет. Нужно любить, чтобы ревновать. – Ей показалось, или его черты действительно исказила боль? Глупости, ему лишь досадно, что она недостаточно расстроена. – В конце концов, наш брак – это брак по расчету, – продолжала она. – Мы оба знаем, почему мы поженились.

Кэтрин отвернулась, не в силах выдержать его внимательный взгляд. Она резко встала и подошла к своему рабочему столу. Ей хотелось, чтобы между ними было расстояние. «Защищайся, Кэтрин», – произнесла она про себя.

– Я… гм… это. – Кэтрин запнулась и обругала себя за неспособность держать в руках, стоило только Джейсу посмотреть на нее. Но она упрямо продолжала: – Я была расстроена, потому что ты солгал о моей работе.

– Ты сделаешь хорошую работу, Кэтрин, и не важно…

– Ты чертовски прав. Я ее сделаю! – воскликнула Кэтрин, поворачиваясь к нему лицом. – Как никогда раньше я настроена на то, чтобы добиться отличного результата. Я покажу тебе и мистеру Уиллоби Ньютону, что ему незачем покровительствовать мне только потому, что я жена одного из его сотрудников.

«Осторожнее, Кэтрин!» – сказала она самой себе, чувствуя, как ее глаза наполняются слезами.

– Какими бы ни были твои намерения, но ты дал мне великолепную работу. Я благодарю вас, мистер Мэнинг. Но отныне я всего лишь еще одна служащая. И дальше я полечу одна. Если у меня все получится, отлично. Если не получится, то это будет только мой провал. Я не хочу от тебя никакой помощи.

Последние семь слов Кэтрин произнесла четко и с вызовом.

– Ты ошибаешься, если думаешь, что могло быть иначе, – спокойно ответил ей Джейс.

Ее сбило с толку спокойное согласие мужа. Где его гнев? Почему он не набрасывается на нее в ответ? И почему он выглядит таким… печальным? Кэтрин попыталась вернуть себе прежний пыл.

– Пока наш брак продолжается, мы каждый идем своим путем. При сложившихся обстоятельствах, думаю, это будет справедливо.

– Ты думаешь. – Это был не вопрос, а еле слышное утверждение.

– Да, я так думаю, – сказала Кэтрин увереннее, чем чувствовала.

С ее стороны это было открытое приглашение: Джейс мог быть с Лэйси так часто, как только захочет. Даже если она и произнесла слова, дававшие ему свободу, Кэтрин спрашивала себя, что будет с ней, если Джейс уйдет прямо сейчас.

– Ради Элисон мы можем продолжать изображать семью, если… если ты еще хочешь, – сумела договорить Кэтрин. Сделав паузу, она давала ему возможность возразить и молилась, чтобы он этого не сделал. Джейс молчал, поэтому она продолжила, стиснув руки: – Полагаю, нам с тобой… следует добиваться своих целей и делать то, что нам хочется делать.

Кэтрин закончила. Но где чувство удовлетворения, которое она надеялась испытать? Она не ощущала никакой победной радости. Вместо этого на сердце давила пустота, тяжелая, словно камень. Отрепетированная речь прозвучала банально, по-ребячески, без вдохновения и уверенности.

Джейс встал, выпрямился во весь свой немалый рост и направился к ней.

– Думаю, ты совершенно права, Кэтрин.

Эти слова привели ее в ужас, но она попыталась справиться с ним. Губы сжались, чтобы не дать волю рыданиям. Кэтрин все еще надеялась, что Джейс станет молить ее о прощении и уверять в том, как сильно любит ее. Что ж, она объявила ему ультиматум, и он его принял. Но Кэтрин пугала эта готовность. Этот спор она бы с радостью проиграла.

Джейс продолжал неторопливо приближаться, пока не остановился прямо перед ней. Кэтрин почувствовала, что ее загнали в угол, что она задыхается, что не в силах больше сдерживаться. Близость Джейса всегда вызывала разрушительную цепную реакцию в ее теле. Это началось с той минуты, когда она открыла дверь квартиры и впервые увидела его.

– Думаю, каждый из нас должен добиваться своих целей и делать то, что нам хочется делать. И сейчас я хочу поцеловать свою жену.

Кэтрин оказалась в объятиях Джейса раньше, чем успела осознать его намерения. Его губы прижались к ее губам. В этом поцелуе не было никакой агрессии, было осознание собственной власти, но отношение было иным.

Его рот ласкал ее с удивительной точностью до тех пор, пока она – против своего желания – не раскрыла губы и не приняла его настойчивый язык. Джейс поцеловал ее глубоко и чувственно. Его руки не двигались, но он так крепко прижимал ее к себе, что бороться или сопротивляться было бессмысленно.