Чтение онлайн

Кусал и рычал, и кажется, в данный момент я был больше зверем, чем человеком. Удлинившиеся зрачки Марины, заострившиеся скулы и мелькающие чешуйки на висках выдавали ее с головой. Она была потрясающая. Ее крики и стоны — лучшая музыка, что я когда-либо слышал. Как можно было обладать такой женщиной и делать с ней ужасные вещи? Я теперь мог понять Разина, который не собирался ее отдавать, а желал вымолить у нее прощение. Только он обломался. Никакого прощения и никого возращения. Она будет моей и только моей.

***

Марина

Я так была благодарна Зарецкому, что он не пустил Константина за мной, аж не передать словами. Дорога действительно далась тяжело. Самообладание трещало по швам. Казалось, ещё одно мгновение или движение супруга в мою сторону, и я просто взорвусь. Зарецкий словно услышал меня и преградил ему путь. Надеюсь, мой поспешный уход не показался бегством. Хотя к черту все эти условности, я в самом деле сбежала.

Я судорожно нажимала на кнопку лифта потому что чувствовала, что вот-вот меня накроет. Ворвавшись в собственную квартиру, я закрыла дверь как раз до того, как меня начало колотить. Я глубоко вдохнула и, досчитав до трех, медленно выдохнула воздух, комом вставший в горле. Затем постепенно вернула себе спокойствие и налила выпить, подошла к огромному окну. Наблюдения за ночными огнями всегда меня успокаивали. Я почувствовала его приближение, словно мы были связаны невидимой нитью. На каком-то подсознательном уровне я знала, что Зарецкий не устоит и придёт. Все мои условности, говорящие о том, что я не буду с этим мужчиной, летели в тартарары. Сейчас, как бы сложно было это признать, но мне нужен был он. Именно тот, который заставит меня забыть мои кошмары. Я не собиралась отказываться от его компании, а лишь хотела получить от этого вечера всё. В его руках и объятиях всегда было спокойно.

Я услышала, как зашелестела ткань его пиджака, как она с глухим шорохом упала на мягкий диван, как он закатывает рукава, как медленно, не таясь, словно хищник, подкрадывается ко мне со спины. Это будоражило меня, и заставляло закипать кровь в преддверии ночной феерии чувств и совместных стонов. Я сделала глубокий глоток, пытаясь остановить разбушевавшуюся фантазию. Он подошел и прижался к спине, сразу стало тепло, а потом откинул мои волосы в сторону и нежно дотронулся кончиком носа до шеи. Это движение заставило все волоски на моем теле встать дыбом. Возбуждение вспыхнуло в крови, тяжестью отдаваясь внизу живота. Зарецкий забрал из моей дрогнувшей руки бокал, ведь я уже была не в состоянии его держать. Маг не спрашивал, что хочу, как ему быть и готова ли я. В этот вечер он просто брал то, что хотел, то, что мы желали обоюдно. Не знаю, что искал он от нашей сегодняшней встречи, но я искала успокоение, тишину и защиту сильного мужчины. А дальше будь что будет.

Сама не заметила, как оказалась в собственной спальне, как он начал судорожно срывать с меня одежду. Пришлось остановить его руки и самой снять с себя юбку. Мои пальцы стали заметно подрагивать от напряжения, что я так явственно ощущала между нами. Я желала Зарецкого до безумия.

Дотронувшись до его кожи, я чуть не застонала в голос и аккуратно провела по кубикам пресса, незаметно для самой себя выпущенными коготками. Я теряла контроль над свой сущностью: человеческий зрачок сменился на драконий, а чешуйки выступили на скулах. Я видела глаза мага, горящие не сумасшествием, как у собственного супруга, а страстью и желанием обладать мной. Сейчас мне этого было достаточно, тем более на большее я не претендовала.

Зарецкий впился в мои губы, толкнул на кровать, опустился сверху, а дальше… Дальше я потерялась в водовороте удовольствия, что дарил мне этот мужчина. Он сжимал меня в крепких и сильных объятиях, заставляя срывать голос от наслаждения. Невозможно было передать словами весь спектр чувств, что я испытала в данный момент. Мне не хотелось, чтобы эта ночь заканчивалась, мне нравилось быть желанной и защищенной одновременно, чувствовать это всё от одного мужчины. Но главное — я не боялась просыпаться рядом с ним.

От каждого толчка и укуса Зарецкого я приходила в восторг и ни в чем не уступала ему. Тоже рычала, царапала его спину, кусала его тело, оставляя на нём следы, метя его. Сегодня он — мой и больше ничей. На очередном пике удовольствия я закричала и сорвала себе голос, а уже после ужасно захотелось пить и в душ.

Зарецкий словно услышал мои мысли, встал с кровати, пошёл на кухню и принёс стакан живительной влаги. Я осушила весь бокал и упала на влажную от нашего пота постель. Сил не было даже на то, чтобы шевелиться, и здесь он снова понял меня без слов — молча подхватил моё обнаженное тело и отнес в ванную комнату. Говорить просто не было сил, мне так хотелось побыть слабой женщиной. Зарецкий открыл кран и сел вместе со мной в просторную ванную, постепенно наполняющуюся теплой водой.

Не помню, как мы добрались до постели. Скорее всего, я уснула прямо там в надежных объятиях мага, а вот проснулась снова одна в холодной постели. Зарецкого словно и не было здесь. Я обвела взглядом комнату и не нашла и намека на его присутствие. Затем прислушалась — в квартире тоже было тихо. Складывалось впечатление, что я придумала нашу совместную ночь и его заботу обо мне. Понимание этого заставило испытать разочарование. Откинувшись на подушки, я уставилась в потолок. Жалеть себя я точно не буду, тем более сама была против продолжение. Так зачем расстраиваться и думать о несбыточном? Я откинула с себя одеяло и решительно встала. Пора было начинать новый день.

Я посмотрела на себя в зеркало и горько усмехнулась. Со вчерашнего вечера Марина Разина вернулась официально.

Я бежала по густому лесу, перепрыгивая корни деревьев. Шелковое, больше похожее на ночную длинную рубашку голубое платье наверняка красиво развивалось по ветру. Только мне не было дела до этой красоты. Здесь и сейчас мне было страшно, но я пыталась бороться с собственным страхом и смотрела ему в лицо. А ещё я радовалась, что на мне удобные туфли. Не так, как раньше, когда я бежала от собственного супруга, сбивая в кровь босые ноги. Ведь возможность вылечить их после забега — это ещё один фетиш Разина. Он любил ухаживать за мной, впрочем, как и «украшать» моё тело.

Я спешила за Амалией, дочерью министра, которая вместе со своим супругом, как и мы, получила приглашение на этот праздник крови, и прокручивала в голове странное поведение девушки. На вечере она была неразговорчивой и находилась, словно в прострации, не замечая ничего вокруг. И если это было внушение, то очень странное. Я улыбалась, но сдержанно, потому что многие помнили и знали, что Разин предпочитает собственную супругу держать в здравом уме, ведь так намного «вкуснее». Лишь немногие маги-менталисты рисковали делать также.

Когда раздался сигнал, Амалия побежала вперед быстрее ветра. Только я точно знала, что именно за ней рванут маги, и она будет их первой жертвой. Ведь, как мне сказал Разин, своим поведением она уже успела многих привлечь, а ее супруг — Роман Преображенский — не вводил никаких запретов на свою супругу. Подлый и мерзкий менталист не оказался собственником. Поэтому я спешила, как могла. Разин, конечно, последует за мной, но успеет ли опередить остальных? Я кричала Амалии, но девушка была явно напугана. Она стремительно бежала и не останавливалась, я потеряла ее из вида, а потом услышала вскрик. Я остановилась и замерла, вслушиваясь в звуки леса. Где-то слева от меня послышались возня и сдавленные вскрики, словно кто-то закрывал рот жертве. Я свернула, огибая толстые стволы деревьев и кустарников, и уже вскоре наткнулась на то, чего так боялась.

Амалия отбивалась от одного из магов, полностью потерявшего свой внешний лоск. Сейчас он походил на зверя: буйного и бешеного. Разве что слюна ещё не капала с его губ. Хотя о какой слюне я говорю? Его рот уже был весь в крови, а ключица девушки разодрана острыми когтями. Я увидела, как у мага на кончиках пальцев красовались металлические когти. Поистине мозг безумных магов был непостижим. Ещё три года назад никто таким не баловался, используя для повреждения кожных покровов лишь небольшие кинжалы, изготовленные на заказ. Я обернулась и посмотрела вокруг, затем схватила палку и ударила мерзавца сзади по голове. Только, к сожалению, крупная ветка оказалась достаточно сухой, и она с треском развалилась. Безумец повернулся.