Чтение онлайн

Но в один прекрасный день в его контору заглянул молодой человек с бритым затылком и в широких штанах и объяснил изумленному Егору, что ему нужна «крыша», что добрые люди берут его под свое надежное крыло за какие-то жалкие 25 % от общей суммы. Причем молодой человек проявил незаурядную осведомленность в сложных финансах коммерсанта. Егор согласился со всеми предложениями представителя силовых структур, проводил его до выхода и долго жал потную руку, горячо благодаря за помощь и защиту.

А благодарить было за что. Егор понял, что он в тупике. Либо налогами задушат, либо «братва» уберет в назидание другим несговорчивым предпринимателям. Под «крышу» идти не хотелось, взятки давать опостылело, в политику не тянуло… Оставался только Запад — негостеприимный, холодный, но цивилизованный и разумный, ограждающий обывателя сенью закона. За два дня Егор ликвидировал свою контору, с неизбежными потерями перевел в наличность все, что имел, переправил своими каналами валюту в надежные банки и купил билет до Монреаля.

И вот, с этим билетом в кармане, он брел по Ордынке, сентиментально вглядываясь в каждую трещинку знакомых стен, прощаясь с любимым городом и раздумывая, поедет ли мама в Канаду или отправить ее в более теплые края.

И вдруг его будто током ударило. Егор увидал Вальку Зусмановича в грязном белом халате поверх рваного ватника. Валька тащил коробку с бананами из пикапа к лотку, где распоряжалась горластая румяная хохлушка, которая крыла трехэтажным матом все прогрессивное человечество. Больше всего Егора поразили Валькины руки: из обрезанных перчаток торчали красные потрескавшиеся пальцы с обломанными ногтями. Если бы Рихтер волок мешок гнилой капусты, зрелище было бы примерно такой же силы… Валькины руки — руки прирожденного хирурга…

Егор отнял у онемевшего Вальки коробку и этой коробкой заткнул пасть жизнерадостной хохлушке. Положил сверху сто долларов и увез Вальку к себе — прямо в грязном халате и рваных митенках. Накормил, напоил, сводил в баню, приодел, приобул. Валька как принял первые пятьдесят грамм, так начал рыдать не переставая.

Сквозь всхлипывания и трубные сморкания Егор кое-как с пятого на десятое услышал обычную, в сущности, историю. На втором курсе Валька женился на девочке-педиатрше, через год они родили двойню, стояли в очереди на квартиру, жили то у одних, то у других родителей. Он поступил в аспирантуру, дети постоянно болеют, жена не работает, денег нет, из аспирантуры пришлось уйти, какая уж наука! Сидит в поликлинике на полставки, по вечерам подрабатывает грузчиком, а иногда, если повезет, ка-а-астрирует (тут Валька зарыдал в голос) котов по десять тысяч за штуку…

Валька ел, пил и опять ел и запихивал в карманы нового — с биркой — костюма конфеты и печенье со стола.

Егор кивал, похлопывал старого друга по плечу и думал о своем.

У него в детстве была толстая, растрепанная книга без начала и конца. Видимо, история пиратского движения, поскольку звучные имена сэра Дрейка и Френсиса Моргана то и дело вспыхивали алмазным блеском на пожелтевших ломких страницах. Каждая строка пахла порохом и наливалась кровью… Но одна фраза врезалась в память Егора на всю жизнь.

Когда пираты захватывали очередное судно, всех оставшихся в живых матросов и пассажиров выгоняли на палубу и предводитель шайки командовал:

— Доктор и плотник — шаг в сторону. Остальных — за борт!

Егор, глядя на Вальку, отчетливо понял, что завтра он сдаст билет и начнет новое дело. И с этого дня жизнь обоих круто изменилась.

Егор арендовал помещение, пригодное для клиники (а в дальнейшем выкупил его через подставных лиц), отреставрировал, битком набил современным оборудованием, назначил Вальку главврачом, и они принялись искать кадры. Буквально на помойке. Выяснилось, что плохо грузивший бананы Валька очень даже годится для этого дела: он вытаскивал великолепных врачей из таких мест, где, как говорится, не ступала нога человека. Оказывается, Валька вел тайную картотеку непризнанных гениев, согласных работать за харчи и спецодежду, только дайте им оперировать, позвольте вылечить безнадежного и оживить мертвого!

Егор отвечал за материальную базу и идейное руководство клиникой. А идея была простая: лечить всех богатых. Неважно — депутат, банкир или люберецкий «браток».

Конечно, поначалу наплыва клиентов не было. Богатые — они люди осторожные и недоверчивые. Но помог случай.

В квартале от клиники крутой авторитет садился в свой «мерседес». Он небрежно плюхнулся на сиденье — и ему смело ползадницы могучим взрывом! Радикальное вышло лечение геморроя! Ошалевшая охрана свалила в плед остатки крутого мэна, туда же положили всё, что удалось собрать с газона и ближайшей березки, — и заметались по вымершей от страха улице. А Валька в это время вышел на крыльцо покурить. Они кинулись на его белый халат. Валька собрал свою бригаду, и они за каких-нибудь двенадцать часов починили неудачливого любителя белых «мерседесов» так, что любо-дорого посмотреть!

Прощаясь с Егором, пострадавший не только оставил чемоданчик с крупной суммой, но и пообещал, что больничка в ближайшее время будет битком забита такими же, как он, богатыми осторожными людьми. Егор, со своей стороны, заверил, что двери его клиники денно и нощно открыты для страждущих. Через пару дней после выписки авторитета увечных повезли большими партиями. Валька со товарищи азартно потирал руки: началась работа. Творческая работа! Такой материал поступает только с передовой: осколочные, пулевые, ножевые ранения, термические и химические ожоги…

Маленький розовый особняк без вывески приобрел широкую известность в узких кругах. К чести Егора, следует сказать, что он лечил не только богатых. Определенный процент интересных случаев проходил бесплатно, поэтому совесть его была чиста.

Егора, конечно, и на этом поприще пытались посадить под «крышу», но он выдал визитеру белый халат, бахилы, повязку на лицо и повел по палатам. Каждому пациенту он представлял гостя и объяснял его похвальные намерения.

В первой палате парнишку просто покрыли матом, во второй дали в ухо слабой, но меткой рукой. А в третью парень только заглянул, вскрикнул, сделался белее полотна и убежал, забыв вернуть казенную одежду. И чего испугался — непонятно. Там и смотреть-то было не на что: плотно забинтованное тело, ноги на вытяжках, из повязок смотрел один пылающий, налитый кровью глаз. У кровати лежала огромная черная собака, и глаза ее точно так же горели яростью и наливались кровью, как глаз хозяина.

Больше под крыло никто не приглашал.

Богатые необразованные господа постепенно поняли, что вросший ноготь, простату или грыжу можно отвезти в швейцарскую клинику, а вот с пулей в животе или с кинжалом в спине не больно-то побегаешь, хочется элементарно лечь в спокойном месте без сквозняков.

Егор облегченно вздохнул (клюнуло!) и назначил сотрудникам твердый оклад в твердой валюте.

…Вот так сработал хитроумный план под кодовым названием «Доктор и плотник», и Егор «вписался» в свою социальную нишу, став незаменимым членом пиратского общества.

Егор влетел на крыльях любви в свой кабинет. Давно уже он не чувствовал такой жажды жизни, деятельности, счастья! Единственное, что его раздражало в этот день, были голоса окружающих, которые так и резали по ушам нежного влюбленного.

Он сел к компьютеру и нашел файл с информацией о «нужных людях». Гос-споди! Кого там только не было! За эту дискету кое-кто очень дорого заплатил бы. Материал бесценный: кого, когда и от чего лечили, методы лечения, размер гонорара.

Выбрав нужную фамилию, Егор с удовольствием вспомнил, чем эта важная персона страдала и как смешно выглядела в распашоночке до пупа и в разводах зеленки. Но пришили крепко! Жена даже не заметила. Егор хмыкнул и набрал телефонный номер.

— Алло. Иван Сергеевич у себя? Егор Овчинников. Барышня! — Егор чуть повысил голос. — Вы не задавайте глупых вопросов, а соединяйте. По личному я.

Через пару минут барышня, выяснив все, что следовало, соединила Егора с «нужным человеком».

Егор продиктовал номер машины и осведомился, можно ли узнать фамилию и адрес владельца.