Чтение онлайн

КРЫЖАНОВСКАЯ ВЕРА ИВАНОВНА (псевд. Рочестер) (1857–1924), русская писательница; единственный представитель оккультного романа в России.

«С детства Крыжановская интересовалась древней историей и оккультизмом, выступала на сеансах в качестве медиума… Следуя традиции, распространенной среди спиритов, Крыжановская утверждала… что эта повесть, как и романы… и др., были продиктованы ей духом англ, поэта Дж. Уилмота, графа Рочестера (1647–1680), верившего в посмертное существование души на земле (отсюда ее псевдоним, который она ставила на произведениях рядом со своей фамилией). Современник свидетельствовал: Крыжановская всегда “пишет на франц, языке, в бессознательном состоянии… Написанное ею переводится на русский язык и тщательно редактируется иногда самим автором, иногда близким ей человеком…”» (Рейтблат, 1994, с. 173–174.)

«В 1885 году Вере Крыжановской явился, по ее словам, дух средневекового философа и алхимика Рочестера, который предложил ей писать под его мысленную диктовку исторические романы — дабы послужить всеземному Добру. Она согласилась. И с той поры регулярно погружалась в свое полубессознательное состояние, записывая карандашом на бумаге послания своего духовного наставника — притом на французском языке… Для всех, кто знал Крыжановскую, было загадкой, как она, слабо владея французским, создает столь совершенные творения, где в ярких красках предстает земная история… В мировой литературе известно всего четыре писателя, создававшие свои произведения под мысленную диктовку из небытия. Трое из них наши соотечественники — Даниил. Андреев, Елена Блаватская186 и Вера Крыжанов-ская». (Грушко, Медведев, 2000, с. 204–205.)

Когда человек в состоянии «транса» (самогипноза) создает текст не по собственной воле, а как бы под диктовку того, что он называет «бесплотный дух», то это явление в оккультизме определяют как «автоматическое письмо». Помимо указанных лиц можно вспомнить еще английскую оккультист-ку Алису Бейли (1880–1949), опубликовавшую ряд книг («Эзотерическая астрономия», «Трактат по белой магии» и другие), которые, по ее утверждению, были «надиктованы» ей «тибетским мастером» и другими духовными созданиями.

КРЫЛОВ ИВАН АНДРЕЕВИЧ (1769–1844), русский писатель, баснописец, драматург, журналист. Академик Петербургской АН (1841).

«…Несколько неимущих, то есть перебивающихся картами, игроков приказано было выслать из Москвы с запрещением жить в столицах и губернских городах. В числе этих последних оказались… и Иван Крылов… Нельзя сказать: он играл в карты; он жил ими, он видел в них средства разбогатеть. Он отыскивал сборища игроков и проводил с ними дни и ночи. “Стыдно сознаться, — говорил он впоследствии Н.И. Гречу187, — я ездил по ярмаркам, чтобы отыскивать партнеров <…> на всю жизнь остался холостяком…”» (Гордин. 1985, с. 107, 130, 56.)

«И выше всех наук игру картежну ставил». (КрыловИ.А. «Судьба игроков», 1788.)

[1793–1806 гг.] «…проводит в провинции, предаваясь азартной карточной игре в сомнительных притонах, проживая в качестве не то приживальщика, не то секретаря и учителя в богатых помещичьих домах (Бенкендорфа, Голицына, Лопухина, Шанивцева). К этим годам относится создание лучших комедий Крылова и первых его басен…» (Нечаева. 1931. с. 687.)

«По внешности Крылов был пикник с наклонностью к ожирению, которая с годами делалась все сильней. Сомато-скопически Крылов принадлежал, таким образом, к гипофизарному типу конституции…» (Галант, 19276, с. 240.)

«…От юношеской несдержанности, беспокойного честолюбия и предприимчивости не осталось и следа; характерными теперь для него являются нежелание ссориться с людьми, благодушная ирония, невозмутимое спокойствие и все возраставшая с годами лень. С1836 г. он не писал уже и басен». (РозановИ.Н., ЭС Гранат, т. 26, с. 74–75.)

«Вдали от ваших гордых стен… / В пустыне тихой я блажен». / (Крылов И.А. «Уединение», 1793–1795.)

«На склоне лет его мизантропич-ность стала неотличимой от меланхолии и благословенной поэтами лени… Спокойствие, доходившее до неподвижности, составляло первую его потребность… Его так всегда занимали пожары, что не было ни одного из них (разумеется, когда доходила до него весть о том), на который смотреть не отправился бы он хоть с постели… Думаю, что по этой причине и описания пожаров в его баснях так поразительно точны и оригинально хороши». (Гордин, 1985, с. 14, 145.)

С позиции психодинамической концепции патологическую склонность И.А. Крылова к азартным играм можно интерпретировать как выражение его инфантильных фантазий о всемогуществе, как ожидание неограниченного удовлетворения своих желаний и как протест против реальной действительности. Другие авторы рассматривают эту же патологическую склонность как своеобразный антидепрессант, так как прекращение игры вызывает, как правило, депрессию (мы видим это на примере Крылова). Интересно отметить, что к этому же кругу расстройств влечения относится и пиромания — патологическая склонность наблюдать картину пожара. У Крылова показательна возрастная смена одного патологического влечения другим на фоне нарастающей апатической субдепрессии.

КУБИН (Kubin) АЛЬФРЕД (1877–1959), австрийский художник-экспрессионист и график.

«…Рос болезненным мальчиком… Страхи, галлюцинации, сознание своей неполноценности, мучившие его с ранних лет, вели Кубина к отрешенности от жизни, пессимистическому мистицизму. Приведения и образы бреда сменяются в графике Кубина почти бытовыми сценами, в которых становится ощутимой подлинная и отталкивающая действительность и душевная боль воспринимающего ее художника». (Тихомиров, 1973, с. 28.)

«Но ощущение заброшенности не покидало юношу: обучение было самое бессистемное, родственники относились к нему холодно, угнетала скука провинциальной жизни, и он вернулся в Зальцбург. Пытаясь обрести душевное равновесие, Кубин поступает в солдаты в надежде, что дисциплина и чувство товарищества помогут избавиться от одиночества. Однако три недели грубой муштры привели его к нервному заболеванию. По свидетельству самого Кубина, тяжелые переживания юности положили основание всему его искусству, определили его характер и стиль». (Срибнис, Стефанович, 1976, с. 90–91.)

«Переносил различные психотические приступы с явно шизофренической симптоматикой. Он сам описал их патологическое содержание в подробной автобиографии… Достойно внимания, что шизофренические приступы хотя и вызвали сдвиг в структуре личности, однако не привели к настоящему дефекту. В формальном отношении живопись осталась не нарушенной, но в нее вошло шизофреническое содержание (галлюцинации)». (Winkler, 1948, с. 160, 163.)

«С 18–19 лет алкогольные эксцессы. В 1897 г. перенес, по его собственным словам, “тяжелый делирий”. Невротические реакции с длительными исте-риоформными сумеречными состояниями были следствием тяжелых психических стрессов и физических нагрузок… Перенес тяжелое невротическое развитие личности; достаточных оснований за психотический процесс не имеется». (Muller, 1961, с. 4, 13–14.)

«…Болел шизофренией, отражал в своих произведениях мир психотических переживаний… Отражением больного воображения художника явилась также его книга “По ту сторону”. Особенности усиленного и болезненно измененного воображения и восприятия мира описывается в ней очень ярко. Эту же тему можно найти в его автобиографии». (Банщиков и др., 1975, с. 210–211.)

«Он создает произведения, сюжеты которых черпает, как кажется, непосредственно в бессознательном, в соответствии с новейшими теориями Фрейда <…> в 1908 г. пишет роман “По ту сторону”, где дает простор фантасмагориям и галлюцинациям. Он описывает воображаемую реальность, мир сна, в который вплетены страхи и страдания действительной жизни… До конца жизни он продолжает искать свои образы в ирреальном, воображаемом мире, погружая нас в гнетущую атмосферу, где видения и кошмары обретают символическое значение». (Пийеман, 1998, с. 101.)