Безумные грани таланта: Энциклопедия патографий
Шрифт:
Общая характеристика личности
«Вацлав и в самом деле был странным ребенком — не играл с другими детьми, если его настойчиво не звали, поскольку привык, что товарищи завидуют ему и потому игнорируют. Обычно он молча размышлял о чем-то своем, сидя в уголке, ио мог неожиданно выкинуть “номер” и изобрести какую-то каверзу». (Нижинская, 1996, с. 17.)
«Когда Вацлав пошел в школу, то “сделалась еще заметнее его рассеянная отчужденность”. Ему как будто было безразлично, издеваются над ним или хвалят. Пользуясь относительной свободой, он легче находил уединение… Его природная нелюдимость болезненно развилась за годы славы. Что же касается практичности, то, ею вообще не обладая, он силой обстоятельств сделался непрактичнейшим из людей». (Красовская, 1974, с. 29, 167.)
«Доктор Аббе показал мне рентгеновские снимки и объяснил, что анатомически нога Вацлава не такая, как у обычного человека, своим строением она напоминает конечность и человека и птицы. “Чем вы это объясняете?” — “О, это атавизм, подумать только! — пятое поколение танцовщиков, а также результат постоянных тренировок не только самого Нижинского, но и его предков. В этом заключается секрет потрясающей элевации вашего мужа; не удивительно, что он способен летать: он действительно человек-птпца”». (Нижинская, 1996, с. 134.)
«Князь познакомил Нижинского с упоительными удовольствиями ночной жизни и помог приобрести первый опыт гомосексуальных отношений… Перед тем как они расстались, Львов познакомил Нижинского с Сергеем Дягилевым263. Дягилев был старше Нижинского на 30 лет. Он был гомосексуалистом и не старался это скрывать… Дягилев и Нижинский стали любовниками». (Уоллас и др., 1993, с. 172.)
[1911 г.] «В Берлине… Вацлав решил, что все немцы — переодетые тайные агенты, и находился в постоянном нервном напряжении, воспринимая их поведение как крайне недружественное». (Нижинская, 1996, с. 59.)
[1912 г.] «Только спустя годы, когда началась долгая болезнь Вацлава, стало ясно, такое своеобразное внешнее выражение эмоций — улыбка при грустном сообщении или рыдание от радости — указывали на искажение нормальных психических реакций… Он не выносил замкнутого маленького пространства». (Там же, с. 67, 122.)
«В 1912 году возник скандал вокруг его балета “Послеполуденный отдых фавна”, где в последней сцене Нижинский изображал фавна, занимающегося мастурбацией». (Уоллас и др., 1993, с. 172.)
[Март 1914 г.] «Все представилось безысходно пошлым. Отвратительным. Бешенство понесло его, и он уже не сознавал, что катается по полу рыдающий, стонущий, сведенный судорогой». (Красовская, 1974, с. 170.)
[1917 г.] «Становился все молчаливее, все раздражительней и, наконец, перестал скрывать, что, подозревает… порученцев Дягилева в покушениях на его жизнь… Болезнь подступала исподволь. Даже острые ее вспышки виделись многим всего лишь капризами избалованной знаменитости. К тому же болезнь, подстерегая жертву, не шла по прямой, как и свойственно этой болезни… “Бог”, поселившийся в нем, делался все требовательнее и все безжалостнее воздвигал стену между ним и миром. С тех пор Нижинский подолгу сидел, уставясь в пространство, с застывшей на губах усмешкой, только сложенные концами пальцы шевелились быстро и слабо. В периоды нервного подъема он снова пускался рисовать, переводя на бумагу терзающие его галлюцинации… В марте 1919 г. Вацлав показался цюрихской знаменитости, психиатру профессору Блойлеру… Вердикт профессора был: шизофрения — в те времена неизлечимая болезнь». (Там же, 93, 195, 201–202.)
«Вацлав находился в государственной психиатрической лечебнице среди тридцати других пациентов, но к этому времени из-за шока он перенес свой первый кататонический приступ. Профессор Блойлер глубоко сожалел об этом печальном инциденте, вызвавшем острое развитие болезни… По его совету Вацлава отвезли в санаторий “Бельвю Крузлинген”… После шестимесячного пребывания в санатории… у него внезапно начались галлюцинации, он стал агрессивным, отказывался от пищи». (Нижинская, 1996, с. 165.)
«В 1919 году 29-летний Нижинский перенес тяжелое нервное заболевание. Он перестал танцевать. Его мучили бессонница. мания преследования, шизофрения и депрессия. Большую часть своих последних 30 лет Нижинский провел в психиатрической больнице в Швейцарии». (Уоллас идр., 1993, с. 172.)
«В 1938 году испытали новонайден-ное лечение уколами инсулина. Средство подействовало. Нижинский, после долгих лет замкнутости, стал разумно отвечать на вопросы». (Красовская, 1974, с. 204.)
Когда профессия танцовщика выбирается не из конъюнктурных соображений, а по «зову сердца», не очень удивляет, что среди ее представителей оказывается много не только талантливых лиц, но и склонных к гомосексуальности. Отто Вейнингер писал: «Танец — это женское движение, и прежде всего — движение проституции»264. Не вызывает сомнения, что шизофреническое расстройство, начавшееся, как это чаще всего и бывает, уже в детском возрасте, развиваясь, прервало блистательную карьеру Вацлава Нижинского. Можно предположить также, тпо сценическая окраска образов, своеобразная экспрессия артиста особенно в последние годы выступлений в определенной степени были обусловлены его психическими нарушениями.
НИКИТИН ИВАН САВВИЧ (1824–1861), русский поэт и мемуарист.
«Тяжкий крест несем мы, братья, Мысль убита, рот зажат…» И. С. Никитин
Наследственность
[1843 г. | «…Отец стал все более пить, его суровый характер стал проявляться еще сильнее. Под влиянием деспотизма отца, его пьянства начала пить и мать поэта. В доме создалась тяжелая, удушливая атмосфера, губительно отзывавшаяся на занятиях Никитина». (Фомин, 1905, с. 322.)
Общая характеристика личности
«Никитин с каждым годом учился хуже, манкировал уроками и наконец совсем забросил занятия… В 1843 г. Никитин был уволен из старшего класса среднего отделения семинарии “по малоуспешности”». (Там же, с. 322.)
«Эта простуда, обострив туберкулезный процесс, оказалась роковой… За все время болезни поэт испытывал самые тяжелые физические страдания, в нем обнаружилась большая нервозность, нечто вроде истерических припадков». (Там же, с. 327.)
«Если бы нужда, застенчивость, убожество искали себе среди людей олицетворения, они едва ли бы нашли существо более подходящее, чем Никитин. Он и сам рисует себя таким: “С младенчества дикарь печальный, / Больной, с изношенным лицом…”» (Айхенвальд, 1998, т. 1, с. 134–135.)
Особенности творчества
«Обособленность и сосредоточенность, развитые тяжелыми жизненными условиями, наложили отпечаток на творчество Никитина 1849—53 годов. Его поэтическая сфера была ограничена; он главным образом вращался в области личных переживании, окружающая жизнь привлекала мало внимания. Игнорируя ее, поэт иногда рисовал то, чего никогда не видел, например, море… “Творчество Никитина тесно связано с его жизнью и личностью, в нем много автобиографического элемента. Тяжелая, мрачная, лишь с небольшими и немногими просветами, жизнь Никитина, часто обострявшаяся и мучившая его болезнь наложили глубокий отпечаток на его творчество: в нем преобладают печальные тона, красной нитью проходят глубокая тоска и скорбь”». (ФоминА.Г., CD Брокгауз и Ефрон.)