Чтение онлайн

Он даже крепко-накрепко зажмурился на мгновение. Потом вновь открыл глаза и продолжил свой путь на корму.

И Альтия, и Янтарь держали в руках дымящиеся кружки с чаем. Между ними стоял круглый керамический чайник и третья кружка при нем. Брэшен налил себе, прикинул, а не сесть ли между ними, но передумал и остался стоять. Янтарь смотрела в море. Альтия водила пальцем по ободку кружки и рассматривала волны. Их разговор угас при его появлении. Янтарь первой почувствовала неловкость. Она подняла на него глаза:

– Значит, завтра с утра пораньше?

– Нет,- сухо ответствовал Брэшен. Отхлебнул чаю и добавил: - То есть не думаю, что получится. Скорее, все утро буду отлавливать новых работяг.

– Ох,- простонала Альтия,- только не это. Тут, похоже, что-то произошло, как раз когда я подошла?

Брэшен хотел рассказать, но передумал, закрыл рот и только мотнул головой.

Альтия потерла виски и с надеждой обратилась к Янтарь:

– Значит, он, по крайней мере, снова стал с вами разговаривать?

– Не с нами, - вздохнула Янтарь.
– Он у нас теперь на работников переключился. Сперва просто гадости нашептывал. Потом начал повествовать, что-де у них дети родятся без ног и без глаз, потому как папаши работали кругом проклятого корабля.- И добавила с невеселым восхищением: - Слова-то какие нашел!

– Ну что ж. Это хоть что-то. По крайней мере, больше бревнами не швырялся!

– Может, он на завтра силы копит, - заметил Брэшен. Они обескуражено помолчали. Потом Янтарь печально спросила:

– Ну так что? Значит, сдаемся?

– Пока еще не совсем. Вот допью эту кружку - и тогда уж сделаю окончательный вывод, насколько безнадежны наши дела, - ответил Брэшен. И, нахмурившись, обратился к Альтии: - Кстати, где ты сегодня пропадала все утро?

Она ответила холодно и не глядя на него:

– Не то чтобы я должна была отчитываться перед тобой, но скажу. Я ходила повидать Грэйга.

– А я думал, Тенира еще прячется,- удивился Брэшен.- За его голову награда назначена, ну и все такое...

Он постарался ничем не выдать своего особого интереса. Он прихлебывал чай, старательно глядя вдаль.

– Так он и прячется. Просто он сумел передать мне весточку, вот я к нему и сходила.

Брэшен повел плечом:

– Стало быть, хоть одним затруднением меньше. Вот кончатся деньги сразу пойдем и сдадим его сатрапским чиновникам. Получим награду и еще рабочих наймем.

И Брэшен улыбнулся, показав зубы. Альтия пропустила его слова мимо ушей.

– Грэйг сказал, - сообщила она Янтарь, - что рад был бы мне всемерно помочь, но у него у самого дела совсем не блестящи. Их семья сумела выручить лишь малую толику от стоимости груза "Офелии". И к тому же они приняли решение не торговать ни в Джамелии, ни в Удачном, пока сатрап не отменит несправедливые поборы.

Брэшен спросил:

– Но разве "Офелия" не вышла из гавани несколько дней назад?

Альтия кивнула:

– Именно так. Томи счел за лучшее убрать ее из порта, пока не налетели новые галеры. Таможенники сатрапа и так уже грозились наложить на нее лапу. Они теперь уже заявляют, будто сатрап собирается определять, где живым кораблям торговать, а где нет, и что товары из Дождевых Чащоб могут продаваться либо у нас, либо в столице, а больше нигде. Лично я сомневаюсь, чтобы они сумели настоять на своем силой, но Томи решил не нарываться на новые неприятности. Семейство Тенира будет продолжать противостояние, но впутывать в это Офелию он не хочет. Да и правильно делает.

– Будь я на его месте, - проговорил Брэшен задумчиво, - я увел бы ее вверх по реке Дождевых Чащоб. Туда за ним никто, кроме другого живого корабля, все равно не смог бы последовать.- И он наклонил голову: - А что, неплохой план, а? Грэйга небось тайком посадят на другой живой корабль, и там-то они встретятся. Ну? Я прав?

Альтия покосилась на него и пожала плечами.

Брэшен изобразил смертельную обиду:

– Значит, не доверяешь...

Она по-прежнему смотрела на воду:

– Я обещала молчать.

– Ну а я, конечно, сейчас же побегу всем докладывать!

Теперь он по-настоящему возмутился. Да за кого в самом деле она его держит? Неужели она думает, что в своем соперничестве с Грэйгом он унизится до предательства?

– Брэшен!
– У нее, похоже, стремительно иссякало терпение.
– Нет никакой речи о недоверии к тебе. Просто я слово дала, что никому ничего не скажу. И я намерена это слово сдержать.

– Ясненько.
– Ну наконец-то она по крайней мере прямо обратилась к нему. Его снедал один жгучий вопрос, и он проклял себя, но все равно не смог промолчать: - Он просил тебя с ним уехать?

Альтия помедлила.

– Он знает, что я должна оставаться здесь. Он даже понимает, что мне необходимо будет отправиться в плавание на "Совершенном"...
– Альтия почесала подбородок, потом принялась скрести смоляное пятно на щеке. И раздраженно добавила: - Вот бы еще моя сестрица Кефрия это уразумела! А то только знай квохчет: "неприлично" да "не подобает". Все уши уже матери прожужжала. Она даже не одобряет, что я сюда-то хожу помогать. Я для этого, видите ли, не так одеваюсь. Интересно, как я должна себя вести, чтобы она меня похвалила? Наверное, сидеть дома и ломать руки в отчаянии?

Брэшен знал, что она пыталась сменить тему разговора. Он не пожелал пойти у нее на поводу.

– Конечно, Грэйг понимает, что ты должна отправиться за "Проказницей". Но ведь он все же попросил тебя с ним уехать, не так ли? Он ведь хотел этого? И, может, так тебе и стоило бы поступить. Примириться с потерями и сделать ставку на победителя. Никто из торговцев всерьез не верит, что у нас хоть что-то получится. Вот почему ни один из них не предложил помощи. Они думают, что мы тут деньги и время попусту тратим. Спорю на что угодно Грэйг тебе тысячу веских причин привел, уговаривая нас бросить. И в том числе - что мы никогда не вытащим эту развалину из песка.

И Брэшен что было мочи грохнул кулаком по корпусу корабля. Внезапный и плохо объяснимый приступ гнева овладел им.

– Не смей называть его развалиной!
– прикрикнула Янтарь.

– И прекрати ныть,- зловредно добавила Альтия. Брэшен свирепо уставился на нее. А потом заорал:

– Развалина! Как есть развалина!.. Кусок мусора, валяющийся на берегу!.. Слышишь, Совершенный? Про тебя разговор!!!

Его вопли эхом отдались в утесах, высившихся позади. Совершенный не ответил. Янтарь зло смотрела на Брэшена, молча пыхтя. Потом справилась с собой и выговорила: