Чтение онлайн

— Чем обязаны вашему визиту, дорогая? — осведомился Нил, подводя невесту к одному из кресел, стоящих напротив дивана.

— Мне предложили помощь в нашем деле, причем это будет очень большая помощь, поверьте, — девушка улыбнулась еще шире.

— Что за помощь? И какова ее цена? — немедленно перешел к делу Дарел. Сегодня он полагал излишним ходить вокруг да около.

Изольде пришлось рассказать о своей приверженности культу Сета, о просьбе о помощи, о предложении верховного жреца и об открывающихся возможностях для всех них.

Естественно, она встретила жесточайшее сопротивление со стороны мужчин, не желавших связываться со жрецами и воинами бога Тьмы, но Изольда пустила в ход все свое обаяние и дар убеждения. Пришлось объяснять Дарелу, что никто не претендует на главенство культа Сета! Нет, надо просто позволить построить храмы. И разрешить простым жителям Розми придерживаться культа этого грозного, но все же необходимого бога, как они придерживаются культа Зулата — бога Царства Мертвых; Джанал — богини колдовства, сумасшествия, несчастий; Зальтора — бога пороков, грехов (но не убийства), покровителя воров и мошенников; Карены — богини массовых бедствий, болезней, да и вообще смерти или той же Миреллы — богини ревности, предательства, грусти и тоски! Когда-то все они относились к Теневым богам, во главе с Зулатом, признавшим главенство Крома, но ныне их полагают богами Света. Их храмы стоят везде, туда ходят люди, и просят этих богов отвести беду от своих близких! А Пантера, так вообще изначально — богиня Света, хоть и покровительствует сражениям и кровопролитиям! Кровожадная богиня! Гляньте только на картины на стенах! Однако почему-то причислена Свету.

Так почему бы не разрешить храмы Сета?

В них тоже могут ходить люди, просить, чтобы зло не заглянуло в их дом, просить за своих родственников, которые совершили страшные преступления и были на загробном суде Осириса отправлены в Бездну Сета. Молитвы и жертвоприношения способны помочь заблудшим душам.

И вообще, у Сета есть храмовые воины, обученные сражаться, способные побеждать, и его жрецы за века изгнания научились не только обряды совершать, но и сеять разные мысли в головах людей. Кто из присутствующих в данной комнате способен на такое? Никто? Даже Дарел? А что так? Дарел ведь относится к верхушке жрецов Крома. Большинство его братьев-жрецов не разделяет его убеждений, они не пойдут за ним? А ведь они воины. Все жрецы Крома обучены драться.

Тогда что же наши доблестные мужчины нос воротят от предложенных слабой женщиной союзников? Других нет. Они вообще хотят стать хотя бы регентами при малолетнем короле? Или дождемся того времени, когда принц Лоуренс станет совершеннолетним и сам отвоюет трон у своей кузины?

К полуночи оба мужчины согласились с доводами Изольды. Хоть и скрепя сердце.

Она была права — недовольство появилось среди людей, заговорщики проникли в среду военных, сумели окопаться в Летном училище Фритауна и еще в нескольких военных училищах. Союзники Дарела и Нила были в числе финансистов, среди высших полицейских чинов, даже имели доступ к нескольким военным базам данных и к некоторым новейшим разработкам в сфере вооружения и электроники. Но пока это ничего не значило. Поднять Розми было не так-то просто.

Союзники соглашались с претензиями Нила, даже переводили кое-какие деньги на новые счета, предоставили возможность выступить по центральному каналу телевидения, и… А пока дальнейших действий не было. Только жрецы вели работу среди населения.

Активных действий не было. Для военных еще рано, жители Розми пока лишь принимают к сведению существование оппозиции, враги королевы продолжают сидеть в подполье. Нет действий, которые послужили бы толчком к мятежу. Недовольство только начало копиться, но волна мятежей поднимется нескоро, или же иссякнет так же неожиданно, как и появилась. Нужны союзники, которые могут действовать, и действовать решительно. Искушенные союзники.

Розмийцы поболтали на кухнях о возможной гибели принца, да и забыли — молодая королева не делала ничего страшного, что могло бы вызвать недовольство в сердцах и умах горячих и буйных розмийцев. Менять из-за каких-то подозрений правителя они не собирались. Зачем?

Процесс раздувания недовольства грозился затянуться не то, что на годы — на десятилетия! Пока выпускники военных училищ еще получат звания, позволяющие командовать другими, пока разработки будут пущены в массовое производство, пока финансисты закрутят гайки потуже, пока полицейские начнут настолько плохо работать, что преступники расплодятся и обнаглеют — пройдет много лет. Надо ждать.

Изольда же передала предложение жрецов Сета ускорить этот процесс. Они умели поднимать недовольство простого народа. У них были воины, которых можно было использовать для убийств, организации массовых беспорядков, происшествий, диверсий и еще многое для чего. И за это они просили не так уж и много. Особо разевать рот не стоит — народ взбунтуется еще раз и сомнет неугодного регента или короля. Жрецы Сета делали прицел на будущее, собираясь постепенно получать то, что им необходимо.

А вот что же они хотят — это понять было не просто. Что они отложили свои идеи с завоеванием Розми, стало ясно несколько веков назад, когда была уничтожена последняя империя Сета — Восставшие Болота. Название смешное, но нахлебались бед от этой империи все и здорово, а прозвали ее так потому, что основное восстание произошло на территории рядом с Великими Болотами, и самыми страшными были армии Сета, состоящие как раз из болотных монстров, живших на бескрайних просторах этих самых болот. С тех пор жрецы и приверженцы Сета вели себя очень тихо, радовались оставленному им единственному храму их мрачного бога, да не пытались лезть в политику, устраивать заговоры и перевороты. Хотя Дарел понял сразу — союз с Нилом и разрешение строить храмы Сета и будет первой ступенью к новой Империи, только сколько веков еще должно будет пройти! И сколько всего может произойти с былыми союзниками!

Из Замка Королей вновь поступали очень тревожные вести, которые Талинда выслушала с содроганием. Особенно тревожными они выглядели на фоне начавшихся волнений среди населения Розми и давешним выступлением по телевизору новоявленного родственника. Пока королева и генерал Бодлер-Тюрри пребывали в столице, некто вновь проник в Замок Королей и совершил покушение. На сей раз на совсем уж безобидного человека — старшего конюха!

— Господин Фокс, что у нас там за отравитель завелся? — зло рыкнула королева, созерцая главу своей спецслужбы охраны пребывающего в растерянности, что было вовсе не свойственно Майклу, ей даже стало искренне жаль беднягу. — Господин Фокс, только давайте без мыслей об отставке? Мне без вас никак не обойтись, особенно сейчас, — призналась королева. — Вы действуете вместе с Винсентом, а против вас действует целая группа. У них было время и возможности подготовить покушение, внедрить своих людей, поэтому они опережают вас, — успокоила королева. — Вам остается лишь надеяться на самих себя. Работайте, сейчас не время предаваться самобичеванию. А то мне вообще в пору с Башни Слез прыгать…

— Да, простите, Ваше Величество, — собрался мужчина. Потом нахмурился. Помотал головой, словно бы отгоняя какую-то мысль.

— Что вам пришло в голову? — покосилась на него Талинда, видя такую странную реакцию.

— Да этого просто не может быть, — отмахнулся Майкл.

— И все же, — настаивала королева. — У нас тут прям конкурс на тему «Чего еще не может быть, но есть»!

— О дополнительном расследовании по делу убийства Вашей семьи знаем только мы с Винсентом, и дело о нападении на принца Лоуренса ведем только мы вдвоем… Он также может думать только на меня, как и я на него, но это глупо. В его преданности короне не возникает никаких сомнений, — он еще раз отмахнулся от неуместных мыслей, словно от назойливой мухи.

— Это точно. Тем более, гибель моей семьи — это просчет и Винсента тоже, — королева покачала головой вновь. — Вы правы, глупая мысль.

— Надо будет расширить круг подозреваемых. Может быть, это кто-то из числа гостей или других посетителей Замка: поставщиков провизии, материалов или еще чего. Прислугу и охрану мы уже несколько раз проверяли и обрабатывали, — начал размышлять вслух Майкл.

— Хорошо, проверьте их тоже, — согласилась королева.

Глава спецслужбы охраны вышел, а девушка еще какое-то время посидела за письменным столом, заваленным бумагами. Она немного погрызла ноготь на большом пальце, потом перешла на диван, куда и уселась, обняв подушку. Раздумья ее были тяжкими и какими-то несуразными.

Винсент был предан ей до мозга костей. Он был грозой всех заговорщиков и воплощенным ночным кошмаром всех, кто смел подумать об измене короне. Он готов был даже убить невинного ребенка, чтобы защитить ее и корону…

Убить невинного ребенка…

Винсент полагает, что Лоуренс — угроза ее власти. Чтобы устранить угрозу, особенно при появлении откровенного недовольства народа, сможет ли глава РСР убить ребенка? Сможет. Нарушит ли он ее приказ? К сожалению, Талинда осознавала, что он легко нарушит ее приказ, если будет уверен, что в случае выполнения приказа ей грозит смертельная опасность. Но ведь если предположить, что Винсент пытается нарушить ее приказ и все же убить Лоуренса, то так можно пойти дальше, и предположить, что именно он стоит за убийством ее семьи! Нет, такое предположить просто невозможно! Она даже замотала головой, отгоняя эту странную мысль. Нет, нет, нет!