Чтение онлайн

Вот йок! Куда делось? Целиком вошло в тушу? Потому и исчезло, что спряталось внутрь с концами? Едва ли. Скорее, дар чудища воспринял оружие за часть тела зверя и тоже его сделал невидимым. Вот и пометили… Плакал наш план.

— Китар!

Ло, оставив свою Зверобойку внизу, уже лезет на дерево.

— Кровь!

Я не слепой — и сам вижу, как тёмной струёй, отмечая перемещения зверя, на землю из воздуха хлещет кровь чудища. Хозяин по-прежнему мечется около Бочки. Обидчик удрал, и вся злость раненой твари выплёскивается на несчастного Андера. Прямо на незримого врага мне не спрыгнуть — место действия переместилось на пару десятков шагов в сторону. Но прыгать придётся.

Исчезаю под даром — и вниз. Приземлился, что муфр, на четыре конечности. Кости хрустнули в суставах, но выдержали. Подскакиваю — и несусь к Бочке. Вернее, к кровавой подсказке, что пляшет вокруг орущего, дабы ещё пуще раззадорить зверюгу, Андера.

Старый зверь — умный зверь. Секунда-другая — и он догадается, что неуязвимый крикун отвлекает его от чего-то другого. Уверен, что у хозяина леса слух чутче, чем мой. Но красться мне некогда.

Всё! Он услышал моё приближение! Струйка крови на миг замирает, чтобы тут же рвануть в мою сторону. Две невидимки сошлись.

Машу выпущенными клинками навстречу чудовищу и прыгаю в сторону. Удар в бок придаёт ускорения. Я вскрикиваю в полёте, тут же слышу позади себя шум падения грузного тела…

И больше ни звука.

Убитое Китаром в тот день существо, скорее всего, было когда-то шакалом. Долгая жизнь и безостановочный рост очень сильно изменили животное. Тело сгорбилось и раздалось в стороны, голова укрупнилась, шерсть выпала, лапы стали короче и толще, челюсти, наоборот удлинились. Неприятное зрелище. Хорошо, что огромный урод явил нам свою «красоту», лишь уже после смерти.

Но внешность добычи для нас не имеет значения. Важны только внутренности. Тот первый хозяин принёс нам семь с лишним десятков семян и под сотню бобов. Вернее, половину от этого. Вскрывали шакала, как и последующие наши трофеи, мы в присутствии солдат-провожатых и тут же осуществляли раздел. Крайне прибыльный бизнес для полиса. Риска ноль, семена, бобы льются рекой. За неполных два месяца трое хозяев и царь найдены Терикусом и прикончены нами.

Причём, по-настоящему нам доставил проблемы только один из зверей. Умудрившийся дорасти до размеров медведя енот приобрёл дар стремительности, что полностью отсекало возможность победить его силой. И Вепрь, и Сепан, и даже я со всеми преимуществами своего энерго-каркаса были там бесполезны. Только хитрость и скорость Клеща позволили прикончить неимоверно проворного зверя.

Коротышка с мальчишкой, после закрытой Клещём красной норы, теперь — наша самая эффективная связка. Первый на удлинившимся сроке способности нынче легко и без риска приводит любую добычу в засаду, второй убивает её. И енот, и олень, чьи видоизменившиеся рога мгновенно удлинялись до нескольких метров, пробивая на своём пути всё, как на даре рука-пика Кэйлора, были разрублены невидимыми клинками Китара.

Нам с Сепаном и Вепрем пришлось поработать лишь раз, когда брали похожего на ожившую гору бизона-царя, выедавшего степь подчистую чрезмерно раздавшейся в стороны четырёхметровой пастью, похожей на раструб уборочного комбайна. Даром этого зверя являлось отсутствие необходимости спать. Он мог круглосуточно двигаться, поглощая тоннами пишу, и обострённые: зрение, слух, обоняние позволяли чудовищу на большом расстоянии обнаруживать приближение дичи.

Помню, Матвей говорил, что отличие царя от хозяина леса заключается только в числе семян жизни, вызревших в сердце животного. Не уверен, что дело лишь в этом. На каком-то этапе — не факт, что за сотней семян — зверь становится совершенно всеядным. Тот гигантский бизон с удовольствием поедал туши затоптанных им животных, которым «хватало ума» подойти слишком близко к чудовищу, обладавшему на удивление высокой стартовой скоростью и проворством для своих габаритов.

Вот и мы, после нескольких безуспешных попыток незаметно подкрасться к объекту охоты, просто вышли в итоге, рассыпавшись сетью, на бой в чистом поле. Впрочем, степь и не могла предоставить иных мест для битвы. Единственное, что имелось для выбора — направление. Мы приблизились к чудищу с той стороны, где бизон прошёл ранее, чтобы выеденная под корень трава не мешала манёврам.

Наши подвижность и ловкость — те преимущества, на которые делалась ставка. При всей своей проворности гигант в этом компоненте всё-таки нам уступал. Клещ, тот сразу же рванулся вперёд и, запрыгнув на ногу животного, вскарабкался с помощью своих серпов зверю на спину прямо по ороговевшей шкуре. Его вклад в ту победу стал, наверное, самым весомым. Коротышка так и не смог причинить чудищу какой-либо маломальский урон, но, пытаясь выковырять глаза зверя, ощутимо отвлекал чудище от погони за остальными участниками охоты.

Убивали колосса мы целые сутки. Даже с перерубленной возле копыта ногой бизон продолжал нас гонять на трёх мощных конечностях вплоть до момента, когда с двенадцатого удара я-таки повредил ему кость под коленом с другой стороны. Причём, Вепрь с Сепаном лупили туда же на даре, пока тот не кончился. Метла аж сломал свой топор.

И даже в таком состоянии зверь умудрялся перемещаться. Пусть небыстро, но подойти к нему близко без риска по-прежнему было нельзя. Я метал полэкс с привязанной к древку верёвкой, чтобы оружие после броска можно было вернуть обратно. Бесполезно. Даже мне не хватало сил на то, чтобы пробить этот череп. Пришлось ждать, когда восстановится дар Китара и забрасывать уже самого пацана на огромную голову вепря.

Двухметровой длины клинков парня хватило, чтобы добраться до мозга и позже, когда чудище сдохло, вскрыть один из боков великана. Одолев несокрушимый барьер шкуры с рёбрами, дальше мы уже кое-как вгрызлись в тушу червями и добрались до сердца. В первый раз пришлось извлекать сердце зверя кусками — целиком оно отказывалось пролезать в дырку.

Не страшно. Всю грязную работу я в тот раз взял на себя. Раздевшись, с одними ножами в руках, посетил нутро чудища. Кромсал, вынимал, затем шинковал, когда назад выбрался. Так потом без одежды и в полис явился. Вернее, на лоскут. Перед тем, как подняться на ведущий к городским стенам мост, всё же вымылся в озере. Раньше просто негде было этого сделать. Попался безводный участок степи.

Но добыча добычей, а с норами нам пока не везёт. Только Клещ в Бездну с пользой сходил. Кэйлор, чья очередь подошла раньше всех, все три раза лезть туда отказался. Его, что разумно, интересуют лишь красные норы. Таких не попалось — две жёлтых и бурую отдал тем, кто шёл следом за ним. Вальдемар же со злости закрыл в свой черёд бесполезную белую. И это удача. Выпади принцу нора более сложного цвета, мне пришлось бы вмешаться.

Валя, как за глаза стали назвать Кингесберга охотники, ещё официально не принят в отряд, но для меня это дело решённое. Я не готов рисковать лекарем с даром второго уровня. Как не хочу и лишаться полезных соратников в целом. Когда подошёл черёд нырять в Бездну охотников Вепря, я тщательно взвешивал шансы, давая добро на попытку пройти испытание тому или иному из мунцев.

Могучая кучка заранее встроилась в очередь в правильном, как им казалось, порядке. Первым шёл Бочка, как самый слабейший. Не по троеросту, конечно, а в целом. В Бездне ум зачастую нужнее долей. Выпади ему чересчур сложное испытание, он бы его пропустил, отказавшись от прыжка в нору в пользу идущего следом Клеща.

Так и вышло. Единогласным решением — хотя, хватило бы и моего вето — в красный портал был отправлен наш низкорослый бегун, который нынче не только поднял свою скорость процентов на тридцать, но и увеличил срок действия дара до десяти минут на заход. Жаль только, что перезарядка способности точно так же занимает всю ту же половину суток, как и раньше.