Чтение онлайн

Она встаёт на нетвёрдых ногах и берет мою руку в свою.

– Помни, Куколка. Мужчин нужно только использовать. Чувства и вся эта глупость были придуманы неудачливыми людьми. Твоя ценность — это то, что ты предлагаете миру, - твоя красота, твой интеллект и твоя конкурентоспособность. Ни один мужчина не должен красть их у тебя. – Она кладёт руку мне на сердце. – Запомни это. – Мама постукивает меня по виску. – И ты выиграешь, используя это.

Потом она идёт в душ. Я жду, пока она сядет в свою машину, прежде чем уехать.

Я собираюсь послушать её радиопередачу, чтобы убедиться, что у неё все хорошо.

Хотя я не сомневаюсь, что она справится. Мама - богиня за стенами своей квартиры. Она никому не позволяет видеть её слабости. Она никогда не волнуется, даже во время развода, когда репортёры не оставляли нас в покое. В то время папочка выглядел измученным и немного грустным, но она надела свою лучшую дизайнерскую одежду и макияж, ответила на все вопросы и сказала им, что их решение было принято по обоюдному согласию, сразу после того, как она закончила скандал с папочкой.

– Куда едем, мисс Куинс? – Спрашивает Дерек с водительского сиденья. Мне его жалко. Он не только должен придерживаться папиного колеблющегося расписания, но и возить меня повсюду, когда я захочу.

Я подумываю о том, чтобы пропустить сегодняшний день. У меня в голове каша, и мне не помешало бы поспать десять часов.

Но это означало бы сбежать, а я этого не делаю.

Я из тех, кто бежит прямо в центр опасности, вместо того чтобы уклоняться от неё. Если рано или поздно меня убьют, я найду решение или умру, пытаясь.

Это того стоило бы.

– В школу. – Говорю я Дереку, просматривая свой телефон.

Моя лента в Instagram полна друзей папы по кампании. Там есть фотография, на которой он и дядя Джонатан участвуют во вчерашнем открытии детского центра. Должно быть, именно оттуда они и пришли.

На официальной странице LBC в Instagram есть фотография мамы в качестве гостя сегодняшнего политического разговора. Она выглядит такой лучезарной на этом снимке, за её улыбку можно умереть.

Я загружаю селфи, которое я сделал с ней перед тем, как она вышла, где мы улыбаемся в камеру, и подписываю его: «Горжусь тобой, моя героиня. #голосоватьзаженщин #женщинызаженщин #Суперженщина #политическийразговорСинтииДэвис»

Я планирую ещё один пост на потом. Это фотография, которую я сделал вчера, когда помогала папе надевать галстук.

В описании я пишу: «Ваш покорный слуга признан лучшим отцом в мире. #Гордая дочь #СебастьянКуинсбалодаритзапобеду #Вперёд»

Всякий раз, когда я публикую фотографию с одним из них, я чувствую себя виноватой, если не выкладываю следом фотографию другого.

Люди говорят, что со временем к этому привыкаешь — двойные каникулы, двойные ужины, двойные празднования дней рождения, — но это не так. Не совсем.

Особенно когда один из родителей одинок, а другой в депрессии.

Я прокручиваю дальше и нахожу фотографию Эйдена, загруженную около часа ночи. Это черно-белый снимок его шахматной доски.

Подпись гласит: «Война началась. Нэш?»

Коул не пользуется Instagram или какими-либо другими социальными сетями. Все его фотографии можно найти только в аккаунтах Instagram Эйдена, Ксандера и особенно Ронана.

Означает ли сообщение Эйдена, что Коул нанёс ему визит прошлой ночью? Я отбрасываю эту мысль, прежде чем позволяю своему сердцу погрузиться в неё.

Он бы этого не сделал. Это означало бы, что ему не все равно, а ему плевать. Или, скорее, он сделает это, но только если это часть его больной игры.

Я перечитала его вчерашнее сообщение, и стеснение в груди, которое я почувствовала, когда впервые увидела его, снова поглотило меня.

Я ненавижу его.

Мы приезжаем в школу, и я благодарю Дерека, а затем даю ему запасную бутылку сока на выходе.

– Желаю тебе чудесного дня.

Как только я выхожу из машины, я поднимаю подбородок, расправляю плечи и иду, задрав нос практически к небу. Я игнорирую тех, кто говорит мне доброе утро, и притворяюсь, что этого мира не существует.

Если я поговорю с ними, они начнут думать, что могут быть моими друзьями. Никто не может. Это означало бы, что они подберутся достаточно близко, чтобы прочитать меня насквозь, а я этого не допущу.

Мой телефон вибрирует от сообщения. Я беру его, когда иду в комнату с пианино. Через несколько дней у меня конкурс, и мне нужно усовершенствовать свою «Лунную сонату». Я уже взяла отгул с утренних занятий, чтобы сосредоточиться на этом.

Там будут оба моих родителя, и мне нужно сделать это хорошо. Нет, мне нужно победить.

В тот момент, когда мой взгляд падает на текст, я останавливаюсь как вкопанная.

Неизвестный номер: Твои губы выглядели красиво, накрашенные красным. Почему вы их стёрла?

Я сглатываю, медленно осматривая вход в школу, пытаясь увидеть, наблюдает ли кто-нибудь за мной или преследует меня.

После того, как я сфотографировалась с мамой, и она ушла, я стёрла помаду в её гостиной. Это значит, что кто-то увидел пост в Instagram и теперь видит меня в школе.

Мои лопатки сводит вместе, и меня охватывает дурное предчувствие.

Ускорив шаг, я на дрожащих ногах направляюсь в комнату с пианино. Я кладу сумку на стул, сажусь перед пианино, делаю глубокий вдох и позволяю своим пальцам двигаться по клавишам.

Дрожь стихает с каждой нотой.

Это почти как оказаться в другом мире, но не совсем. Когда ноты вытекают из пианино и растворяются в воздухе, я нахожусь в безмятежном мире, где солнце светит каждый день, а не как единорог, раз в жизни. В этом мире мои родители вместе, у мамы нет мрачных мыслей, папа не так занят, Хелен не так грустна и…

Тёмно-зелёные глаза врываются в мой образ, и я хочу прогнать его, но он не уходит.

Что-то изящное обвивается вокруг моей шеи. Мои пальцы пропускают ноту, и соната прерывается шумным звуком.

Я поднимаю голову, чтобы меня поприветствовали эти зелёные глаза с моего изображения. Неужели мне каким-то образом удалось вызвать его к жизни?

Не будь идиоткой.

Затем я замечаю ожерелье, которое он защёлкнул у меня на шее. Оно изящное из полноценного серебра и имеет маленькую подвеску в виде бабочки, крылья которой завёрнуты в символ бесконечности.