Чтение онлайн

Пылкие прикосновения его языка к поверхности моей шеи и его столь прерывистое дыхание, медленно-подкрадывающееся к выпуклости моих ключиц. И его уверенная хватка, не отпускающая ни на минуту. Это дарило незабываемые чувства.

– Гарри! – крик, беспомощная мольба, когда его руки резким толчком заставили меня полностью лечь на поверхность письменного стола, сдвигая ненужные предметы в сторону и ещё ближе прижаться своими бёдрами к паху парня.

Жгучесть такой близости обожгла хуже прежнего. Мысли яростно мелькнули в голове и инстинкт желания только глубже заставлял погружаться в необъяснимость происходящего. Его поцелуи стали жарче, прикосновения настойчивее, мои стоны пронзительней.

Дрожь так импульсивно била по всей сущности. Желание так безостановочно подталкивало к окончательному принятию решения. К окончательному понимаю этой необходимости.

К необходимости получить запретное.

Позволить произойти неправильному. Позволить переспать со своим братом.

Но страх и любое проявление нерешительности мгновенно ушло за границы осознания, ведь теперь не было никакой способности остановиться. Уже некуда было падать.

– Гарри, я... – едва слышно произнося столь важное имя, я запрокинула голову и прижалась к поверхности стола сильнее, наслаждаясь теми пылкими поцелуями, которыми осыпал моё тело парень. Тонкая грань чувств разрывалась. Губам было невозможно сложиться в правильном произношении нужных слов. – Гарри, пожалуйста...

– Сейчас, милая, – он прижался ко мне ещё яростнее и слегка ближе наклонился к моему лицу. Взглянул в глубь моей души и одарил такой нежно-обнадёживающей улыбкой. – Ещё немного.

Я едва успела сообразить, как парень решительным движением подхватил моё тело с такой лёгкостью и, не прерывая контакта наших с ним губ, опрокинул меня на мягкую перину кровати. Навис сверху так резко и прижал меня всем своим телом, позволяя чувствовать силу его проявленной эрекции.

Я знала, что это должно было произойти сейчас. Я знала, что уже было поздно сопротивляться или пытаться этого избежать, и поэтому, пройдясь ладонью по телу Гарри, я лишь аккуратно прижалась губами к телу, надеясь что это необходимая близость только придаст большей решимости.

– Стефани... – его руки требовательно опустились к моему нижнему белью, дотрагиваясь до самой чувствительной точки и полностью лишая её какой-либо защиты. – О, Боже мой, как же я хочу тебя.

Улыбка слегка коснулась моих губ, а ощущение трепета мгновенно перемешалось с восторгом. То, что происходило сейчас, начинало казаться мне новым спасением среди всего этого кошмара, что раньше столь бесцеремонно вторгался в мою жизнь. Теперь всё казалось иным.

Обещающим непременное счастье.

Бежевая ткань нижнего белья мгновенно отлетела в сторону. Никакого прикрытия на моём теле больше не оставалось. И встретившись с пронзительным взглядом Гарри, я уверенно кивнула головой, что оказалось последним уничтожением каких-либо сомнений. Теперь уже не было пути назад.

Его пальцы аккуратно вошли вовнутрь влагалища, растянув кожу на небольшое расстояние и заставив меня с резкостью сжать зубы. Ласки парня завораживали, заставляли окунаться в глубь непостижимого, в бездонность истинного наслаждения.

Резкий вздох и я ощутила то, что было так важно. То, что было нужно.

Рывок — и пульсирующий член раздвигает складки моей кожи. Ещё рывок — и он внутри. Во мне. В моём теле.

В этом пылающем огне, разъедающим каждую часть сущности.

Стон мгновенно оглушил комнату и я, со всей силой сжимая в своих кулаках простынь, мгновенно выгнулась.

Мне казалось, что я горю. Что если пройдёт ещё хотя бы одна секунда, я просто разорвусь на части. На части от этого ощущения. От этой способности ощущать его в себе.

Качнув бёдрами, Гарри прерывистыми движениям начал набирать темп. Его плоть вонзалась глубже, а я лишь пыталась удерживать нужный ритм дыхания и позволять своему телу выгибаться в правильных движениях.

Быстрее. Просто быстрее, до самого пика, до самой неконтролируемой скорости.

Сквозь резкие вздохи, сквозь грубые движения. Сквозь все эти чувства, что имели необъяснимую способность поглощать. Уничтожать изнутри.

– Господи, Гарри! – зубы жёстко сжались и я с глухим стоном запрокинула голову, полностью ощутив весь этот дикий и бешеный ритм движений.

Толчок. Резко, яростно, до краёв.

Член насаживался на моё тело сильнее. Глубина заполненности увеличивалась до максимального.

Губы дрожали, а перед глазами проявлялись искры.

Крик. Стон.

Я выгнула бёдра, стараясь прижаться к парню ближе.

Но сам Гарри...

Он горел. Впивался в моё тело так беспощадно, что это окончательно рушило все границы моего понимания. Он разрывал всё мою плоть этим безжалостным ритмом и настойчивым движением вовнутрь.

Страсть. Всё было под её властью. Каждая частица тела, каждая существующая капля кожи.

Быстрые рывки ускорялись, набирали резкие повороты и в тот самый миг, когда жар этой бешеной скачки окончательно свёл с ума, ощущение резкой семенной жидкости в мгновенную секунду растеклось внутри меня, обжигая этим ещё больше и заставляя этим ещё упорнее впасть в невероятное забытье. Приглушённый стон Гарри оглушил на пару мгновений и он нерешительно замер, обездвижено нависая над моим телом.

А я... До боли в губах, до судороги в теле. Я рассыпалась на каждую малейшую частицу.

Я растворялась.

Во всём мире, во всей этой непередаваемой атмосфере.

Что он сделал со мной? Что сделали сейчас мы?

Тяжело дыша, Гарри отстранился от моего тела и с резкостью рухнул на кровать совсем недалеко возле меня. Его взгляд туманный, его губы наполнены дрожью, а всё тело издавало лишь один смысл произошедшего.

Удовлетворение.

Оно же стоило этого, не так ли?

И ухмылка, мгновенно окрасившая губы парня и придав его лицу приятной таинственности, говорила лишь об одном. Он получил то, чего хотел.

Но вот уже сама я явно глубоко сомневалась в том, что подобные желания парня ограничивалась на этом самом моменте.

Нет, это далеко не было продвижением к окончанию.

Это было всего лишь началом.

Я протяжно вздохнула, постаравшись расслабиться и более чётче прийти в себе. Всё тело продолжало находиться под сковыванием необъяснимого трепета, а это отчаянно мешало придать ему нужное управление над необходимыми действиями. Ощущалась лишь единственная способность продолжать лежать вот так — лежа на спине, тяжело дыша и внимательно наблюдая за Гарри, чьё выражение лица в этот миг стало отдавать слишком пугающей меня задумчивостью. Постепенно бушующие внутри чувства стали угасать и мир перед глазами стал отображаться в той же ясности, в какой он и отображался каждый день. Весь окружающий меня мир принял очертания привычной повседневности, отчего прояснение беспрерывной волной охватило всю сущность моего разума.