Безжалостность твоей любви
Шрифт:
Вновь эта странная улыбка на губах моей матери. Она что-то ещё начала говорить, но сквозь шок из всех её слов я смогла уловить лишь те, в которых было сказано о месторасположении нового проживания Гарри.
Это было не так далеко от Холмс-Чапла. И если не ошибалась, то новый дом Гарри был более ближе к расположению работы его близкого друга, Кайла.
Замечательно. У меня внутри всё так и продолжало сворачиваться в узкую трубочку.
Аппетита нет. Настроения тоже. Я ощутила, как первая боль при приезде домой уже успела просочиться сквозь моё тело. Такой процесс не остановить. Ему нет предотвращения.
Я просто должна смириться с тем, что мне долгий час ничего важного не сообщали. Я была изолирована от этого места. Я просто поняла, какого это, приехать туда, где жизнь очень плавно и очень неплохо продолжалась без моего присутствия.
Больше не выдерживая, я извинилась и вышла из-за стола, чёткими шагами направляясь в сторону кухни.
Пусть всё прекратится. Опять. Мне нужно, чтобы этой боли настал конец.
Хотя бы сейчас. На мгновение. На одно грёбанное мгновение.
Шаги мои замедлились и я остановилась, оказавшись в уютной небольшой комнатке, где кроме меня, больше никого не было. И это одиночество смогло придать мне немного сил. Справляться со всем стало казаться не такой большой задачей и я почувствовала, как изменение всей атмосферы смогло воспроизвести на меня благоприятное влияние.
Пару вздохов и мне вообще удалось правильно сдерживать все свои чувства. И чтобы окончательно усилить процесс моего успокоения, я мгновенно опустила свои руки под холодную воду из-под крана, надеясь придать себе хотя бы пару секунд необходимой свежести.
– Стеф, – чей-то знакомый голос раздался совсем близко и я сквозь раздражительный вздох мимолётно обернулась, но всё также при этом продолжая держать свои руки под прохладной водой.
Мне удалось заметить Одри. Её, как всегда, сопереживающий взгляд и искреннее волнение, к виду которого мне явно стоило привыкнуть за последнее время.
Видимо, моя подруга сразу ощутила, что со мной было что-то не так. И она не могла позволить мне находиться в уютном одиночестве слишком долго.
– Ты в порядке? – её голос вновь раздался посреди кухонного помещения и я, выключив кран, приложила к своему лицу свои влажные ладони.
Мне так хотелось прийти в себя. Отпустить весь тот болезненный жар, который выбивал меня из всех сил.
Вытерев руки, я обернулась и встретилась с взволнованным взглядом своей лучшей подруги. Как и стоило ожидать, Одри очень внимательно рассматривала мою внешность и мои плотно-сжатые губы, которые слишком отчётливо выдавали моё ужасное состояние.
– Мне всего-лишь захотелось побыть одной, – честно призналась я, решившись посмотреть куда-то в сторону.
Подходящих слов не находилось, но почему-то я была уверенна, что Одри поняла всё и без них.
Я расстроилась. Слишком сильно, чтобы пытаться это хоть как-то скрыть.
– Стеф... – Одри вновь начала говорить с сочувствием, но от этого легче не становилось. – Неужели ты хотела, чтобы он был здесь? Я почему-то думала, что ты будешь рада, если его не увидишь. Тем более, если учитывать все произошедшие события, я ожидала, что ты будешь слишком сильно ненавидеть своего брата, чтобы хотеть вновь встретиться с ним.
Затем Одри замолчала и я с удивлением смогла понять её реакцию на всё, что творилось вокруг меня и моих чувств.
Конечно. Я действительно ненавидела Гарри Стайлса. Мысль о нём всегда сопровождала боль и я действительно желала избегать любых вещей, которые могли быть связанными с этим человеком.
Просто я так долго его не видела. Даже не слышала о нём никаких новостей. А сейчас мне вдруг с ужасом стало ясно, что я никогда не смогу выпустить его из своего сердца, как бы я не старалась это сделать.
Вся моя жизнь связана с ним. Этот дом, эта семья, это место.
Всё напоминает мне его и я не могу выбросить это из внутренности своих эмоций.
Он мне нужен, как бы больно мне не было это признавать.
И именно сейчас вся ирония случившейся ситуации стала отчётливо прояснять перед моими глазами. Я месяц прожила в Чехии. Но там всё было иначе, там было можно избежать всей реальности, представив себя совершенно другим человеком. Но вернувшись сюда, я вспомнила, кто я есть и что происходит вокруг меня.
Я не вспоминала о своих чувствах, о своём глупом самообмане.
Гарри Стайлс слишком сильно успел войти в мою жизнь, чтобы так просто из неё выйти. Я слишком сильно успела полюбить его, чтобы начать до конца ненавидеть. Он слишком необходим мне, чтобы я так просто могла его забыть.
Отсюда и боль. И страх.
Я не знала, что делать. Я не знала, как можно было все вернуть, при этом не потеряв мой прекрасный шанс начать новую жизнь. Я не хотела больше боли.
Я не хотела больше страдать из-за своего брата.
– Идём, – я неожиданно улыбнулась и нежно посмотрела на Одри, сделав уверенный шаг вперёд. – Не хочу пропускать семейного праздника.
Девушка продолжала со странностью смотреть на меня, но я никаким образом не стала реагировать на подобные взгляды.
Пусть всё пока будет таким, как есть.
Я буду убегать от своих чувств столько, сколько смогу.
====== Глава 44 ======
– Мне кажется, эта была плохая идея, – мой голос задрожал на последнем слове и я с испугом посмотрела на сидящего рядом Лиама.
Прошло ещё пару дней с тех пор, как я вернулась домой. Мне удалось привыкнуть к окружающей меня атмосфере и убедить себя в том, что находиться вновь здесь, в этом маленьком городе, было совершенно прекрасной и удачной для меня возможностью .
Я продолжала находиться в изоляции от всех ненужных людей, общаясь лишь с родителями и со своими лучшими друзьями, которые успевали приходить ко мне почти каждую минуту на протяжении нескольких суток.
Я была счастлива продолжать оставаться собой. Продолжать привыкать к своему прошлому темпу жизни, вспоминать мои былые привычки и вещи, которые я всегда ранее совершала.
Это давало понять, что моя жизнь не потеряна. Что я просто пытаюсь стать той, кем была прежде.
И, увы, когда моё время небольшого отдыха дома стало пролетать безумно быстро, мама спокойно напомнила, как всё-таки было важно вернуться в школу и хоть каким-то способом закончить этот подходящий к концу семестр.
Я была совершенно не против дописать все пропущенные мною контрольные работы, практикумы, зачёты, но вот только мысль о том, чтобы вновь оказаться здесь, в этом учебном помещении, меня слишком сильно вводила в безумный ужас.