Чтение онлайн

Я наконец отстраняюсь, откидываясь назад, все еще обнимая Мэдда за шею, чтобы посмотреть ему в глаза.

— Сможешь ли ты когда-нибудь простить меня? — спрашивает он хриплым от сожаления голосом.

Я наклоняю голову, изучая его лицо.

— Это зависит от многих факторов. Ты просто вел себя как мудак, потому что думал, что я была твоим призраком, или это теперь часть твоей личности?

Он опускает голову, плечи поникли.

— Я просто дразнюсь, — смеюсь я.

Мэдд снова поднимает голову и сокрушенно качает ею.

— Как ты можешь шутить в такое время?

— Потому что либо так, либо выплакать все глаза, а за последние восемь лет я выплакала столько слез, что их хватило бы на всю жизнь.

Он морщится от этого, его хватка вокруг моей талии усиливается.

— Черт возьми, Герцогиня, если бы я знал…

— Никто из нас этого не знал, — быстро отвечаю я, слегка качая головой.

— Когда я узнаю, кто это сделал, они, блядь, будут мертвы, — ворчит Мэдд, прижимая меня крепче.

Я чувствую каждую из его эмоций, скрывающихся за его хваткой надо мной — собственничество, тоску, сожаление. Последнее проглотить труднее всего, потому что, несмотря на то, что мы только что узнали, что нас обоих обманули, невозможно избавиться от того ада, через который он заставил меня пройти за последние несколько недель. То, что он сделал, нанесло гораздо больший ущерб, чем тот сегодняшний выстрел.

Я выбрасываю все это из головы, не желая, чтобы это омрачало этот момент — потому что именно об этом воссоединении я мечтала после того, как меня отправили в Денвер; мы двое держимся друг за друга, отказываясь отпускать. Это воссоединение, которого мы оба заслуживали, но которого были бессмысленно лишены.

Мэдд прижимается своим лбом к моему, зажмуривая глаза, как будто он наслаждается этой близостью так же сильно, как и я; два наших израненных, разбитых сердца сталкиваются, сливаясь, пытаясь заполнить трещины.

— Что нам теперь делать? — спрашивает он, его глаза распахиваются, чтобы посмотреть в мои.

Я прикусываю нижнюю губу, слегка качая головой, и шепчу:

— Я не знаю.

Он тяжело вздыхает, проводя рукой по изгибу моего позвоночника.

— Слоан, если бы я знал, я бы никогда не сказал того, что сказал, никогда бы…

— Тсс, — шепчу я, прикладывая палец к его губам, чтобы прервать его, и наклоняю свое лицо ближе к его. — Не сейчас, Мэдд. Прямо сейчас я просто… Я хочу забыть о том, что произошло за последние восемь лет.

Я прижимаюсь бедрами к его коленям, и его глаза сверкают металлическим блеском его волчьего облика, глядя на меня сквозь радужки. Моя собственная волчица выныривает на поверхность, чтобы оглянуться, и я провожу рукой от его лица вниз к груди, опускаясь ниже, пока не достигаю линии пояса. Затем я наклоняюсь и хрипло шепчу ему в губы.

— Заставь меня забыть.

25

В последний раз, когда мы со Слоан трахались на этой крыше, мы были парой неуклюжих подростков, срывающих друг с друга одежду с отчаянной настойчивостью.

Теперь, восемь лет спустя, кажется, что мы ничем не отличаемся.

Как только она потирается бедрами о мои колени, мой член вытягивается по стойке смирно, как ракета с самонаведением, и вся моя кровь устремляется на юг. Слоан Мастерс погубила меня для других женщин — она чертово совершенство, и с тех пор, как она вернулась в мою жизнь и дала мне почувствовать, чего мне не хватало, я не мог смотреть ни на кого, кроме нее.

Это всегда была она.

И это чертовски взбесило меня, когда я подумал, что последние восемь лет она провела, игнорируя мое существование. Но теперь…

— Заставь меня забыть.

Ее губы касаются моих с каждым произносимым шепотом словом, и я хватаю ее за затылок и притягиваю ближе, захватывая их своими, прежде чем она успеет передумать. Наши губы изгибаются, приоткрываясь, чтобы наши языки переплелись, когда она опускается на мой быстро твердеющий член, добиваясь трения его гребня о свою сердцевину.

Я не должен торопиться с ней. Учитывать это. Но вместо этого мы словно перенеслись в прошлое, два возбужденных подростка, безумно желающих как можно быстрее раздеть друг друга.

Через несколько секунд после того, как наши губы встречаются, мы в исступлении срываем друг с друга одежду, чтобы убрать барьеры между нашими телами. Первой снимается ее рубашка, за ней моя. Затем я дергаю вверх ленту ее спортивного лифчика, ее сиськи вываливаются прямо мне в руки, когда она стягивает его над головой. Я грубо сжимаю их, бормоча свое одобрение, прежде чем поднять ее со своих колен и заключить в объятия. Вскакивая на ноги, я разворачиваюсь, чтобы уложить ее на широкий бетонный выступ, опускаю лицо к ее груди и втягиваю в рот один из этих идеальных сосков.

Вьющиеся темные волосы Слоан рассыпаются по ее голове, когда ее спина соприкасается с гладкой поверхностью выступа, мое тело нависает над ней. Я провожу языком по ее соску, перекатывая твердый пик между зубами, когда с ее губ срывается хриплый вздох.

— Мэдд, — стонет она, запуская пальцы в мои волосы и дергая за пряди.

Черт, мне нравится, когда она так произносит мое имя.

Я отпускаю ее сосок с громким хлопком, поднимая голову, чтобы посмотреть на ее великолепное лицо.

— Да, детка?

— Еще, — выдыхает она, выгибаясь мне навстречу, в то же время она тянет мою голову обратно вниз, тыча своими сиськами прямо мне в лицо.

Если она пытается задушить меня в своем декольте, я могу придумать способы и похуже.

Я облизываю ее вторую грудь, проделывая с ней то же самое, что и с первой — обводя языком контур ее соска, затем втягивая его в рот, дразня зубами твердый бутончик, пока с ее губ срываются еще более требовательные вскрики.

Слоан всегда нравилось, когда я играю с ее сиськами. Когда мы только начали дурачиться, клянусь, однажды я подсадил ее на игру с сосками.

Ее ноги обвиваются вокруг моей талии, притягивая меня ближе, в то время как я продолжаю боготворить ее грудь руками и языком. Наша разница в росте ставит меня в явное невыгодное положение, потому что я чувствую жар ее сердцевины у своего пресса, а не там, где я действительно этого хочу, мой твердый член болезненно прижимается к бетону под нами.

К черту все это.

Я в последний раз целую каждую из ее сисек, сжимаю их в последний раз, затем покачиваюсь на пятках, вставая над ней на колени.