Чтение онлайн

Они продолжали идти дальше. Фингону показалось, что на одной полоске травы у дороги он видит крошечный белый цветочек, похожий на звезду.

— Что там такое? — сказал Маэдрос, глядя вперёд.

Фингон тоже посмотрел туда.

— Мне кажется, там дорога расходится, — сказал он.

Он был прав. Они пришли к развилке на дороге. Вокруг неё трава была густой и зелёной — но справа она была гуще и зеленее.

Как раз там, где дорога расходилась надвое, на холмике сидел старик в помятой шляпе. Он задумчиво курил трубку — совсем по-хоббитски, и время от времени выпускал кольца дыма. Он посмотрел на Фингона и Маэдроса, когда те подошли ближе. Фингон изумлённо посмотрел на него.

— Гэндальф? — сказал он.

— Ты и вправду провёл много времени с хоббитами, раз стал звать меня так! — сказал старик.

— Олорин — Митрандир! — сказал Фингон.

Волшебник склонил голову.

— Зови меня, как угодно!

— А ты видел?.. — быстро спросил Маэдрос.

Волшебник бросил на него яростный взгляд.

— Близнецов?

Маэдрос замолк.

— Ты их никогда не найдёшь! Из-за тебя они оказались во тьме, которой не заслужили, и твой дух должен нести бремя этого преступления — покуда у тебя есть дух. Сделанное не переделаешь, Маэдрос! Ни ты этого сделать не можешь, ни никто другой.

— Но они же не заслужили этого, — сказал Маэдрос.

— Ты и это должен вынести, — сурово сказал волшебник. — И не проси меня больше. Элуреду и Элурину ты не поможешь. А теперь вы подошли к концу своего пути. Я здесь, чтобы проследить за тем, чтобы вы нашли свою дорогу.

Маэдрос стоял молча, поражённый горем. Фингон болезненно сглотнул и потянулся к его руке. Маэдрос не отозвался, когда их пальцы сплелись. Фингон и не думал, что он отзовётся. Он посмотрел на волшебника. Если они не могут спасти близнецов, они могут хотя бы завершить своё путешествие.

— А какая дорога наша? — сказал он.

— Эта, — сказал волшебник, показывая на дорогу справа, где трава была зеленее.

— А куда она ведёт?

— Куда? Домой, конечно, куда же ещё? — Волшебник улыбнулся, увидев выражение лица Фингона. — Нет, я не говорю загадками, хотя я этим и славлюсь. Я сказал — Дом и я имел в виду — Дом: это дорога к вратам Арды, а там ты можешь пойти, куда захочешь. Домой, к очагу, в залу, к камину, к деревьям и лугам, и рекам, которые ты знал: и к твоим родным, которые будут очень рады увидеть тебя — ибо ты снова заставил их беспокоиться. Иди сейчас же! Тут совсем недалеко.

Фингон с радостью и облегчением повернул к зелёной тропе. Но когда он пошёл вперёд, пальцы Маэдроса выскользнули из его пальцев. Фингон повернулся и увидел, что он всё ещё стоит у развилки дорог. Волшебник выпустил ещё одно кольцо дыма. Маэдрос смотрел на другую тропу. Там было темно. Она опять вела в ночь, где не было звёзд.

— Маэдрос?.. — сказал Фингон.

— Это не твоя дорога, — сказал волшебник. Раньше он был суров, но теперь его голос стал добрым. — Но ты можешь пойти туда, если захочешь. После всей той суеты, что ты устроил, вряд ли было бы хорошо не пускать тебя туда.

— А куда она ведёт? — спросил Маэдрос.

— За пределы Мира, как ты уже догадался. А там, дальше — кто может сказать? Даже повелитель Чертогов Мандоса тебе не скажет. Да, ты можешь пойти туда, и я могу понять, почему эта дорога может тебе нравиться. Я не говорю, что этот путь легче; мне кажется, что ни один из них не легче, но там определённо уже нет никаких клятв! Только берегись. Как только ты вступишь на этот путь, вернуться назад ты уже действительно не сможешь, ибо, как ты видишь, этот путь слишком узок, это не проезжая дорога, и всё совсем бы запуталось, если бы все ходили по ней всё время то туда, то сюда.

— Я понимаю, — сказал Маэдрос.

— И ты не должен ничего с собой брать, — сказал волшебник. — И дорога эта темна, и известно, что кое-кто там потерялся. Но всё-таки для тебя, может быть, эта дорога и окажется более лёгкой.

— Конечно, это единственный путь, — сказал Маэдрос. — Ничто злое нельзя выносить из Пустоты.

— Совершенно верно, — сказал волшебник, — так что хорошо, что ты это выбросил!

Маэдрос быстро посмотрел на него.

— Я не хочу сказать, что оно исчезло навеки. Вещи, которые ты теряешь здесь, могут и вернуться. Может быть, окажется, что тебе придётся выбрасывать это снова и снова, и я не обещаю, что это для тебя будет легче. Но всё-таки, как я уже сказал тебе, перед тобой открыты оба пути. Это ты должен выбрать.

Маэдрос кивнул. Он посмотрел на Фингона.

— Спасибо тебе, — сказал он и слегка улыбнулся.

Фингон смотрел на него. Сердце его стремилось к зелёной дороге, там, где крошечные белые цветочки росли в траве. Левая дорога казалась ему очень страшной. Узкой и жестокой она была, и быстро исчезала во тьме.

— Ты должен?.. — сказал он.

— Думаю, да, — сказал Маэдрос. — Прости меня. Иди домой, Фингон! Иди домой, и передай им, что я их люблю.

Фингон с тоской посмотрел на зелёную дорогу. Потом — на волшебника.

— А он не может взять с собой друга? — спросил он.

— Взять? Нет, не взять. Брать ничего нельзя. — Волшебник посмотрел на Фингона из-под бровей. Его глаза ярко сверкали. — Но всё-таки друг может пойти с ним, если он выберет эту тропу. Но правила те же. Ты тоже не вернёшься, Фингон, и дорога для тебя будет очень трудной.

— Я не боюсь, — сказал Фингон. Всё равно у него мало что осталось, чтобы взять с собой. С некоторым сожалением он отложил свою арфу в траву у дороги. Потом он посмотрел на звёздный фиал, который всё ещё держал в руке. — Наверное, нельзя оставлять это здесь лежать в грязи, — сказал он. — В нём свет Эарендила, и уже дважды он стал благородным даром. Если я дам его тебе, ты проследишь за тем, чтобы его снова дали тому, кому он понадобится?

— Прослежу, — торжественно ответил волшебник, и принял фиал из его руки.

— Фингон! — сказал Маэдрос.

Фингон улыбнулся ему. Теперь, когда он отложил всё, тёмная дорога уже не казалась ему такой страшной, хотя о зелёной дороге он всё ещё жалел.

— Пойдём? — сказал он.

— Нет, — сказал Маэдрос. — Тебе нужно домой.

— И оставить тебя идти во тьме одному? Ни за что на свете!

Маэдрос выглядел совсем несчастным.

— Фингон, я не хочу тащить тебя с собой туда.

— Ты никуда меня не тащишь, — сказал Фингон. — Я совершенно не должен был идти искать тебя. Это был мой выбор. Было бы очень трусливо с моей стороны оставить тебя сейчас!

— Ты должен пойти домой.

— Я пойду — если ты пойдёшь со мной.

— Для меня там нет места, — сказал Маэдрос.

Фингон нахмурился.

— Ерунда!

— Я очень сомневаюсь, что тебе удастся его переубедить, Маэдрос, — сказал волшебник. — К этому моменту он уже видел в тебе самое худшее, знаешь ли. Если бы он хотел тебя бросить, он бы уже это сделал.