Биатлон. Мои крылья под прицелом
Шрифт:
— Ясно.
Я на плохо гнущихся ногах дошла до указанного угла, увидела очертания двери, за которой обнаружилась каморка с инвентарём. Вода ударила в серебряное ведро тугой струёй. Я покрутила различные баночки:
— Здесь есть моющее средство?
— Да. Зелёное. Хватит капли.
Он был прав — вода тотчас вспенилась. Аратэ лёгким движением откинул из стены сиденье, опустился на него и блаженно вытянул ноги. Я покосилась на них. Лодырь!
— Вопрос первый: как ты догадался, что я не тхарг?
— Ну, пыжик, это вопрос тупой, но… неплохо, да. Тхарги прекрасно знают, что такое Зимний двор и чем им грозит встреча с его аристократами. Потому как и опальный аристократ — это аристократ. Любой, даже самый смелый тхарг, не стал бы смотреть прямо в лицо Валери, дочери солнца, упал бы ниц перед принцем Эрсием, и уж совершенно точно не бросил бы вызов лепрекону. Тхарг, попав в академию тёмных фейри, жался бы ко всем стенам, прятал взгляд и падал бы на колени, едва речь заходит о нём. И дело вовсе не в трусости, поверь.
Я выключила кран, намочила в воде пушистую тряпку.
— Сначала щёткой, — посоветовал Аратэ. — Пол нужно отскабливать от грязи. Так вот, дело не в трусости, просто обычно все хотят жить. И ты тоже хочешь.
— И почему же, если я настолько дерзкая, а вы настолько… м-м-м… чванливы, я до сих пор жива?
Парень хмыкнул. Я поняла намёк, намочила щётку, взбила пену, встала на колени и принялась драить полированные доски.
— Отсюда ты великолепно смотришься, — заценил вслух Аратэ. — Потому, душечка, что тебя привёл магистр Литасий, и никто толком не понимает зачем.
— Шестым членом команды? — предположила я.
— Я бы поверил. Вот только… Ты же дохлячка, да? Турнир уже через месяц, а тебя ножки явно не держат. Да и не нужна ты команде, давай начистоту. В турнире участвуют четверо, так? Двое запасных. Но без запасных мы как-нибудь обойдёмся. Тут что-то явно похитрее, это все понимают. Ну, может, кроме совсем уж идиоток. Ты думаешь, Эрс тебя по доброте душевной спас?
Я оглянулась и насмешливо посмотрела на него:
— Конечно. Вы же все здесь офигеть какие добрые!
Аратэ поперхнулся, а потом откровенно заржал.
— Ну да, в самом деле, чего это я.
— Тот… мортармыш, который напал, он бы меня сожрал?
— Ну да.
— Но если трасса опасна для жизни, почему нам не выдали винтовки?
— Магтовки? Потому что это была тренировка на скорость, без стрельбы.
— А чудовище…
— … случилось не по регламенту. Его не должно было быть в этот раз.
Я задумалась. Вспомнила, что магистр даже не удивился, когда Эрсий доложил ему о нападении монстра.
— То есть, трассу от них охраняют?
— Да.
— Не может быть такого, чтобы мортармыша специально на нас спустили?
Он не ответил, и, подождав некоторое время, я оглянулась и увидела на его губах тонкую улыбочку. Вытерла пот со лба тыльной стороной ладони, снова окунула в воду щётку, снова взбила пену.
— То есть, может?
— Кто его знает? Но если спустили, то только по приказу самого магистра. А об этом лучше не говорить, поняла?
Прелестно! Ладно, обдумаю информацию я потом, а сейчас нужно пользоваться моментом. О чём мне ещё важно спросить этого лентяя? Меня знобило от усталости, и здравые мысли не торопились посещать разум. Вопросов было много, но ближе всех витали самые дурацкие.
— Вы — дети отверженных аристократов, так? За что ваших родителей отвергли? И кто?
— Мёртвый бог.
— За что?
— Наши милые предки попытались его свергнуть, — лениво пояснил Аратэ. — Лет сто назад. С тех пор Мёртвый бог мстит мятежным родам, как может. Но поверь, то, что мы изгои, тебя не спасёт. Зимний двор не защитит пустышку даже от собственных врагов.
Шаг за шагом я упорно продвигалась к дверям. Я нормально отношусь к физическому труду. Во-первых, в нём нет ничего унизительного, а во-вторых, он тоже тренировка в каком-то смысле. Ну и глаз радовала чистота. Тем более, пол и до уборки не был особенно грязным, так что его не надо было сильно отдраивать. И всё равно, приятно было смотреть, каким насыщенным и почти сияющим становился цвет. Это воодушевляло, признаюсь.
— Почему вы называете меня «пустышкой»? — спросила я машинально.
Так-то было понятно, но я просто не придумала, о чём ещё спросить. Если мятежные аристократы-изгои настолько чванливые, то какие же те, кто при власти?
— У тебя нет магии. Значит, ты пустая.
— Ага. А магвинтовки нам вообще выдадут? Или у вас биатлоном называют лыжные гонки?
Парень снова помолчал, поджал ноги, давая мне возможность убраться. Ответил с недоумением:
— А чем ты без них будешь отбиваться от монстров?
— Что?!
Я села и уставилась на него. Он же не всерьёз? Да нет, похоже, всерьёз.
— Ты никогда не занималась биатлоном? — удивлённо спросил Аратэ.
— Мы стреляли по мишеням…
Он присвистнул, облизнулся и покачал головой.
— Из какого мира ты вообще к нам загремела? — пробормотал потрясённо. — Что за чушь? Зачем палить по мишеням? Они же не угрожают?
Вот это я влипла… Какой-то биатлон на выживание получается.
— Наверное, потому, что у нас нет монстров.
— Ну… можно рабам, например, дать в руки оружие и натравить… Но мишени… Это несерьёзно! Они хотя бы подвижные?
— Н-нет.
Меня поразило сочувствие, на миг мелькнувшее в его глазах.
— Во дела! Ты что, вообще не стреляла никогда по живым целям? М-да. Я-то думал, твоя самая большая проблема — ноги.
Вот такие вот симпатяжки мортармыши обитают в горах.
ОТ АВТОРА (временное)
Дорогие читатели!
Меня на этой неделе накрыло депрессией, прод снова не было. Но обычно такое случается у меня раз за книгу. Надеюсь, дальше всё будет чётко и по графику. Проды каждый день или через день. С субботы роман станет платным. Спасибо большое вам за комментарии и поддержку, мне это очень важно. Если я не отвечаю сразу, то лишь потому, что пишу для вас и стараюсь отвлекаться не раньше, чем допишу. Ведь книга лучше, да, чем ответы на комментарии?
Глава 12 Купанье Мора
Я тоже была шокирована. Нет, в каком-то смысле, это скорее плюс, чем минус, ведь попасть в огромное чудовище куда проще, чем в маленькую мишень, но… Мишень хотя бы сожрать не может.
В полном шоке я домыла пол, с трудом поднялась, набрала в лейку воды и полила стены и дверь. Сняла перчатки.
— Кормушка и поилка, — дружелюбно напомнил Аратэ.
— То есть, на турнире можно погибнуть? По-настоящему? — спросила я его.
— Конечно. Иначе в чём смысл состязания?