Чтение онлайн

А л п а т о в М.В., Итал. иск–во эпохи Данте и Джотто, М. — Л., 1939; С о л о м и н Г.К., Джиотто Ди Бондоне, СПб., 1914.

(греч. diasporЈ — рассеяние), пребывание части народа вне страны его происхождения. Применительно к Свящ. Писанию термин обозначает ветхозав. общины, рассеянные в языч. землях (Иер 25:34; 2 Макк 1:27; Ин 7:35; Иак 1:1).

В отличие от поселений того или иного народа на завоеванной территории Д. возникала в результате эмиграции, порой вынужденной, а порой добровольной. В библ. времена второй тип эмиграции был характерен для трех народов: финикийцев, греков и иудеев. Их страны занимали небольшую площадь и обладали скудными природными ресурсами; это побуждало людей эмигрировать, причем первыми эмигрантами чаще всего оказывались купцы. Финикийцы основывали свои торговые колонии по всему Средиземноморью, от Карфагена до Испании; греч. очаги, к–рые стали возникать ок. 7–6 вв. до н.э., были разбросаны от Атлантики и побережья Черного моря до Средней Азии и

Индии; иудейская Д. шла в основном по путям, проложенным греками. Во всех трех случаях колонисты сохраняли свою религию и культуру.

В ВЗ факт существования Д. понимался как наказание и вразумление за грехи народа. При этом выражалась надежда, что после покаяния Бог соберет рассеянных (Иер 31:10). Действительно, начало иудейской Д. не было добровольным: основу ее составили люди, к–рых Навуходоносор депортировал в Вавилон в 597 и 587/586 до н.э.; кроме того, часть иудеев бежала в Египет. Всего в эти годы Иудею покинуло ок. 50 тыс. человек. После эдикта Кира, разрешившего им вернуться на родину (538 до н.э.), многие остались в Вавилоне. Египетская Д. особенно возросла в эллинистич. период. Самая большая колония иудеев находилась в Александрии. В эпоху господства Рима они расселились фактически по всем центрам империи, получив от правительства статус самоуправляемых общин. По мнению исследователей, к нач. 1 в. н.э. численность Д. значительно превышала численность жителей Палестины.

В религ. и культурном плане Д. дала четыре важных результата: 1. Она способствовала распространению веры в Единого Бога среди язычников и создала различ. формы прозелитизма. 2. Соприкасаясь с эллинской культурой, иудеи сделали первые попытки филос. обоснования и осмысления библ. веры (*Филон Александрийский и *александрийская школа). 3. В Д. Свящ. Писание впервые было переведено на греч. язык, к–рый понимали во всем цивилизованном мире (*Септуагинта). 4. Общины рассеяния были первыми опорными пунктами для проповеди ап. Павла и других провозвестников Евангелия. Значительную часть новообращенных в 40–60–х составляли прозелиты.

В христ. богословии Д. рассматривается как прообраз Церкви Христовой, находящейся в рассеянии среди нехрист. мира.

М а р г о л и н М.М., Вавилон, Иерусалим, Александрия, Пб., 1923; М е л и х о в В.А., Иудеи в Римской истории по исслед. Э.Ренана, Харьков, 1912; (М и б и х о в: псевд.) Х а ш к и М.Я., История евр. народа от вавилонского пленения до эпохи первых танаев, СПб., 1901; *Р ы б и н с к и й В.П., Религ. влияние иудеев на языч. мир в конце ветхозав. и в

начале новозав. истории и прозелиты иудейства, К., 1898; С е м е н о в И.И., Иудеи и греко–римский мир во втором веке христ. эры, «Уч. зап. Моск. ун–та» (отд. ист. — филологич.), т.34, М., 1905; *С т р у в е В.В., Упоминание иудеев в ранней эллинистич. лит–ре, «Записки Коллегии востоковедов при Азиатском музее АН СССР», Л., 1927, т.2, вып.2; С у в а л ь с к и й З.С., Римская империя и евреи, СПб., 1903; *Т е р н о в с к и й С.А., Иудеи рассеяния и их религ. пропаганда, ПС, 1881, № 2; The Jewish People in the First Century, еd. by S.Safrai and M. Stern, v.1–2, Assen, 1974–76. См. также труды *Буткевича, *Хольцманна O., *Поснова, *Ренана, *Шюрера и библиогр. к ст. Второго Храма период.

(греч. TХ diЈ tessЈrwn — через четыре), евангельская *гармония, или свод четырех канонических Евангелий, осуществленный *Татианом.

(Dibelius) Мартин (1883–1947), нем. протестантский исследователь НЗ, участник экуменич. движения. Род. в Дрездене. Образование получил в Невшателе, Лейпциге, Тюбингене и Берлине. Преподавал свящ. Писание НЗ в Берлинском (1910–15), а затем в Гейдельбергском (с 1915 до конца дней) ун–тах. Был руководителем комиссии «Вера и устройство».

Д. — один из основоположников *«истории форм» школы. Вслед за своим предшественником по каф. в Гейдельбергском ун–те И.*Вайссом Д. сосредоточил внимание на предыстории евангельского текста. В 1919 вышла работа Д. «История евангельских форм» («Die Formgeschichte des Evangeliums», Tub., 1919), в к–рой он изложил свои основные взгляды и методы. Д. считал, что экзегет должен строго разграничивать историч., науч. и богосл. точки зрения. «Они принадлежат двум различным уровням, и чем больше свободы сохранит ученый, тем больше будет у него возможности выделить и подчеркнуть с в е р х и с т о р и ч е с к о е содержание Нового Завета». Как историк экзегет должен считаться с тем фактом, что «свидетельство об Иисусе никогда не существовало в чистом

виде. Когда рассказывали о словах и делах Христа, это обычно было свидетельством веры, сформулированным ради целей проповеди». Живая проповедь предшествовала Евангелию как записанному тексту. Поэтому сами Евангелия не были «литературой» в обычном смысле слова, а фиксацией предания, сохраненного «анонимной массой» верующих. *Досиноптическая традиция сохранилась, как думал Д., не в виде связного повествования, а в виде «форм», отдельных сказаний, речений, эпизодов. Эти «единицы предания» и послужили материалом для *синоптиков, прежде всего для ап. Марка, к–рый положил начало *жанру Евангелий. По существу, евангелисты были не авторами, а собирателями, объединителями живших в христ. среде традиций. Задача историка «форм» — рассмотреть эти традиции, имевшие долгую историю, с тем чтобы дойти до самых истоков. Изучая «формы», Д. брал каждую из них в изолированном виде и пытался установить ее связь с *«жизненным контекстом» раннего христианства. Т. о., Д. применил метод *Гункеля к НЗ. Ему представлялось возможным определить как литературный жанр тех или иных «форм», так и их связь с жизнью Общины. Однако в отличие от *Бультмана, выступившего с аналогичными идеями в 1921, Д. не исключал, что «формы» отражают реальные свидетельства о Христе (хотя и в богословском осмыслении). «Сам тот факт, — писал он, — что Церковь сохраняла и собирала речения Христа, показывает, что она стремилась согласовать свою жизнь с Его заветами». В отношении Ев. от Иоанна Д. проявлял большой скептицизм и считал, что в 4–м Евангелии мы находим только исповедание веры Церкви, а не подлинные сведения о жизни и учении Христа.

В 50–х гг. взгляды Д. и его сторонников подверглись пересмотру. *Истории редакций» школа отвергла оценку евангелистов просто как собирателей преданий и показала, что все они имели собств. богословие (*Борнкамм, *Концельманн, *Марксен и др.). Концепция Д. имеет две слабые стороны. Она не учитывает бережность, с какой Церковь сохраняла *устную традицию, и ставит досиноптические «формы» в слишком большую зависимость от обстоятельств, в к–рых протекала

жизнь первохрист. Церкви (о чем мы знаем опять–таки только из НЗ). Кроме того, те немногие десятилетия, к–рые разделяли Евангелия и события, описанные в них, не дают оснований предполагать слишком больших изменений в предании. Несомненна прямая связь между палестинским «жизненным контекстом» и сказаниями евангелистов, в то время как для апостольского времени связь эта намного слабее (см. ст. Евангелия).

Список трудов Д. см.: Bibliographia Dibeliana atque Bultmanniana, «Comectanea neotestamentica», Ed. curavit A. Fridrichsen, t.8, Uppsala, 1944.

Enc.Kat., t.3, s.1298–99; L i g h t f o o t R.H., History and Interpretation in the Gospels, L. — N.Y., 1935; *P e r r i n N., What is Redaction criticism? Phil., 1969; RGG, Bd.2, S.181.

(греч. d… — два и glоtta — язык) — синоним *билингвы.

или Учение Двенадцати апостолов (полное название: «Учение Господа, преподанное народам через Двенадцать апостолов» (Didacѕ kur…on [diЎ tоn dоdeka ўpostТlwn to‹j њnesin]), новозав. апокриф, к–рый в древности иногда причисляли к канонич. книгам. На памятник ссылались *Евсевий Кесарийский, свт.*Афанасий Великий и др. древние христ. писатели, но в новое время текст его стал известен только благодаря находке митр. Никомедийского Филофея (Вриенниоса), к–рый обнаружил список Д. 11 в. Первоначально был сделан вывод, что книга относится к апостольскому времени, вернее, к рубежу 1–2 вв. Сейчас принимается более поздняя датировка — первая пол. 2 в., хотя окончательно вопрос не решен. Памятник является собранием отд. наставлений и может быть разделен на 2 части. Первая (гл. 1–6) содержит нравств. заповеди, а вторая (гл. 7–10) посвящена вопросам церк. жизни. Д. отражает ту стадию церк. истории, когда еще существовали странствующие апостолы и пророки, когда чин Евхаристии отличался большой простотой. Однако в Д. упоминаются уже и епископы, к–рые управляют общинами.

Д. представляет собой род катехизиса, в к–рый вкраплены назидательные, в т. ч. и евангельские, изречения. Хотя к моменту написания Д. Церковь уже обособилась от *синагоги, в памятнике заметно иудейское влияние. Многие его заповеди сходны с наставлениями раввинов, а композиция первой части с указанием «двух путей» жизни перекликается с «символом веры», известным из *кумранских текстов. Благодаря этому нек–рые исследователи (напр., *Даниелу) считают, что апокриф вышел из среды, близкой к *иудео–христианству, и, возможно, в нем сохранились ранние *аграфы.