Иисус Христос оправдывает учеников Своих, срывавших колосья в субботу. (Евангелие от Матфея 12:1–8; Евангелие от Марка 2:23–28; Евангелие от Луки 6:1–5)
Христос насыщает семью хлебами четыре тысяч человек
Он проповедовал у моря, в Галилее;Со всех концов обширной ИудеиСтеклись сюда алкавшие чудесК Нему – целителю их духа и телес,И, радостью исполнены сердечной,Прославили Его страдалец и увечный,Чьи немощи Христос уврачевал.Два дня прошло, и третий день настал,И молвил Иисус, жалея утомленных:– Три дня они со Мной, и в путь не подкрепленныхМогу ль их отпустить?«Но пропитанья всемСобравшимся, Равви, мы не найдем в пустыне».И Он спросил: «А сколько же донынеЕсть хлебов запасных? – Ему сказали: «Семь,И рыбок несколько!»Тогда по всей долинеВелел возлечь собравшимся Христос;Благодарение Он Господу вознесИ хлебы с рыбою Он преломил руками,И, разделяя меж учениками,Он повелел, чтоб раздавали всем,И все насытились. Еще осталось семьБольших корзин, наполненных кусками. –А всех собравшихся, без жен и без детей,Здесь было тысячи четыре.И возвратились в радости и миреВсе исцеленные к родной земле своей.О. Н. Чюмина
Преображение Господне
С небесной ясностью во взоре,В сознанье благости СвоейПреобразился на ФавореСпаситель мира и людей…Сиял, как солнце, лик священный,Сияли ризы дня ясней…И снизошли к Нему мгновенноИ Илия, и Моисей!И молвил Петр: «Равви, скорееТри кущи мы построим здесь:Тебе, Илье и Моисею!Здесь хорошо, как средь небес!»И в небе в это же мгновеньеРаздался голос громовой:– Сей Сын возлюбленный есть Мой,И в Нем Мое благоволенье!Его послушайте! – УпалиВ испуге ниц ученикиИ, вставши, вновь уж не видалиВиденья чудного они.Н. Богословский
Чудесное насыщение хлебами и рыбой. (Евангелие от Матфея 14:15–21)
Иисус у Марфы и Марии
Склонялся медленно к закату летний день,Когда взошел Христос в знакомое селенье,И в доме Марфином присел Он на ступень.Маслины и кусты отбрасывали тень,В вечернем воздухе стихало пташек пенье,И Он заговорил – и полон вдохновеньяБыл взор Учителя и смысл Его речей.Мария, не сводя восторженных очейС лица Спасителя, у ног Его сидела,И верой пламенной, любовью без пределаПылала в ней душа, и открывался ейИной, нездешний мир, великий и безбрежный, –Проникновенный взор, благий и безмятежный,О свете говорил божественной любви.А Марфа, хлопоча меж тем об угощенье,Приблизившися к ним, сказала в нетерпенье:– Пошли сестру мою на помощь мне,Равви! –Но молвил Иисус: «Печешься ты о многом,О Марфа! Чуждая заботам и тревогам,Мария избрала благую часть: у нейТа не отнимется, и благо будет ей!»О. Н. Чюмина
Блудный сын
I
Сын молодой отцу сказал:– Мне жить с тобою нет охоты,Мне тяжки сельские работы –Еще я света не видал.Отдай наследное именье,Отдай, отец, мою мне часть!Я над собой имею властьИ в свете жить найду уменье… –Он взял и продал свой уделИ полетел в страну далече…И стал себе он господин.Мечты и страсти заиграли;Как искры, радости сверкали:И, мнимый сердца властелин,Он в область кинулся забавы:И вьется рой друзей лукавыхКругом беспечного в пирах;Он сладко дремлет на коврах;И, тирские раскинув ткани,Он лести собирает дани;И в страшных тающий огнях,В кругу красавиц светлооких,Средь ароматов и сластей,В чертогах кедровых, высокихОн снял бразды с своих страстейИ говорит: «Дни кратки наши,Как сон туманный, пролетят!Друзья! Смелей наполним чашиИ в благовонный ароматОт многоценного елеяВласы потопим!.. Не жалея,Я угощаю, други, вас!Нас обовьют красавиц руки!Нам розы и свирелей звуки…»Но вот, как смерть, подкрался час,Как тать в полунощи, незримый, –И обнищалый, и гонимый,Бежит минутной неги сынВ пустыни дикие, один…
II
И грустный гость чужого брегаНе зрит красы чужой страны,Не для него природы нега, –И радости родной весныВ душе проснулися печальной,Как на долине погребальнойС зарею свежие цветы…Уж буйной юности мечтыПрошли, как слух о счастье ложный,И он, в надежде осторожный,Сказал, тоскуя сам с собой:«Когда гонимый я судьбой,Когда от жизни оторвуся?»Но вдруг решил: «Я возвращуся!К тебе, отец, к тебе хочу!Перед тобою, отец почтенный,Страстями странник заблужденный,Себя в грехах я обличу…Скажу: “Суди! Я недостоинБыть сыном, но рабомПрими в свой дом, и я доволенНавек пребыть твоим рабом”».
III
Уж близок он к местам родным,Благословляет мысль возвратаИ родины завидел дым.Он слаще неги, аромата…Бежит знакомый ручеек,Как юность прежняя, светлея;И, ласковым приветом вея,Пришельца встретил ветерок…И странник, проясняясь думой,О счастье прежнем замечтал.«Но мой отец! Твой вид угрюмый…Боюсь…» И весь затрепетал,И цепенел, и колебался…Но кто над нищим улыбалсяИ сердцу сердцем говорил?Кто окропил его слезамиИ столь знакомыми рукамиВ свои объятия стеснил?Отец!.. Он здесь – и все забыто!Тиха душа, как светлый мир;И ожил грустию убитый,И зашумел веселый пир.
IV
Когда ж и я, дитя неволи,Из знойных жизни сей степей,Из сей туманныя юдоли,Сломив кольцо земных цепей,К Тебе, Небесный, возвращусяИ на пути в Твой светлый дом,Покрытый прахом и стыдом,Перед Тобою поклонюся,Благий Господь мой и Отец,И, грусти не сдержав обильной,«Я здесь! – воскликну наконец. –Я пред Тобою, Боже сильный!Я – блудный сын, Ты – судия!Средь ангелов Твоих немеюИ повесть рассказать не смеюТебе земного бытия!Но в царстве смерти и порока,Среди горящих мертвецов,Я зрел душой Твой дом высокий,Я весь был грусть и весь любовь!И не нашел любви взаимной,И, утомленный от тревог,Приют страстей покинув дымный,Вхожу в веселый Твой чертог.Еще в земной моей печалиМне о любви Твоей сказалиТвои святые небеса!»Ах, повели, Отец мой вечный,Да прирожденный грех сердечныйОмоет горняя роса!Да совлекут с меня оковы,Что нажил я в житейской мгле,Да поживу с Тобой я новыйИ позабуду о земле!Ф. Глинка
Лазарь и богач
Жил человек, известный миру;Ему Господь богатство дал:В виссон одетый и в порфиру,Он ежедневно пировал.Был также Лазарь – нищий бедный;У входа в зданье богача,Весь в струпьях, хилый, слабый, бледный,Лежал он, крох себе ища.Скончался нищий тот и в лоноБыл Авраама отнесен…Богач же умер – и в бездоннойГеенне нес мученья он…Увидел Лазаря богатыйИ Авраама попросил,Чтоб Лазарь бедный, в небо взятый,Его страданья облегчил.Но Авраам ему ответил:– Достойно кару ты понес!Твой жребий был при жизни светел,Его же – полон мук и слез!В. В. Благовещенский
Грешница
И говорят Ему: «ОнаБыла в грехе уличенаНа самом месте преступленья;А по закону мы ееДолжны казнить без сожаленья.Скажи нам мнение свое?»И на лукавое воззванье,Храня глубокое молчанье,Он нечто – грустен и уныл –Перстом Божественным чертилИ наконец сказал народу:– Даю вам полную свободуИсполнить праотцев закон;Но где тот праведный – где он,Который первый на блудницуПоднимет тяжкую десницу? –И вновь писал Он на земле…Тогда, с печатью поношеньяНа обесславленном челе,Сокрылись дети ухищренья –И пред лицом Его однаСтояла грешная жена.И Он с улыбкой благотворнойСказал: «Покинь твою боязнь.Где твой синедрион упорный?Кто осудил тебя на казнь?»Она в ответ: «Никто, учитель!»– Итак, и я твоей душиНе осужу, – сказал Спаситель, –Иди в свой дом и не греши!А. Полежаев
Иисус Христос и помилованная грешница. (Евангелие от Иоанна 8:7)
Мытарь и фарисей
С мольбой во дни явились оныДва Иудея в храм святой.Один из них был муж ученый,Законник мудрый, а другойБыл мытарь грешный и смиренный,Он встал при входе, у дверей.Самодовольный и надменный,Меж тем молился фарисей.Он говорил: «Прославлен буди,Царю небес, Владыко мой!Я не таков, как эти люди,Я чист и праведен душой,Я – не обидчик, не грабитель,И плоть я духом обуздал,Я никого не угнетал,Как этот мытарь – притеснитель.Блюду я свято Твой глагол,В неделю дважды я пощусяИ десятиною делюсяОто всего, что приобрел.Хвала Тебе! Прославлен буди!Благодарю, Создатель мой,Что не таков, как эти люди,Но чист и светел я душой!»Меж тем, глубоко потрясенный,Свою греховность сознавалПечальный мытарь, и, смущенный,Он взоры долу потуплял.В грехе погрязший столь глубоко,Он – зло, он – весь нечистота,Он – раб страстей, он –жрец порока,Ему ль открыть свои уста,Ему ль на небо дерзновенноВозвесть греховный, мутный взор?Не глас ли сердца неизменноТвердит ему живой укор?Виновней он, чем эти люди!И в сокрушенье он твердил:– О Боже, милостив мне буди,Я согрешил, я согрешил! –И он, рыдавший у порога,Нашел прощение у Бога,И осужден был фарисейВ безумной гордости своей.Безгрешен суд Творца вселенной,Непогрешим Его закон:Унижен будет Им надменный,Уничиженный – вознесен.В. В. Богословский
Фарисей и мытарь. (Евангелие от Луки 18:9–14)
Воскрешение Лазаря
О Царь и Бог мой! Слово силыВо время оно Ты сказал,И сокрушен был плен могилы,И Лазарь ожил и восстал.Молю, да Слово силы грянет,Да скажешь: «Встань!» душе моей,И мертвая из гроба встанет,И выйдет в свет твоих лучей!И оживет, и величавыйЕе хвалы раздастся гласТебе – сиянью Отчей славы,Тебе – умершему за нас!А. Хомяков
Торжественный вход Господа во Иерусалим
Забрезжился восток сиянием багряным,И за долиною, окутанной туманом,Открылися стена, ворота, башен ряд.То Иерусалим виднелся. АроматПроснувшихся цветов, и ветерка дыханье,И солнечных лучей приватное сияньеСливались с звуками поющих голосов.И блеском залита была вся даль лугов.Тут молвили мужи: «Оставьте труд суровый!»И жены, полные кувшины опустив,Повиновались им. В душе какой-то новойИ светлой радости почувствовав прилив,Они запели все, а в рощах птичек стаяКружилась, песнью их волшебной оглашая.Но вдруг замолкло все. Предчувствием полны,Глядели женщины каким-то влажным взоромВ сияющую даль. За мрачным косогором,Среди молчаний и полной тишины,Другие голоса звучали дивным хором.Небесной песнею казался их напев,Проникший сладостно в сердца невинных дев.«Ликуйте! Тот, Кого вы ждете и о КомТоскуете, – Его с собою мы ведем.Он – избавитель душ и свет неизреченный.Мы следуем за Ним и в этот день священныйК народу верному приводим мы Царя,Над чьей главой звезда затеплилась, горя.В Его короне все соединились царства,Он властен покарать и грех наш, и коварство,Но Он прощает нам и ждет любви одной,Он с миром к нам идет и с радостью святой;Утешит горести Рахили он и Сарры,И скипетра Его могучие ударыРазрушат древний змий и змия сокрушат.Отрадней, чем цветов душистых аромат,Нам имя Господа, а над Его главоюНемолчной небеса исполнены хвалою.Он – более, чем царь. Он –победитель зла,Он – свет, Он – истина, Он полон благодати,Осанна же Ему! Хвала Ему, хвала!»Замолкло пение, и тут узреть моглаТолпа, как ехал Он, сидящий на осляти.Раздвоились власы вокруг Его чела,Был ясен взор очей благих и просветленных,И дети шли пред Ним с пучком ветвей зеленых,И были женщины цветами убраны.Народа тысячи глядели со стеныИ кровель городских, бежали пред толпоюИ матери с детьми грудными на рукахИх поднимали вверх с молитвой на устах…Казалось, тайною Он полон был святою,И многие пред Ним одежды расстилали,И старцы вслед Ему «Осанна!» восклицали.«Благословен Грядый! – звучало над толпой, –Вот Он, принесший нам с Собою искупленье!»А Он задумчиво глядел на их стеченье,На ветви над Главой священною Его,На яркий солнца свет, на блеск и торжество,На эти перед Ним простертые одежды,На лица, полные восторга и надежды,На всех, Учителя пришедших лицезреть,И Он сказал Себе: «Я должен умереть!»
Кесарево – кесарю
Коснея во лжи, коварстве и обмане,Задумали Христа продианеИ фарисеи уловить в словахИ молвили: «Тебе неведом страхПред кем-либо – не искушаясь ложью,Ты всем в лицо глаголешь правду Божью, –Подай же нам по совести совет:Платить ли кесарю нам подати иль нет?»И Он сказал: «Хитры вы свыше меры,Что искушаете Меня, о лицемеры?Подайте Мне одну из сих монет!Чья надпись тут и чье изображенье?»– То надпись кесаря! – ответили в смущенье.– Отдайте ж кесарю – что надлежит ему,А Божье – Господу отдайте своему! –И посрамилися враги Его ответом,И втайне смерть Его решили все при этом.О. Н. Чюмина
Тайная вечеря
Спускались тени с небосклона,Вечерний сумрак наступал,Когда Христос в стенах СионаС учениками возлежал.И говорил Он им с тоскою:– Еще Сион не встретит дня,Когда греховною рукоюОдин из вас предаст Меня!И все исполнились печали,Внимая Божеским речам,И беспокойно вопрошали:– Не я ли, Господи, предам?Ответил Он с тоской во взоре:– Сын Человеческий идет,Он будет предан, но – о, гореТому, кто Сына предает. –Тогда Иуда и предательСпросил Его: «Не я ль предам?»И отвечал ему Создатель:– Ты говоришь об этом сам!И. К. П.