Чтение онлайн

«Оторвемся по-питерски» стал первым синглом в истории Billy's Band. Конечно, издание сингла - дело сугубо местечковое и не рассчитанное на выгоду, но Billy's Band никогда и не был заточен на выгоду, так что сингл был пробой пера перед выходом очередного номерного альбома и напоминанием слушателям о том, что бэнд занят работой, а не сидит без дела. Кроме трех версий песни «Оторвемся по-питерски» (стандартная, джаз-версия и инструментал) на пластинку попали трэк «Так я падал» и исполненная Биллисами и Гариком Сукачевым песня «Кладбище девичьих сердец», которая с этого момента стала традиционным завершающим треком большинства концертов, сменив в этом качестве песню «Муз Замбела» с альбома «Немного смерти, немного любви».

Для 2004-го года выпуск сингла был довольно новаторским решением, который, тем не менее, прижился довольно успешно и стал постоянной практикой как для Billy's Band, так и для других андеграундных групп и впоследствии приобрел особое значение, учитывая популяризацию Интернета и связанную с ней изменившуюся психологию слушателей, большинство из которых заточено скорее на прослушивание нескольких ударных песен, чем на целый концептуальный альбом.

В 2003-2004 годах к названию Billy's Band снова добавилось еще одно слово, но на этот раз не «Dilly's», а «Big». Дело в том, что для многих концертов состав группы усиливался несколькими джазовыми музыкантами, на сцене играло шесть, а то и восемь человек и команда, которая выступала в таком составе, получала название Billy's Big Band. Первые эксперименты с составом группы связаны с записью альбома «Парижские сезоны». Незадолго до этого Билли в любимом арт-кафе «Пурга» познакомился с Александром Буткеевым, известным петербургским джазовым музыкантом, пианистом-экспериментатором и импровизатором. После одного из камерных концертов Billy's Band в «Пурге» к Билли подошел невысокий полный мужчина в черной широкополой шляпе.

– Привет, мне очень нравится то, что вы делаете, я бы хотел, чтобы мы с вами как-нибудь поджемили чего-нибудь вместе, - сказал этот человек, который и оказался Сашей Буткеевым.

– Круто, давай!
– оказалось, что Билли всегда мечтал поиграть с каким-нибудь «большим джазменом», как он тогда называл Буткеева, - Правда мы джемить особо-то не умеем, может быть ты запишешь нам кое-что для альбома?

Буткеев согласился и через несколько дней пришел в студию записать партию пианино для «Коктейля из лунного света и вина» и еще нескольких песен, большую часть из которых он до этого никогда не слышал. Он сидел за пианино, плечом поддерживал наушник, в котором играла фонограмма, к другому уху прикладывал телефон, по которому постоянно разговаривал, а свободной рукой что-то наигрывал на пианино.

– Прошу прощения, мне просто позвонили, давайте еще раз запишем, - Саша наконец-то закончил разговор и был готов к записи.

– Нет, нет, нет! Все уже и так отлично!

Так началось сотрудничество Billy's Band с Сашей Буткеевым.

Саша сыграл партии фортепьяно и для «Немного смерти, немного любви», а потом познакомил группу со своими коллегами по цеху, в числе которых был саксофонист Миша Жидких, периодически играл на фоно на концертах. Со временем у Билли появилась идея создать настоящий Big Band, большую группу, которая бы помогала ему в реализации его творческих идей и замыслов, потому что три инструмента, как ему тогда казалось, не давали необходимого объема и мощи, а хотелось весомости и серьезного взрослого звучания, которое обеспечивали пианино, саксофон, тромбон, ударные и другие инструменты. Так появился Billy's Big Band, который принимал участие в записи «Немного смерти, немного любви» и частично «Оторвемся по-питерскими» и провел на сцене вместе с Билли, Рыжиком и Антоном чуть больше года.

Громкие мощные концерты нравились публике, но со временем поднадоели самому Билли. Увлечение мощью прошло и появилось ощущение неконтролируемости, разгульности музыки, которую они играли. Не то, чтобы хотелось вернуться в маленькие подвальные залы и играть втроем, хотелось какой-то вескости и значимости, которая бы достигалась не путем увеличения количества инструментов и музыкантов, а принципиально другим качеством исполнения и верно расставленными акцентами, хотелось не прибавить звук, а сменить пластинку.

– Не важно на каком инструменте играет человек, но это называется болезнь сологитариста, - Билли с Мишей возвращались с репетиции и Новик делился своими соображениями по поводу того, какую музыку должен играть бэнд.

– Даже самые классные музыканты иногда не знают, сколько нужно играть.

– Да-да, самое важное - это чувство меры, даже если у тебя в голове крутится какая-то музыкальная фраза, важно подождать и сыграть ее именно в тот момент, когда это нужно.

– Ага, это как культура потребления красного вина. Нельзя пить больше одного бокала.

– Точно.

После этого разговора стало ясно, что представления Билли и Миши о том, какой должна быть музыка Billy's Band и музыка вообще, оказались очень схожими. Если за несколько лет до этого Билли объяснял Рыжику, почему в определенных моментах лучше не играть вообще, чем играть все, что попало, то Мише даже не нужно было ничего объяснять, потому что он изначально думал так же. В итоге, из стремления к лаконичному, но вескому звучанию Billy's Big Band был распущен, а Миша Жидких остался с группой. Сначала он значился как сессионный музыкант, но со временем стало ясно, что он такой же член группы, как и все остальные и что без него Billy's Band совершенно немыслим.

Стоит заметить, что музыканты, прежде входившие в Big Band расстались с группой в самых лучших отношениях, до сих пор они принимают участие в записи некоторых треков группы и иногда играю на больших концертах, так что никаких обид и непониманий между Billy's Band и музыкантами из Big Band не осталось.

Billy's Band во многом обязаны своему формированию улице - там появился тот Billy's Band, который мы знаем до сих пор, также вышло и с самим Мишей Жидких. В родном Нижнем Новгороде он закончил музыкальное училище и перебрался в Питер. В Москву никогда не хотел, а вот в Питер - в самый раз. Здесь были дальние родственники его жены, да и казалось, что город, по крайней мере, с музыкальной точки зрения, гораздо приятнее. Миша поступил в Институт культуры на дневное отделение, а по вечерам подрабатывал - играл на улице. У него было два любимых места - арка Главного штаба и второй этаж Гостиного двора. Оба места были очень козырными и проходными - и там и там удавалось неплохо зарабатывать даже при условии того, что в арке он стоял раз-два в неделю. Тем не менее, в кофр от саксофона падали не только рубли и доллары, но и записки с предложениями работы. Звали играть на каких-то свадьбах и корпоративах, а то и присоединиться к военному оркестру. Такие записки, как правило, летели в мусорную корзину, но стоило поиграть пару-тройку месяцев, как появилось действительно стоящее предложение - играть в гостиницах «Астория», «Невский палас» и «Европа». Тут уже отказываться не имело смысла. Работа, конечно, была тяжелая - играть приходилось очень много, причем все, от классики до джаза, но это приносило неплохой доход и моральное удовлетворение. Главным образом от того, что Миша чувствовал - он приобретает незаменимый опыт, который позже может очень пригодиться ему в жизни. И этот опыт действительно пригодился. Потихоньку он стал вливаться в питерскую музыкальную тусовку и получать предложения от музыкантов записать несколько партий в студии для их альбомов. Как ни странно, участие в любых проектах (а в Питере Миша отыграл практически со всеми местными командами и музыкантами) оказалось не менее интересной и даже более сложной работой. К концу 90-х он стал заметными саксофоноситом, на счету которого было полторы сотни сессий, сыгранных для представителей самых разных стилей - от поп-музыки до шансона. Плотное сотрудничество с Максом Леонидовым даже вылилось в совместные гастроли, а с Игорем Конрелюком - в работу над саундтреками к российским сериалам, в том числе и к знаменитым «Бандитскому Петербургу» и «Мастеру и Маргарите».

В начале нулевых годов Михаил Жидких - это уже известное имя в питерской музыке, он состоявшийся музыкант, который переиграл в городе со всеми и заслужил отменную репутацию, он учится на заочном отделении в Нижегородском пединституте на факультете музыкальных искусств. Ему самому комфортно в этом статусе, он и сейчас говорит, что никогда не жалел о сотрудничестве с теми или иными людьми, потому что все они, на удивление, исключительно приятные и профессиональные, и с ними было хорошо и интересно работать. Но именно в этот момент, когда все складывается как нельзя лучше, старый приятель Миши по Нижнему Новгороду - Саша Буткеев - знакомит его с Billy's Band. Буткеев перебрался в Питер чуть раньше Миши, он тоже поступил в «Кулек», и, возможно, даже его закончил, в отличие от Жидких, которого выгнали после первого курса из-за какого- то ненаписанного реферата. Буткеев давно знал Биллисов, он играл партию фортепьяно еще на их первом официальном альбоме «Парижские сезоны».

Мише Billy's Band понравились, они показались ему совсем непрофессиональными и слабоватыми с музыкальной точки зрения, но очень крутыми и энергичными. По его словам, на них тогда было очень интересно смотреть, а вот слушать - тяжеловато. Тем не менее, все как-то неожиданно покатило: он сделал для Биллисов пару сессий к альбому «Немного смерти, немного любви», и очень скоро стал выступать вместе с ними, а потом оказалось, что ни на что больше просто не остается времени. Вливаться в уже сложившуюся команду было тяжеловато, приходилось придумывать для него новый образ, находить свое место на сцене. Так на фоне трех очень активных музыкантов появился один спокойный и меланхоличный, в плаще и с саксофоном, который, стоя все время в тени, выдает потрясающие пассажи и выполняет в группе огромный объем работы.