Чтение онлайн

— Одна — отражение. Помнишь, я тебе говорил, что на «дзи» бывают рисунки в виде глаз, лун, волн, ромбов? Извилистая линия может быть и волной. Возможно, луна отражается в воде… Думается мне, что эти изображения имеют отношение к какой-нибудь богине Луны.

— Или воды, тогда уж.

— Мда… Слушай, — Саша оживился, — как тебя Алешка в детстве называл? Симава? Так?

— Так.

— А помнишь, как Алешка произносил слово «лыжи»?

— Помню — «выжи»… Постой-ка, — осенило Симу, — так его «симава» может на самом деле звучать как «симала»!

Саша торжественно заключил:

— А ты и есть тот самый дух-хранитель, связанный с этим амулетом — Дух Симы!

Сима захихикала, уткнувшись в плечо мужа. Потом поднялась, распростерла руки и закачалась, изображая дух.

Лунная дорожка перебралась со стены на кровать и осветила тонкую фигурку. Саша залюбовался.

— Что? — Сима не поняла его взгляда.

— Ты сейчас как призрак — вся белая и даже почти прозрачная…

— Ой, не вспоминай, а то явится, давно не виделись!

— Хорошо, не буду, и давай спать. Ты отгул возьмешь. А мне на работу!

Сима уютно пристроилась рядом и тихонько спросила:

— А я позвоню Арману, ладно?.. Спрошу, только спрошу, обещаю — никаких встреч…

— Звони.

— Саш, ты ревнуешь? — Симе почудились нотки обиды.

— Не знаю… давай спать.

— Не ревнуй. Я позвоню, как-нибудь вечером, когда ты придешь. Соберем головоломку.

— Только бы голову не сломать, — погружаясь в сон, прошептал Саша.

Арман вошел в свой дом темнее ночи. Жена встретила его ласковым взглядом, прижалась, обняв, но он не мог ответить ей тем же, только холодно поцеловал, поинтересовался здоровьем и ушел к себе.

Всю обратную дорогу Арман думал о Симе, об Алешке. Тот мышастый карабаир, на котором не больше десяти минут катался сын, стал для Армана самым ценным жеребцом. Перед глазами так и стояло счастливое лицо мальчика, в ушах звучал его веселый смех и взволнованный голос Симы: «Прощай, прощай…»

Чувство безысходности снова толкнуло Армана в сомнительные объятия старых подружек. Нежность к Симе, так и оставшаяся в его сердце невостребованной, вылилась в безудержную страсть мужчины, который никак не мог насытиться женским телом, даже не замечая, насколько оно красиво или податливо. Выплеснув все силы, но не получив чувственного наслаждения, Арман провалился в долгий сон, не отдавая себе отчета, сколько дней провел он в загуле, что творится за пределами его собственного мира, там, где время бежит, не останавливаясь, чтобы подождать кого-то отставшего, или застывшего в одном из его мгновений.

Телефонный звонок ворвался в сонные грезы птичьей трелью. Арман потянулся к трубке, раздражаясь от его беспрерывного триньканья.

— Да, — резко ответил он и, услышав серебристое «Арман», порывисто сел на кровати.

— Сима?!

Она что-то щебетала, но Арман никак не мог сосредоточиться и понять, о чем она говорит. Единственное, что он смог спросить, сразу забеспокоившись об Алешке, это: «Что-то случилось?».

— Нет, Арман, нет, у нас все в порядке. Мы дома, все вместе, Алешка сидит рядом… я просто хотела с тобой поговорить, спросить о том шаманском ритуале, после которого мы расстались…

Сима принялась было снова пересказывать то, что ее интересовало, но Арман перебил, оглядываясь на сонное лицо подружки, в глазах которой сквозил вполне трезвый интерес.

— Сима, я сейчас не могу говорить, я тебе перезвоню.

Он отключил телефон и обхватил голову руками.

«Я сойду с ума! Что же делать?.. Как жить дальше?..»

Звонки, один за другим, не позволили ему сосредоточиться в поисках дальнейшего жизненного пути, и, погрузившись в дела, которые без него никак не решались, Арман только удивлялся, почему телефон молчал до звонка Симы и так ожил после.

Снова втянувшись в свою привычную жизнь, Арман не переставал думать о Симе и только на следующий после ее звонка день, он позвонил сам.

Детское «алле», неожиданно прозвучавшее вместо голоса Симы, взволновало, растрогало.

— Алеша… здравствуй, сынок…

— Папа! — после небольшой паузы раздался обрадованный возглас.

Арман понял, что «папа», это не к нему и как можно мягче ответил:

— Это дядя Арман, помнишь, как ты катался на коне?

Мальчик молчал, но Арман видел сквозь расстояние, как он кивнул и как огонек радости заискрился в его глазах. Не зная, что еще сказать, он спросил:

— А мама дома?

— Нет, она на работе. Бабушка дома.

Арман улыбнулся непосредственности ребенка.

— Это хорошо, что бабушка дома. А маме скажи, что я позвоню попозже, — пауза, — до свидания, Алеша!

— До свидания, — гудки…

Вечером позвонила Сима.

— Привет, мне Алешка сказал, ты звонил…

— Да, Сима, здравствуй, извини, я был немного занят, а сейчас весь в твоем распоряжении, — он улыбнулся, так, будто Сима стояла перед ним и могла видеть и его улыбку, и его влюбленный взгляд.

— Это ты извини, я как-то не подумала, что у тебя могут быть всякие дела, забыла, что ты бизнесмен.

— И хорошо, что забыла… Так о чем ты хотела поговорить?

Сима сразу оживилась, затараторила.

— Арман, ты помнишь, что я тогда говорила? В ту ночь у Каменной головы? Понимаешь, мы с Сашей расшифровали значения всех символов, собрали их в одну смысловую строку, получилось что-то вроде заклинания. Но это все, можно сказать, на интуитивном уровне, хотя, конечно, не без логического обоснования…

— Я понял. Слушай. Символы и есть заклинание, которое держало взаперти дух…, Дух Великого Воина. Твое появление в степи оказалось пророческим. В тебе живет другой дух, который сильнее того и именно он мог после истечения срока заклятия, отправить Дух Великого Воина… туда, откуда он пришел…

Сима слушала, как зачарованная. Вспомнилось недавнее Сашино «Дух Симы» и это уже не вызвало смех, напротив, стало страшно.

— Арман, ты меня пугаешь… Я думала, что в состоянии наркотического опьянения я просто смогла получить как бы откровения относительно тех знаков, но то, что я какой-то дух, да еще пророчество… Какое пророчество? Ты о чем?