Чтение онлайн

А в конце представления случилось то, что послужило причиной моего острого интереса к теме внушения. Оказывается, непререкаемая власть гипнотизёра над загипнотизированным не заканчивается с пробуждением и завершением сеанса, и это так поразило меня, что я целый год, время от времени, возвращался к увиденному тогда. Я всё пытался понять, как такое может быть и как это может сказаться в обычной жизни?

Заканчивая своё выступление, гипнотизёр приказал каждому испытуемому сделать нечто, в общем, безобидное, хотя и странное, уже после сеанса. Потом я узнал, что называется это постгипнотическим внушением. Одному испытуемому он приказал: когда концерт закончится, ты откроешь окно прежде, чем покинешь зал. Когда гипнотизёр разбудил испытуемых и объявил, что концерт закончен, этот человека взял, и открыл окно. Гипнотизёр спросил- зачем Вы это делаете? Испытуемый ответил- а Вы разве не чувствуете, какая тут духота? То, что зал проветривали после концерта, не было чем-то необычным, и никто этому не удивился. Олегу гипнотизёр отдал более замысловатый приказ – увидев первого знакомого человека, снять с себя свитер и отдать ему.

Я не сильно удивился, когда на улице, увидев меня, Олег снял свитер и протянул его мне – я же видел, как другой испытуемый послушно открыл окно. Но всё же сказал Олегу, не принимая от него свитер:

– Неужели этот гипнотизёр над тобой и сейчас имеет такую власть, что ты не можешь его ослушаться?

– Какой гипноз? Мы же с тобой поспорили, что если представление мне понравится, то я отдам тебе свой свитер.

Ответ Олега поверг меня в полное недоумение, я понимал, что его поступок вызван внушением гипнотизёра, и точно помнил, что, конечно, никакого такого спора у нас не было. Олег, видимо, только что этот спор выдумал, исполняя приказ гипнотизёра забыть про гипноз!

Это происшествие и побудило меня целый год искать и находить ответы. Я стал настоящим, дотошным исследователем, и сделал открытие, которому нахожу всё больше подтверждений. К тебе, мой читатель это тоже относится, и поэтому, закончив вскоре рассказ о том происшествии, я попытаюсь с предельной ясностью объяснить тебе суть происходящего. Очень важно, чтобы ты всё понял!

А тогда Олег сказал, оторопело посмотрев на меня:

– Мы что, правда, не спорили?

– Зуб даю. Твоя сестрица слышала весь наш разговор, она сказала, что сама не может пойти, потому что занята, и просила пойти тебя и потом всё ей рассказать. Больше ничего не было. Спроси её!

– Ладно, спрошу, я помню, как сестра вместе с тобой уговаривала меня сходить на представление.

– А сейчас твоя сестра дома?

– Да, она должна уже вернуться

– А можно, я зайду к тебе, чтобы мы могли обсудить все эти странности, да и Лене будет очень интересно выслушать твою версию?

– Да какие странности? Поспорили ли мы, вот и всё! – в голосе Олега послышались нотки раздражения. – Ну давай, заходи, а то Ленке всё это интересно, а я, побывав на месте испытуемого, наверное, что-то пропустил.

Дома мы с Леной долго пытались убедить Олега в том, что никакого пари по поводу свитера никогда не было. Но он только злился и говорил, что мы сговорились, или нас посетил острый приступ старческого маразма, причём один общий на двоих. Он всё никак не мог поверить, что свитер – дело «рук» гипнтизёра, а я и Лена получили тогда богатую пищу для размышлений, результатом которых и стало то настоящее открытие, которым я очень хочу поделиться с тобой, читатель.

Давайте спокойно и внимательно проанализируем тот случай с Олегом, как это делают настоящие учёные. Нам очень важно понять, какая чертовщина творится в голове у загипнотизированного, когда он после сеанса послушно, как марионетка, выполняет то, что ему внушили. Итак, сеанс закончился, Олег делает то, что приказал гипнотизёр, но что он при этом думает и ощущает? Он ведь уверен, что действует по собственной воле и желанию! Ну а что произошло, когда я сказал ему, что он сейчас делает нечто такое, что ему приказали? Его попытка вспомнить и понять истинную причину своих собственных действий явно провалилась! Разве он смог вспомнить, что это был гипноз? Ничуть не бывало! В ответ он вполне искренне удивился, он помнит, что был на каком-то там сеансе, но заявляет, что нет никакой связи между этими его действиями и тем сеансом – так подействовало внушение забыть приказ.

В голове у Олега произошло также нечто такое, чего мы никак не ожидали. Что было бы логично предположить? Что в ответ на приказ гипнотизёра «забыть» Олег, отдавая свитер, скажет, что ему почему-то вдруг сильно захотелось это сделать, он и сам не знает, почему. Но такой поступок самому Олегу показался бы странным и нелогичным! И мозг, прижатый к стенке непреодолимым противоречием, вместо того, чтобы освободиться от влияния гипноза, выдумал отмазку с небывшем пари, запомнил её и уверовал в то, что она – отмазка – и есть истина. Мозг Олега предал его, помог не Олегу, а гипнотизёру, подчистил память и устранил сомнения в том, что получил приказ извне, предотвратил освобождение Олега от внушения. Получается, что в подобной ситуации мы не можем хоть как-то сопротивляться скрытому стороннему приказу вовсе не потому, что сам приказ имеет над нами какую-то непреодолимую магическую власть. Мы исполняем приказ потому, что по нашему внутреннему ощущению это не приказ, а собственное решение. Приказ маскируется мозгами так, что мы уверены, что, исполняя приказ, мы делаем что-то то же самое, что мы делаем по собственной воле.

И тут настоящий учёный должен на основании обнаруженного факта, который не укладывается в ожидаемый ход событий, сделать определённые умозаключения. В нашем случае возникает очень важный вопрос: если мозг в принципе способен на такое предательство, как часто оно совершается, насколько мы принадлежим сами себе, а насколько – подвержены скрытым внешним влияниям, да так, что, находясь в рабстве, и не подозреваем об этом? Только ли гипноз позвролят скрытно воздействовать на человека, или это только один из многих способв? Так возникает вопрос о нашей свободе и самостоятельности, очень важный для каждого из нас – ведь если мы никак не можем обнаружить случаи самопредательства, мы не знаем и того, насколько часто такое случается. Мы не знаем, насколько не принадлежим сами себе именно потому, что никогда в этом не сомневаемся, ведь поводы усомниться тщательно прячет наш собственный мозг!

Случай с Олегом позволяет нам увидеть ещё один немаловажный факт: предательство мозга Олега сделало для него невидимым то, что видят окружающие люди. Даже те, кто не имел возможности прямо проверить, а было ли пари, могут, помыслив здраво, понять, что пари – просто глупая отмазка, ведь обычно люди таких идиотских пари не запключают.

Из этого я тогда ещё понял, как можно постепенно узнать, насколько мы (а значит, и я) являемся марионетками каких-либо влияний, несмотря на искусную ложь собственного мозга. Мне надо было понаблюдать за окружающими людьми и понять, насколько логичны и разумны их поступки, объявив настоящую охоту на поступки, которые трудно понять, исходя из интересов человека, который их совершает. Наблюдая за разными людьми, совершающими нечто, с моей точки зреня, странное и нелогичное, я при каждом удобном случае спрашивал их, зачем они так поступают. Вы бы слышали их отменно кривые отмазки!

Я понял, что мы всё время буквально спотыкаемся о два факта, очень важных для понимания всей нашей жизни, но не делаем для себя никаких выводов из того, что эти факты исключают друг друга. Первый факт- каждый из нас совершенно уверен, что является полновластным хозяином над собой, единолично руководит всеми своими мыслями, действиями и поступками. Конечно, если не спит, не болен и не «под кайфом». Второй факт – всем нам известно, что есть хитрые способы что-то приказать человеку таким способом, что он это послушно исполнит, даже не заподозрив, что его заставили, и постгипнотическое внушение- лишь один из множества способов такого влияния. Мы всегда живо интересуемся, на что способен «раскрутить» человека искусный гипнотизёр, но упорно не желаем признать и поверить, что внутри у каждого из нас притаился некто «чужой», к нему можно незаметно подобраться и «привязать верёвочку» так, чтобы заставить любого из нас лихо отплясывать танец марионетки под чужую дудку, ещё и на потеху публике.

То, что происходит с нами под гипнозом, мы считаем фокусом, какой-то магией, редкостной причудой природы, подвластной только особому дару гипнотизера. Мы скорее готовы признать, что гипноз – это магия, отменяющая законы природы, чем принять, что вся наша жизнь буквально насквозь пропитана почти таким же управлением – манипулированием, только гипнозом это никто не называет. Мы не хотим признать, что публичные сеансы гипноза извлекают из глубин нашего «я» лишь малую часть, крохотную надводную верхушку того огромного айсберга, о существовании которого мы знать ничего не хотим! Но стоит копнуть поглубже, свести факты вместе, сделать из них неизбежные выводы – и мы обнаружим, что внутри каждого из нас притаилась эта огромная, причудливая глыбина льда, по сравнению с которой все другие, самые крутые монстры, изобретённые нашей фантазией, могут просто пойти отдохнуть!

Обнажить тот факт, что в каждом из нас всё время, неутомимо работает встроенный механизм виртуозного изобретения лжи для сокрытия нашего порабощения, имеющего множество источников, и поделиться этим знанием с читателем – вот первая причина, ради которой затеяно это отступление от темы повествования. Есть и вторая, более важная, но о ней – чуть позже.

Думается, что большинство моих читателей, на которых вдруг свалился результат моих долгих и непростых размышлений, не спешат расстаться с удобной и привычной иллюзией о том, что уж внутри-то себя они полновластные хозяева. Но горькая правда всегда лучше сладкой лжи. Вторая причина, побудившая меня написать всё это – отличный подарок, который ждёт терпеливого читателя в конце этой главы. А пока немного отвлечёмся и попробуем понять, как такой хитрый мозговыверт мог появиться и чему он в своё время неплохо послужил. Вот что я обо всём этом думаю, если не вдаваться в мелкие детали.