Бижутерия
Шрифт:
Поэтому она решила рассчитать любовника Майка, но ни в коем случае не терять знающего художественного директора. Специалистом он считался одним из лучших.
Покончив с любовным порывом, Джуэл перевернулась и закурила сигарету.
— Бросила бы лучше, — проворчал Майк. — Сколько пачек в день ты выкуриваешь?
— Две. — Джуэл выдохнула длинный шлейф дыма. — Знаю, паршивая привычка. Я дурно пахну. И умру от рака. Хочу скоро бросить. Как только кончу заниматься исследованиями и завершу новую книгу.
— Книгу? Какую книгу?
— Я тебе говорила, — дорогой. Она называется «Сила и романтика камней» — о знаменитых драгоценных камнях, за которые столетиями боролись и умирали люди. Алмаз Кохинор, рубин Черный принц, жемчужина Ла Перегрина. Ты знаешь…
— Да, ты мне говорила, — перебил ее, нисколько не заинтересовавшись, Майк. — Я хотел тебя кое о ком спросить. Моя сестра Лаура встречается в Гринвиче с одной дамой. Вместе играют в теннис.
Джуэл вынула из сумки косметичку.
— Кто-нибудь из моих клиенток?
— Сомневаюсь. Она тебя, кажется, терпеть не может.
Джуэл замерла. Карандаш помады персикового цвета застыл у самых губ.
— Не могу представить, о ком ты говоришь. — Она догадывалась, что последует дальше. Наконец это случилось. Столкновение с прошлым.
— Ее зовут Анна Фергюсон. Она сказала Лауре, что в колледже вы жили в общежитии в одной комнате. Тогда тебя звали Мадлен Латем.
— Это правда. — Джуэл пожала плечами. — Мадлен мое настоящее имя. А псевдоним Джуэл я взяла, когда поехала учиться в Германию.
— Расскажи мне о ней побольше. Лаура говорит, что ее корежит каждый раз, когда она видит твои вещи. Ты и враги — это интересно.
— Долгая история. — Ее тон казался небрежным, хотя сердце гулко стучало в груди. — И невероятно скучная. У Анны тяжелый случай ревности. И судя по всему, она до сих пор не изменилась. В колледже мы стали соперницами и победила я. Она со злости вышла замуж за Рэнди Фергюсона и с тех пор, наверное, несчастна.
— А что случилось с парнем, из-за которого вы поссорились? Это был Аллен? — спросил Майк.
— Нет. Просто парень, из-за которого я сходила с ума. Потом я уехала в Европу, а когда вернулась, мы друг к другу остыли. Хватит, Майк, я не желаю говорить об Анне. Неподходящее время. — Она раздавила окурок в пепельнице и закурила новую сигарету. — Я хочу поговорить о нас.
— Давай. Ты уходишь от Аллена?
— Нет. Все очень сложно. Дочери… — Джуэл помолчала. — Я считаю, нам пора расстаться. У нас друг для друга едва находится время. А когда мы встречаемся, всегда куда-то спешим.
— Я думал, тебя радуют наши свидания, — уставился на нее Майк. — Меня — да. Я хотел бы видеться с тобой постоянно.
— Я радовалась, но наша связь слишком затянулась. Если хочешь знать правду, я устала скрываться.
Майк наклонился к ней, положил ладони на ее хрупкие плечи и поцеловал в лоб.
— Ну что с тобой? Мне казалось, ты меня любишь. Я тебя люблю и не хочу расставаться.
Джуэл вздохнула. Она неправильно судила о Майке — считала, что он желал ее такую, какой она была, — невероятно удачливую создательницу «Бижу». Ей не приходило в голову, что он говорил искренно, когда признавался в любви. Чтобы не вывести его из себя, она сменила тактику:
— Ты, наверное, тоже слышал: Аллен что-то подозревает. И Эдвард делает намеки. Нам нужно лечь на дно. Нельзя допустить, чтобы в конторе болтали о нашей связи.
— Ясно, — обиженно буркнул он.
Джуэл взяла его за руку.
— Мне будет спокойнее, если мы получше спрячемся. И еще, — солгала она, — мне требуется время, чтобы во всем разобраться.
— Я с ума по тебе схожу. Какой бы мы были с тобой парой!
— Дорогой, давай не будем об этом.
— Хорошо, — надулся Майк. — Я понял. Замнем, если хочешь.
— Это не то, что я хочу. Так надо.
Они оделись, не проронив ни слова, и помрачневший Майк пошел ловить такси. Джуэл надеялась, что, остынув, он рассудит, что все к лучшему.
Они уже собирались садиться в машину, когда внезапно кто-то схватил ее за плечо.
— Мадлен!
Удивленная Джуэл обернулась и увидела улыбающегося Уатта Макнила. В его волосах появилось больше серебра, вокруг глаз — несколько новых морщинок. Но он изменился гораздо меньше, чем она ожидала. Овладев собой, Джуэл сумела улыбнуться в ответ:
— Уатт, вот это сюрприз!
Майк Маршалл открыл дверцу и нетерпеливо бросил:
— Ты едешь?
— Нет. Договорим потом.
Не попрощавшись, он сел в машину, и такси умчалось.
— Я спешу, — извинился Уатт. — Иначе обязательно пригласил бы тебя на чашечку кофе.
— Все нормально, — отозвалась Джуэл. — У меня тоже встреча.
— Ты едешь к себе?
— Да. Угол Пятой и Пятьдесят третьей.
— Тогда мы можем взять одно такси. Я избавился от машины и шофера. Не так часто бываю в городе, чтобы она себя оправдывала.
Джуэл немного расслабилась.
— Боже мой, Уатт, я так рада тебя видеть!
Он остановил такси, и они забрались в машину.
— Значит, рада?
— После того как все случилось, я молила Бога, чтобы больше с тобой никогда не встретиться.
— Охотно верю. Я был на тебя зол. Кстати, спасибо за то, что вернула деньги. Честно говоря, я на них не рассчитывал. И очень рассердился, когда ты ушла.
— Понимаю. — Несколько кварталов они проехали в молчании. Джуэл вспоминала, какой была молодой и наивной. — Думаю, теперь можно сказать правду, — наконец проговорила она. — У нас все равно ничего бы не вышло. Я чувствовала себя слишком виноватой по отношению к твоим родным. Но ушла потому, — Джуэл помолчала, собираясь с духом, — что Анна обо всем узнала. Примчалась в Пфорцхайм перед самой нашей встречей в Париже, ругалась, кричала, плакала. Стращала самыми невероятными вещами.
— Что? — Уатт побелел. — Почему ты мне не рассказала?
— Анна мне угрожала. Взяла слово, что я с тобой порву, но не проговорюсь, что она знает. Хэдли тоже во все посвятила. Пощадила только Элизабет. Сейчас я рассказываю лишь потому, что все произошло очень давно и больше не имеет значения.
— Это все объясняет, — пробормотал Уатт. — Я всегда недоумевал, почему ваша дружба с Анной оборвалась так внезапно. Как не сообразил сам? Следовало догадаться. — Он покачал головой. — Через что же тебе пришлось пройти! Как бы я хотел все исправить…