Чтение онлайн

– Так говорят. А сейчас я и сама чувствую, что начинаю заводиться.

Никита встал за ее спиной и обнял обеими руками.

– Ты лезешь ко мне, потому что я похожа на нее?

– Тебе надо обязательно задавать такие гадкие вопросы?

– Обязательно, – отодвинулась от него Аксинья.

– Я не могу не быть честным. То, что ты сильно похожа на Кристину, не могло не привлечь меня к тебе. Но вы разные. И сейчас меня влечет именно к тебе!

– Я вот в этом как раз и не уверена. – Аксинья тряхнула волосами. – Знаешь, что мне говорило то привидение, что напугало меня до смерти? То есть Юля? Здесь, в саду? Она бормотала что-то о том, что я должна ее спасти, что я должна вырыть что-то. Из земли, понятно?

– Пока не совсем. – Никита явно расстроился, что Ася уклонилась от его объятий.

– А знаешь, что она шепнула мне на ухо, пока ты рассыпался в любезностях с ее отцом? Она сказала: «Выройте, и вы тогда спасете меня от сумасшествия». Она так четко это сказала, так четко и так слезно посмотрела на меня! Я не могу забыть. Она не просила это у своего отца, у тебя, она знала, что вы откажете.

– А с учетом того, что у Юли тенденция разрывать могилу сестры, то...

– Вот видишь! Ты догадался!

– Ася, о чем ты? Вот только не проси меня сейчас разрывать могилу моей бывшей жены из-за бредней Юли.

– Вот и ты такой же!

– Я – просто разумный человек! А если бы Юля попросила тебя прыгнуть с десятого этажа, ты тоже бы это сделала?

– Здесь что-то другое! Что-то важное, что может ее спасти, – не сдавалась Ася.

– От чего?

– От того, что ее заточили в психушку.

– Ты сама понимаешь, что говоришь? Что там может быть в могиле, кроме трупа?

– Надо что-то делать...

– Тебя, выходит, неспроста заперли в «желтый дом»! – почти повысил голос Никита и, развернувшись, ушел.

«Ничего другого и не ожидала, – вздохнула Ася и задумалась. – Процедуру эксгумации можно проводить и легально. Но, насколько я слышала, для этого необходимо постановление суда или распоряжение прокурора. А чтобы получить такое разрешение, должны быть какие-то доказательства. Стоп! Не какие-то, а весьма существенные, слова девушки, давно признанной недееспособной, тут не помогут. Потом, ходатайствовать должны родственники, а не я. А кто у Кристины родственники? Никита, как бывший муж, дал мне ответ. А Анатолий Алексеевич вряд ли тоже этим заинтересуется. Тем более, именно у него Юля ничего и не просила. Знала, что будет отказ. Она попросила у меня! Черт! А я-то и помочь ничем не могу! Но надо хотя бы проработать план. Для начала поговорить с Юлей и попытаться выяснить – что она ищет в могиле сестры? Затем я могу поговорить с лечащим врачом Юли – из-за чего она попала в психлечебницу. И когда я это все сделаю, я и решу – бред Юля несет или есть в ее словах рациональное зерно».

Аксинья услышала раскатистый бас Наума Тихоновича, раздавшийся в глубине дома:

– Что за черт?! Где я? Где Пронин или как его там?! Чертов старикашка!! Я требую продолжения банкета!

Аксинья поежилась от холода и поспешила в свою комнату, чтобы наконец-то отдохнуть и выспаться.

Уже с утра Аксинья, не позавтракав, привела себя в порядок и набрала телефонный номер таксиста, подвозившего ее.

– Я помню тебя, декоратор! Рад, что обратилась! Приеду и отвезу, куда скажешь...

Его машина подъехала к ней уже через десять минут.

– Здравствуй, Гена.

– Рад видеть! Куда едем? На строительный рынок за материалами к дому?

– В лучший магазин женской одежды. Надо себя в порядок привести, а то моя одежда совсем в негодность пришла.

– Вот это – дело! – засмеялся Геннадий. – Деньги-то есть?

– Карточка с приличной суммой, – похвасталась Ася, стараясь не думать, как на это отреагирует Никита.

– Тогда едем в наш центральный торговый центр, где принимают карточки.

– Очень хорошо! – расположилась на заднем сиденье Аксинья.

– Как тебе Ессентуки? Как город?

– Мало еще что видела, – туманно ответила она.

– Как лечение?

– Не лечилась еще.

– А чем же ты занималась? – посмотрел в зеркало дальнего вида Гена.

– Лучше не спрашивай!

– Желание клиента – закон! – козырнул шофер.

В торговом центре Аксинья разошлась не на шутку. Трудно удержать себя в рамках, если тебя ни в чем не ограничивают. Она и сама не заметила, как ее гардероб пополнился джемпером жизнеутверждающего оранжевого цвета, облегающими джинсами, удобными сапожками и ярким бирюзовым пуховичком. Она почувствовала себя Снегурочкой, прикупившей шмотья.

– Очень красиво! – отметил Геннадий. – Куда сейчас?

– Хотелось бы лихо произнести «в нумера»!

– Это я согласен!

– Кто бы сомневался? – вконец обнаглела Ася. – Или в салон красоты!

– Ну, так в салон?

– Нет. Дела, – снова туманно ответила Аксинья, словно была секретным агентом. – Поэтому поедем в местную психлечебницу!

– Чего ты там забыла? – удивился Геннадий.

– Поговорить надо кое с кем. – И, устав от собственной таинственности, вдруг выпалила: – А если честно, я там уже и полежать успела.

– Чего так?!

– Увидела ваше привидение воочию. Упала, стукнулась головой и... привет!

– А все-таки сейчас-то зачем туда? – забеспокоился Гена.

– Есть вопросы к их главному врачу.

– Как скажешь, – вздохнул он и прибавил газа.

Адам Львович – психиатр местной специализированной больницы – был мало похож на врача и тем более на главного. Он больше напоминал модного кутюрье – невероятно пестрый шелковый платок на шее и стоящие на голове волосы. Лет-то ему было немало, но он явно молодился и считал себя неординарной личностью. Главврач очень манерно курил сигарету. И совершенно без всякого энтузиазма смотрел на Асю.

– Я не понимаю ваш столь неожиданный интерес к этой юной особе, Юленьке.

– Вот хотелось бы узнать...

– О чем?

– Обо всем!

– А вы на основании чего и кого?

– Нужны основания, чтобы узнать о состоянии здоровья вашего пациента?

– У нас специфическое заведение, и здесь это требуется.

– Разве тайна то, с чем она легла к вам?

– Конечно, врачебная тайна, – улыбнулся психиатр. – Но, вообще-то, нормальные люди сюда не попадают.

– Я бы поспорила. Я – нормальная, но попала именно к вам.

– Это – недоразумение. – Адам Львович поджал губы. – Анатолий Алексеевич уже во всем разобрался.

– А в том, что происходит у вас в клинике, Анатолий Алексеевич должен разбираться? Он разве врач? – съехидничала Аксинья, не удержавшись.

– Он – уважаемый человек у нас в городе, крупный бизнесмен, – отвел глаза Адам Львович.

– И его дочь здесь лежит...

– «Богатые тоже плачут».

– Не сомневаюсь. Плачут и отстегивают денежку за лечение или молчание. – Ася тут же прикусила себе язычок.