Благородная воровка
Шрифт:
– Не знаю, смогу ли я вынести... – она мучительно закусила губу. – Девочки…
Его взгляд и тёплое пожатие рук стали нежнее.
– Просто верьте, любимая.
На сей раз никто из слуг не выбежал навстречу. Гриффин спрыгнул на землю и откинул лесенку кареты. Хьюго протянул руку, чтобы помочь Кит выйти. Она покачала головой.
– Гриффин, не сообщите ли вы сэру Уильяму и леди Марсден, что мы… что я приехала. – Хьюго хмыкнул и Кит повернулась к нему. – Я не собираюсь больше обманом проникать в их дом. Они должны знать, что я здесь. Они могут пригласить меня или нет. Тогда я узнаю, какого они обо мне мнения.
Гриффин отправился с поручением, а Кит медленно вышла из кареты. Она не позволит Хьюго сопровождать её. Девушка попросила его остаться в экипаже.
– Я должна сделать это сама.
Вечерний ветерок донёс до неё аромат роз. Кит затошнило. Ноги дрожали. Она попыталась взять себя в руки и стала ждать.
Первым вышел сэр Уильям. Он увидел её посреди вымощенного двора и замер. Через секунду появилась его жена. Роуз нигде не было видно.
Сэр Уильям и леди Марсден смотрели на Кит. Она вздёрнула подбородок и ждала. Сэр Уильям был магистратом: его прямой обязанностью было арестовать её. Кит собралась с духом.
Внезапно за юбками леди Марсден послышалась какая-то возня, и три личика показались по бокам от матери.
– Мисс Китти-кэт, – услышала Кит голос Салли, но девочку быстро осадили.
– Идите в дом, дети, - спокойно произнесла леди Марсден. – Здесь холодно.
Воистину так. Кит сглотнула. Она понимала, что сейчас происходит: они уже приняли решение. Но раз уж она приехала, то намерена извиниться перед ними, даже если они откажутся выслушать её. Девушка открыла рот.
– Кит, дорогая, что же вы там стоите? – позвала леди Марсден. – Входите, пока не замёрзли.
Кит недоуменно моргнула. Это определённо не те слова, которые должна была сказать женщина, чей муж отправит тебя на повешение.
Леди Марсден вышла вперёд.
– Дорогая, я так рада, что вы вернулись к нам. И я очень сожалею о том ужасном недоразумении. Входите же. Мы были в детской, готовили тосты, дети ужасно скучали по вам.
Девушка ещё раз моргнула.
Сэр Уильям приблизился к ней и обнял за плечи.
– Да вы совсем продрогли, дитя. Давайте войдём в дом и найдём для вас местечко у огня. Я очень недоволен вами.
Кит снова напряглась.
– Мы так волновались, когда вы сбежали. Бога ради, почему вы не объяснили, что собираетесь вернуть эти проклятые шахматы?
– Не сейчас, Уильям, – вмешалась леди Марсден.
Кит остановилась:
– Нет, сейчас, пожалуйста. Я должна объяснить и понять.
– Да, дорогая, так и будет. Но сперва вы должны войти и согреться. Бедняжка, вы дрожите.
Леди Марсден и сэр Уильям проводили Кит в дом. Она оглянулась и увидела, как Хьюго выходит из кареты с лёгкой довольной улыбкой на устах.
К тому моменту, как Хьюго вошёл в дом, Кит уже с удобством устроили в кресле и укутали пледом, в руке она сжимала бокал вина. Леди Марсден порхала вокруг неё, девочки расположились у ног Кит, а сэр Уильям, опершись на каминную полку, одобрительно наблюдал всю картину.
– А где Роуз? – спросила Кит. Она хотела всё объяснить, но в присутствии Роуз.
– Роуз и господин Крэнмор сегодня обедают у викария. Их венчание состоится через три недели.
– Что ж, замечательно. – Кит сглотнула и сделала глубокий вдох. – Должна вам сказать…
– О, не нужно волноваться, мисс Китти-кэт, – перебил её сэр Уильям. – Это всего лишь недоразумение, которое уже разрешилось.
– Но я…
– Моё дорогое дитя, вы стали жертвой коварства своего отца, и притом не единственной. Девениш объяснил нам, что вы пообещали сделать, и я предполагаю, что, обнаружив обман, вы бы вернули, э-э-э... – он метнул взгляд на девочек, – предметы, которые позаимствовали.
– Да, – удивлённо произнесла Кит. – Но откуда вы узнали? – Она взглянула на Хьюго. – Вы ведь не сказали им, правда?
Хьюго покачал головой.
– Моё дорогое дитя, – сказал сэр Уильям, – вы же не думаете, что я пробыл магистратом более десяти лет и так ничего не понял о людях. Вы настолько честны, насколько это вообще возможно. В вас нет лжи. Храбрая, открытая… – он наклонился и с любовью коснулся её подбородка, – и хорошенькая. Итак, что там с нашими тостами, а, девочки? Ведите мисс Китти-кэт в детскую и дайте ей вилку для хлеба. А я за джемом.
Как во сне, Кит позволила нетерпеливым маленьким ручкам увлечь себя по лестнице наверх, в детскую.
Её простили так легко – подобного с ней ещё не случалось, это было выше её понимания. Её приняли обратно в семью после такого предательства. О большем подарке она и мечтать не смела.
Она обернулась и посмотрела на Хьюго, который поднимался вслед за ней с крошкой Молли Марсден на плечах, вцепившейся ему в волосы. Хьюго увидел потрясение в её глазах и улыбнулся:
– Я же сказал, просто поверьте, милая. Поверьте в своих друзей и в себя.
Кит не смогла ответить: её переполняли чувства.
Вскоре она уже сидела у камина в детской, с вилкой в руке в окружении девочек. Хьюго устроился подле неё, вытянув длинные ноги и касаясь ими ног Кит.
Нелл не сводила с Кит серьёзных глаз. Внезапно она порывисто обняла девушку:
– Папа сказал, вы были хорошей девочкой. Такой дочкой всякий мог бы гордиться, мисс Китти-кэт. Он сказал, ваш папа заставил вас пообещать, что вы сделаете плохую вещь. Он не должен был, да?
Кит не могла говорить. Сжав дрожащие губы, она покачала головой. Хьюго обнял её одной рукой.
– Наш папа такого бы не сделал, правда? – спросила Нелл.
Кит снова покачала головой.
– Нет, милая, - тихо сказала она прерывающимся от избытка чувств голосом. – Ваш папа никогда бы не попросил вас сделать что-то плохое. – Она прижала девочку к себе, часто моргая в попытке сдержать слёзы.
Сэр Уильям стоял в дверях с баночкой апельсинового джема в руках и смотрел на сцену у камина. Определённо, он слышал весь разговор. Джентльмен поставил джем, достал огромный носовой платок, громко высморкался и сел.