Чтение онлайн

–  Я сказала, уходите. Вы уволены. Забирайте… свой телефон и уходите.
– Она легко представила себе, как он стоял у окна, разговаривая по телефону, оставив ребенка одного на узкой кровати. Она бы ни за что не оставила Макса без присмотра, занявшись чем-то другим.

–  Раньше меня никогда не выгоняли с работы, - сказал Джейсон, глядя на Эйми широко раскрытыми глазами.

–  Все всегда бывает в первый раз.
– Увидев, что Джейсон даже не шевельнулся, она поджала губы.
– У меня нет машины, и если вы хотите, чтобы вас увезли, позвоните Дэвиду. Я дам вам номер его телефона.

–  Я знаю его номер, - тихо ответил Джейсон, по-прежнему не сводя с нее глаз.

–  Так воспользуйтесь им!
– бросила она, отвернувшись, занятая борьбой с извивавшимся в ее руках Максом.

Эйми ушла в гостиную, уложила Макса на диване на две подушки, потом, поддерживая рукой его головку, сердито расстегнула халат и высвободила грудь. Макс тут же вцепился в нее, а потом прильнул к матери, внимательно глядя на нее, явно чувствуя, что что-то происходит.

–  Послушайте, я… О, извините, - смутился Джейсон и повернулся к ней спиной. Эйми почувствовала его замешательство при виде того, как она кормит грудью ребенка. Стянув со спинки дивана детское одеяло, Эйми прикрылась им, почти полностью укрыв и ребенка.

–  Я хотел бы получить еще один шанс, - заговорил Джейсон, по-прежнему стоя к ней спиной; - Я был… - Он словно поперхнулся словам?!.
– Я виноват в том, что оставил ребенка одного на кровати. Но я… э э… я хотел, как лучше. Я услышал его и забрал из манежа. Просто хотел дать вам возможность поспать лишних два часа, вот и все.

Эйми казалось, что каждое слово из уст этого человека стоит ему борьбы с собою. Можно было подумать, что ему за всю жизнь никогда не приходилось ни перед кем извиняться. Действительно, слышав боль в его голосе, вы бы решили, что до этого случая он никогда в жизни не делал ничего плохого.

–  Вы просите меня предоставить вам еще один шанс подвергнуть опасности жизнь моего ребенка?
– спокойным голосом спросила Эйми, не отрывая глаз от его спины.

Джейсон медленно повернулся, увидел, что она прикрыта одеялом, и уселся в расписанное подсолнухами кресло.

–  Я обычно… никогда не теряю бдительности до такой степени. Я привык делать несколько дел одновременно и со всеми ими справляться. В самом деле, я горжусь тем, что способен с чем-то справляться.

–  У вас нет необходимости говорить мне не правду. Дэвид мне все рассказал.
– Когда Эйми произнесла эти слова, лицо Джейсона приобрело какой-то странный бледно лиловый оттенок, и она повторила про себя клятву отделаться от него. «Он мне не нравится», - повторила она себе.

–  И что же рассказал вам доктор Дэвид?
– мягко спросил он.

В нем было что-то устрашающее. Она была многим обязана Дэвиду, но отнюдь не собиралась платить свои долги за счет ребенка.

–  Он сказал мне о том, что вы гомосексуалист, ищете покоя своему разбитому сердцу и…

–  Он сказал вам, что я гомосексуалист?
– тихо спросил Джейсон.

–  Да, я знаю, что это тайна и что вы не хотите, чтобы об этом знали, но он должен был сказать мне это. Полагаю, вы не думаете, что я позволила бы любителю женщин жить со мной в одном доме, не так ли?
– Эйми искоса взглянула на Джейсона.
– Или вы так думаете? Может быть, вам кажется, что я из женщин такого типа?
– Не услышав прямого ответа, она сказала:

–  Думаю, вам лучше покинуть мой дом.

На лице Джейсона не шевельнулся ни один мускул, и он по-прежнему сидел, пристально глядя на нее, словно решал какую-то трудную задачу. Эйми вспомнила слова Дэвида о том, что его кузену негде остановиться, негде провести Рождество.

–  Послушайте, мне очень жаль, что у нас ничего не получилось. Но вы мужчина, не лишенный привлекательности. Я уверена, что вы найдете…

–  Другого любовника?
– закончил он ее фразу, подняв брови.
– А теперь я должен спросить вас, к какому типу мужчин, по вашему, отношусь я?

Эйми покраснела и перевела взгляд на Макса, который все еще сосал с широко открытыми глазами и с таким видом, будто прислушивался к каждому слову.

–  Извините меня, - проговорила она.
– Я не хотела ни в чем обвинить кого бы то ни было.

–  Только если вы простите меня.

–  Нет, - ответила Эйми.
– Я не думаю, чтобы такое соглашение себя оправдало. Я не… - Прервавшись, она опять посмотрела на Макса. Молоко уже не шло, но он не проявлял желания расстаться с грудью. Эйми хорошо понимала, что он принимал ее за большую соску.

–  Вы мне не верите? И не хотите меня простить? Чего вы не хотите?

–  Чтобы вы мне понравились, - выпалила Эйми.
– Прошу прощения, но вы хотели знать.
– Засунув палец в уголок рта Макса, она прервала его жадное сосание, оторвала от груди и запахнулась, проделав все это одним привычным движением. Эйми привлекла сына к себе на плечо, но он почти сразу извернулся, чтобы увидеть, кто еще был в комнате, кроме матери.

–  Но почему я вам не нравлюсь?

В эту минуту она решила, что ее долг Дэвиду оплачен.

–  С того момента, как вы здесь появились, вы не делали ничего, кроме того, что многозначительно ухмылялись, - вспылила она.
– Может быть, никто из нас не может себе позволить носить костюмы от дорогих портных и золотые часы, но мы делаем все, что можем. Думаю, что в какой-то момент вы забыли о том, что значит быть… частичкой масс. Когда Дэвид умолял меня принять вас, я подумала, что мы могли бы помочь друг другу, но теперь вижу, что вы считаете себя выше вдовы Билли Томпкинса.
– Последние слова Эйми почти процедила. Она не прожила в Абернети и недели, как узнала все, что здесь думали о Билли.

–  Понимаю, - отозвался Джейсон, все еще не двигаясь с места, и вид у него был такой, словно он отнюдь не был намерен покинуть ни это кресло, ни этот дом.
– А что мне следовало бы сделать, чтобы вы поняли, что я из себя представляю? Как я могу убедить вас в том, что достоин доверия и могу делать то, что здесь от меня требуется?

–  Не знаю, - ответила Эйми, продолжая бороться с Максом, явно сражавшимся за то, чтобы встать на ноги и перенести таким образом всю свою тяжесть на ее колени. Джейсон вдруг пересек комнату, взял ребенка из ее рук, и Макс восторженно завизжал.
– Предатель!
– выдохнула Эйми, глядя, как Джейсон поднял Макса высоко в воздух, а потом опустил и потерся небритой щекой о его шею. Макс вцепился руками в его щеки, а Эйми хорошо знала, как это могло быть больно: Макс уже дважды пускал ей кровь таким образом.

Джейсон несколько раз подбросил Макса в воздух, потом усадил его к себе на колени, а когда тот попытался ерзать, сказал ему: «Сиди тихо!» - и Макс повиновался. Сидя на коленях у Джейсона и всем своим видом выказывая крайнее удовольствие, Макс улыбался матери.

Эйми было ненавистно положение матери одиночки, как и мысль о том, что у Макса нет отца. Все было совсем не так, как она себе представляла. Несмотря на все свои недостатки, Билли был добрым человеком и вполне мог быть хорошим отцом. Но судьба распорядилась иначе, и…