Чтение онлайн

Следы борьбы попадались тут и там в виде пятен крови на снегу, оброненных колунов, ножей, шапок. Попался даже слетевший с чьей-то ноги грубый сапог из звериных шкур. В некоторых домах двери были выломаны, в конюшнях распахнуты ворота, а тут и там верещали в сараях голодные свиньи. Сторожевые псы зарублены, а на каретном дворе отсутствовали почти все подводы, кроме пары поломанных. Рядом, под навесом высилась высокая куча готового к отправке угля.

Лесничий объяснил, что в таких деревнях обычно уголь свозят в общак, и уже староста организует отправку да продажу в город. Амарими растерянно оглядывался по сторонам, вид совершенно пустой деревни, похоже, наконец убедил его в серьёзности ситуации. Шоуки, по крайней мере, хотелось на это надеяться. Не хотел удаляться от принца, но всё равно покрутился вниз-вверх по широкой улице, заехал в проулок, найдя ведущую к лесу, и порядком почерневшую от угольного крошева дорогу. Пытался отыскать людей, ориентируясь на пряжки, пуговицы, обувные гвозди, но его сбивали с толку вещи в домах, да и жили люди здесь небогато. Железо чувствовалось в основном в хозяйстве, да и то не так уж много. Наверное. Те же пуговицы здесь пользовали деревянные и костяные. Если вообще пользовали пуговицы. У знати те определённо пользовались популярностью, но Шоуки поймал себя на мысли что не так уж разбирается в том, как одевается здешнее крестьянство. Вернулся, да покачал головой, поймав взгляд Амарими. Затем подъехал к Алану, подозрительно заглядывающему в колодец почти на перекрёстке, неподалёку от каретного двора. На его немой вопрос ответил более развёрнуто.

— Местных не нашёл, но если с них снято всё железо, то я их и не замечу. Небесного металла здесь тоже нет, ни крупицы.

Алан кивнул, огляделся, и направился к топчущемуся Амарими. Топтался тот у забора, под суровыми взглядами телохранителей, и не лез осматривать дома как многие. К магам, пытающимся родить какое-то плетение на перекрёстке, тоже не лез.

— У тебя есть способ связаться со своими? — уточнил Алан. — Надёжный способ…

— Пару строк черкануть могу, — Амарими немного нахмурился. — Печати плохо работают на проклятых землях.

— Черкани, — Алан вздохнул, и достал из-за пазухи большую… Подвеску? Амулет? Шоуки видел у него эту пластинку из хитро закрученной медной проволоки с пазами для камней не в первый раз. Там и правда оказались разноцветные полудрагоценные камни.

— Дядя меня убьёт, если наши подозрения окажутся пшиком, — он безжалостно выдавил несколько камней из креплений, критически осмотрел получившееся, и бросил амулет под ноги. Проклятие вокруг всколыхнулось, медь вспыхнула странным зелёным пламенем, и стало куда легче дышать. Шоуки едва не зажмурился от удовольствия, но увы, из-за общего высокого фона эфир быстро выровнялся…

Амарими тоже поморщился, и охлопав себя по бокам достал из-за пазухи тонкую книжицу, с ладонь величиной. Даже не книжицу — просто обложка из толстой кожи, покрытой печатями, в которой находились, от силы, десяток листов, и свинцовая палочка для письма. Вытянул один лист, придирчиво оглядел, и сев прямо в снег и подложив книжицу на колено, начал выводить текст послания.

— В общих чертах, и шифруй, — подсказал Алан, нетерпеливо топчась над ним. — Напиши что мы проверим другие деревни.

— Знаю, не лезь под руку! — зашипел принц.

— А стоит ли? — прищурился недовольно Шоуки. Оглянулся на коллег и нашёл в их взглядах полную поддержку. Только во взглядах. Пояса на них были с всамделишным узором лично Амарими, а не как у него. — Если снова наткнёмся на этих… Бесчувственных…

— Одержимых, — Алан нетерпеливо огляделся. — Сомневаюсь. Если начали опустошать деревни, значит перешли в последнюю фазу подготовки… чего бы то ни было. Пропажа населения целой деревни в этих краях не может оставаться незамеченной долго. Даже зимой. И любой косяк с их стороны должен только ускорить… То, что они упустили того охотника почти сутки назад — уже опасная ошибка, а уж столкновение с нашим отрядом…

— Кто — они? — немного резко спросил Шоуки, немало раздражённый всеми этими недоговорками. — И что они затевают?

— У меня есть только догадки, — покачал головой северянин. По глазам видно — не хочет говорить. Его право, наверно, но Шоуки это раздражало. Он собрался было попробовать подойти с вопросами с другой стороны, но наконец Амарими дописал, и подскочил, складывая листок, и напитывая его духовной энергией.

— До города должен дотянуть, — объявил принц, поднимая на ладони кривенького журавлика со свёрнутым на бок клювом. Он вяло шевельнул бумажными крылышками, потом всё же встрепенулся, и подорвался, будто подхваченный ветром, взлетел высоко над головами.

— Не перехватят? — тревожно уточнил Алан, с сомнением наблюдая за неказистым вестником.

— Могут. Но в чужих руках он сгорит, — уверенно заявил принц. — Печати-ж не я наносил!

— Нашёл чем хвастаться… — пробормотал, вздохнув, Шоуки.

***

Следы телег вывели в другую деревню. Тоже пустую. Только голодная скотина в хлевах подняла вой, заслышав людей. Поехали дальше, опасаясь что из низко висящих туч повалит снег и заметёт следы. Шоуки тихо молился предкам, чтобы снег наконец пошёл — ему не нравилась эта авантюра. Происходящее вокруг было неправильным, жутким, и он всерьёз боялся за жизнь неугомонного друга. Ответственность давила на плечи раскалённым грузом, трепала нервы и заставляла вскидываться на каждый подозрительный звук. И грызню-возню из рощи на околице уловил не только он.

Свернули. Распугали лис да воронов, уминающих в овраге заледеневшие тела. Старики и дети, оказавшиеся непригодными для ццелей этих…

Побледнели все. Губы Алана дрогнули, и голос дал петуха, заставив прокашляться.

— Разворачиваемся. На тракт, да в столицу. Нужно сообщить.

Никто не возразил. Не нашли в себе силы, подчинились, хотя следовало бы потребовать поворачивать обратно, к замку. Одного из молодых аристократов вывернуло. Амарими позеленел, но держался. Шоуки напротив, зрелище от дурноты исцелило — сжало нутро ледяными когтями, опомнился он только когда нахлёстываемые кони вынесли их из леса на большой тракт.

“Предки, что мы делаем?!" — сглотнул он, глядя на дымы города впереди. Перед глазами всё ещё стояли скрюченные маленькие тела с выклеванными глазами, потому он не сразу заметил, что дымов впереди как-то очень уж много.

Приречные кварталы пылали.

То и дело в дыму мелькали вспышки, что-то то и дело выплёвывало вверх тёмные облака размером с хороший дом. Отряд застопорился, придерживаемые кони захрапели, топчась на наезженной дороге. Алан приподнялся на стременах, вглядываясь вперёд, лицо его было белее снега.

— Господин! Позади! — сбил с мысли лесничий. Все обернулись в сторону покинутого минуту назад леса, но он указывал дальше по тракту — к городу двигался крупный отряд, кони шли плотно и быстро, занимая всю ширину тракта, пар валил от разгорячённых тел. Дорогу чуть изгибалась, давая разглядеть, что всадников порядком и в длину тоже.

— Господин Коэн? — встревоженно позвал гвардеец, наконец то потревоженный светлой мыслью. — Нам следует вернуться в замок. Немедленно.

Принц только отмахнулся от него, оскалился.

— Демьен, линза! Помогай, я накопители просадил!

Он вскинул руки, перед собой, затянув заклинание дрожащим от напряжения голосом. Вызванный аристократ подъехал к нему, вплёл свои слова в речитатив, и воздух заклубился, задрожал в руках Алана, искажаясь вогнутой полусферой, почти осязаемой на вид.

— Да Гейс! — названый Демьеном заглянул в получившуюся линзу, едва заклинание было сотворено, и отшатнулся, на лице его отобразилась злость.

— Кто-же ещё? — Алан сплюнул, и развеял заклинание. — В первых рядах, не потрудившись даже снять гербовые цвета со сбруи.