Чтение онлайн

— Тогда с ним следовало бы повременить, — заметит Альрик беря чашку с чаем обеими руками.

— О чём и речь! — вздохнул Алан. — Я попробую потянуть хотя бы пару лет до того как “благая весть” станет достоянием общественности. На руку играет то, что в Посольстве решили сохранить это в тайне.

— Думаешь, подобное будет в интересах Наместника?

— Почти уверен в этом, — кивнёт. — Если исключить возможность того, что он решит меня устранить, ему невыгодна моя слабость. Это же южане! Правитель не должен быть слабым. Пока я не смогу собственноручно заткнуть за пояс хотя бы часть бунтарей, что неизбежно вылезут после такой новости, у меня нет смысла объявлять о себе.

— И верно. — согласится. — Императоры всегда правили югом твёрдой рукой. Да и здесь… резвились, стоило нарушить уговор. Как с ним планируешь, если у тебя всё получится?

— Ничего не менять как минимум десятилетие. У нас тут опять попытка переворота, в конце концов! Только чехарды с налогами и пошлинами тут не хватает!

Альрик кивнул. Спокойно и вдумчиво, чем порадовал брата дальше некуда.

— Я попробую подготовиться к таким… новостям. Вместе с дядюшкой — отец последние дни… не в духе.

— На вас вся надежда, — вздохнул Алан. — Да и, на него столько всего навалилось с этим бунтом.

— Заговором.

— И верно.

Помолчали, задумчиво сжимая в руках чашечки с остывшим чаем. О стольком хотелось поговорить, столькое выспросить… Но лучше всё же, говорить о вещах серьёзных.

— Мне удалось уломать госпожу Осами и её предшественника на более скорый план эвакуации. Более скорый, и менее, скажем так, громкий, чем они хотели. И Амарими заберу с собой, так что… Это не отменяет возможности провокации со стороны хладоморцев, но в случае чего мы хотя бы с этой стороны будем прикрыты. Да и корабль посла будет держаться ближе к побережью, во избежание…

— Громкий? Они что, хотели прислать за тобой вооружённый до зубов отряд?!

Алан развёл руками.

— Для этих людей я представляю огромную ценность. Именно потому не особо верю, что Наместник станет действовать мне во вред. Но подстраховаться с этим не помешает. Поможешь мне?

— Что я могу сделать?

Алан немного нервно усмехнулся.

— Я бы предпочёл, чтобы с этим мне помог отец, но не думаю, что он оценит важность этого ритуала. И что добровольно сюда явится. Мне нужно новое имя. Южное. При восхождении на престол мне всё равно дадут другое, но сейчас нужно получить “домашнее” или “детское” имя.

— Южане и их возня с именами… — Альрик вздохнул. Задумался. — И в чём смысл?

— Смотри, “домашнее” имя мне всё равно нужно, потому что именно его будут менять на Императорское. Но — разница в том, кто его даст. Мой родственник, или Наместник. В первом случае, перед “взором Предков” я останусь Коэном, во втором — меня как бы усыновит клан Сиасай.

— Да, это действительно важно… Как ты вообще о таком нюансе узнал, они — сказали? Потеряв такой рычаг влияния?

— В том то и дело, что наши послы молчат в тряпочку, и жрец со своими помощниками молчит. Амарими предупредил. — Алан невольно улыбнулся. — И ещё, раз уж зашла речь о тех, кому можно доверится. Забери Демьена, а? Приблизь к себе, проследи, чтобы из него не попытались выбить информацию раньше времени. Иначе мне придётся взять его с собой, а на югах, без магии, парень зачахнет. Я обо всём договорился, нужно только твоё согласие.

— Не проблема, — кивнул Альрик. — С именем то что и как?

— Ну смотри, идти можно хоть сейчас, свидетелей я обеспечу, где отловить жреца известно. Осталось только имя придумать.

— Хорошо, так и быть, самое сложное я возьму на себя! — усмехнулся наследный принц, заметив скользнувшую по лицу брата виноватую улыбочку.

***

Амарими рассеянно погладил пальцами то, что осталось от бабушкиного амулета. Пластинка продолжила расслаиваться и рассыпаться, потрёпанная просыпающимся Даром будущего Императора. Увы, украшение придётся выбросить, и как бы горько от этого не было, его успокаивала мысль о том, что оно послужило благой цели — помогло Алану держать в узде распирающую его духовную силу.

Он уже решил, что отнесёт амулет в храм Предков вечером, оставив память о своей прародительнице там, где ей самое место. Просто выкинуть железку в хлам, на переплавку, казалось неправильным.

Ещё часть амулетов и подвесок он сложил в полотняный мешочек с ремешком, чтобы вешать на шею под верхней одеждой. Так будет лучше — в предстоящем путешествии не стоит светить обилием украшений. В конце концов, ему нужно будет изображать простого карита!

Подумав ещё немного, он снял с пояса, и всё же положил в мешочек ещё одну подвеску — несколько кусочков нефрита, скреплённых металлической пластинкой с гравировкой, красиво перевитые красным и жёлтым шнурками с кистью. Пожелание удачи от брата и его супруги. Аминари сказал, что она помогла выбрать амулет, и сама вызвалась сделать красивую оплётку, и младший принц этому был несказанно рад! Амарими чудилось, что отношения брата с супругой последнее время не заладились, что было совсем дурно, учитывая, что у них скоро должен был появиться на свет ребёнок. Но, раз они вместе выбирали амулет, что должен был принести удачу в пути — значит, всё не так плохо?

Амарими хотелось на это надеяться.

Он продолжил отбирать вещи, что возьмёт с собой в дорогу, после обозрел получившуюся кучу, и безжалостно уполовинил её. А потом — ещё раз. Двигаться они будут налегке, тащить с собой тюки одежды не будет ни возможности, ни смысла. А оставленное здесь заберут слуги господина Тайко, когда он отправится на родину морем.

Ух, чего им стоило уговорить обоих послов именно на такой план, гм, эвакуации! Настойчивость и холодный расчёт, здравые аргументы и даже, немного, шантаж, но Алан добился своего!

Хотя и было в его речах несколько моментов, которые наводили на размышления. Алан настойчиво требовал, чтобы Амарими направился с ним, и несколько раз разговаривал с госпожой Осами и господином Инари наедине, что-то горячо обсуждая. Алана что-то тревожило, но он пока молчал об этом, раззадоривая любопытство младшего принца. Оставалось только смириться и ждать.

И собираться в дорогу. Завтра, уже завтра на рассвете они тайно покинут Посольство, чтобы присоединиться к сопровождающему гонцов отряду. Слиться с ним, затеряться, и отправится домой, на юг, вместе с кипой депеш, писем, и другой документации, что регулярно доставляют таким способом в столицу Благословенной Империи.

— Всё! — Амарими наконец удовлетворился результатом утрамбовывания вещей в мешок, и принялся складывать остальное обратно, в сундуки. Шоуки обернулся от окна, в стекле которого разглядывал своё отражение, и удовлетворённо кивнул. Первую попытку собрать вещи он раскритиковал в пух и прах, и дал пару ценных наставлений, потряхивая своим полупустым мешком для примера.

Надо сказать, когда в бинтах отпала необходимость, оказалось, что заработанный шрам, почти горизонтально прочерчивающий щёку под самой скулой и даже надрезавший ухо, заметно прибавил Шоуки возраста и важности. Так что мнение его казалось ещё более веским, чем прежде. Но всё равно было заметно, что он переживает по поводу испорченного лица.

— Можно идти, — кивнул Шоуки. — Он вернулся, и слуги уже принесли чай и закуски.

Амарими повеселел, и подхватив тёплый плащ, накинул его на плечи. У Алана был тяжёлый разговор с господами послами. О том, что тот получил новое имя, они были поставлены в известность уже по факту, и вряд ли были довольны таким поворотом событий.

— Ну?! — улыбнулся Амарими, влетев в комнату будущего Императора, и правда увидев на низком столике чайный набор и поднос с закусками.

— Представился! — усмехнулся Алан, жестом приглашая гостей присаживаться. — Это было довольно забавно. Но, кажется, уменьшило их сомнения в правильности принятого решения.