Благословлённые Тьмой, проклятые Светом
Шрифт:
Дальше Арха рассуждать не стала. И не потому, что сработал лекарский инстинкт, и она ощутила непреодолимую потребность помочь страждущему. Со своими инстинктами ведунья в последнее время неплохо справлялась. Просто раз кричали, значит, в той стороне были живые существа. А они могли и дорогу подсказать. Причём совершенно необязательно что-то спрашивать, можно тихонечко следом пойти.
Поэтому вперёд лекарка двинулась осторожно, то и дело замирая, прячась за корявыми шершавыми стволами и напряжённо прислушиваясь. Вопль повторялся с завидной регулярностью. А больше, кроме естественных лесных звуков, ведунье расслышать не удалось, как она не напрягалась. Но вскоре надобность прятаться отпала сама собой. Арха вышла к уже знакомой землянке-избушке. Девушка хоть видела её только ночью, но и при дневном свете спутать это убогое сооружение с чем-то другим было сложно.
О личности кричавшего тоже догадки появились. Впрочем, для домыслов простору и впрямь имелось маловато.
Перед дверью лекарка заколебалась. Внутрь входить ей не хотелось совершенно. В данной ситуации вежливость себя могла и оправдать. Ведунья подняла руку и не слишком уверенно постучала.
Странно, но створка распахнулась почти сразу, словно девушку тут ждали. И на пороге нарисовался кронпринц собственной рогатой персоной. Но как не велик был хаш-эд, полностью загородить то, что внутри творилось, ему не удалось.
А происходило там такое, что Арха невольно назад шагнула. Да ещё и едва не упала, оступившись. Дан, наклонившийся над лежаком, обернулся через плечо. И громко, чётко выговаривая каждое слово, выругался. Выпрямился, утёр лоб тыльной стороной ладони. Но только кровь размазал. Вот до этого лицо его оставалось чистым. Зато руки действительно по запястье были в красном. Кажется, у него даже с пальцев капало.
Лорд Харрат пошёл к лекарке, но сделав всего один шаг, остановился отвернувшись. Только встал так, чтобы загородить от неё топчан. Зато Его Высочество двинулся вперёд, тесня ведунью, и захлопнул дверь у себя за спиной.
— Тебе чего тут надо? — не слишком дружелюбно поинтересовался Адаш.
Девушка только головой замотала.
— Ты как вообще сюда попала? Кто привёл? — в голосе принца лекарке померещилось что-то такое, что сердце трепыхнулось, замерев, а потом зачастило, болезненно сжимаясь спазмами.
— Я случайно… — забормотала Арха. — Щенок побежал, а я за ним. Потом он потерялся. Я шла. А тут кричали…
Ведунья показала себе за спину, словно кричали именно в лесу.
— У тебя потрясающий талант оказываться там, где не нужно, — недовольно буркнул наследник. — Ладно, подожди здесь. Дан сейчас тебя проводит.
— Не надо! — вопль получился таким громким и пронзительным, что галка, сидящая на ёлке у самого края поляны, заполошно грая, заплескала крыльями, убираясь подальше. — Ты просто скажи, куда идти. Я сама доберусь, — тщательно контролируя голос, добавила Арха.
— Что так? — усмехнулся Адаш, явно издеваясь, выламывая бровь. — Теперь мы ни к одному хаш-эду близко не подойдём? Все они кровожадные чудовища без совести и чести? Прошла любовь, завяли помидоры? Наша нежная и трепетная душа не выдержала грубой реальности?
— Прекрати, пожалуйста, — переходя вдруг на ты, попросила лекарка. — Я в ваши дела не лезу. Просто скажи, куда идти — и все.
— Да неужели? — принц усмехнулся ещё пакостнее, и протянул руку, как будто хотел взять ведунью за плечо.
Собственно, Арха и не собиралась шарахаться. Само собой как-то так получилось.
— Что и требовалось доказать, — Его Высочество перестал усмехаться, став абсолютно серьёзным.
И перепачканные руки спрятал в карманы штанов.
— Может, всё-таки ты на меня всё вывалишь, а не на него? Учти ещё один момент. Он обязан мои приказы выполнять. Скажу детей резать — пойдёт резать. Так что, деваться твоему Дану особенно и некуда.
— Точно, — теперь уже ведунья усмехнулась. — А приказы он всегда исполняет беспрекословно. Просто я думала… — лекарка помолчала, мотнула головой, как будто муху отгоняла, и рукой махнула. — Неважно.
— Ну, почему же неважно? — Адаш, не вынимая кулаков из карманов, привалился плечом к избушке, скрестив ноги в щиколотках. — Ты думала, что он весь из себя такой честный-благородный-справедливый? Мухи не обидит, сиротам помогает, за друзей глотку порвёт? В принципе, не особо и ошибалась. Все так и есть. Но ещё он пасынок императора, глава одного из высших родов и офицер, а не монашка. Кстати, то, что он грязь собственными руками разгребает, а не спихивает всё на подчинённых, доказывает его благородство и прекраснодушие.
— Я должна в восторг прийти? — окрысилась Арха. — От того что он женщину пытает собственноручно, а не предлагает этим заняться, например, Иррашу?
— Было бы у тебя побольше мозгов — оценила, — спокойно отвели принц. — Знаешь, наблюдаю я за тобой, и всё сильнее мне мерещится: видишь ты только то, что удобно. А не то, что есть на самом деле. Нет, ничего не скажу, ты мне нравишься. Ещё тогда на охоте понравилась. Эта природная милость и наивность подкупает. Вот только мне не нравится, как ты окружающим жить мешаешь.
— Я мешаю? — опешила ведунья.
Его Высочество серьёзно кивнул.
— Именно так. Ты живёшь по собственным убеждениям. И живи, если Тьма позволяет. Но не заставляй других соответствовать твоим представлениям о морали. Вот, например, сейчас. Думаешь, Дану душу рвёт, что тут бабу пытали? Да ничего подобного. Для него арелим не женщина, а воин, враг. Без пола. Другое дело, что информацию выбивать вообще неприятно. И на совесть это в любом случае давит. А тут ещё и ты на мозолях попрыгаешь. Но это ваши дела. Повернись так, чтобы солнце слева светило и иди все время прямо. Окажешься рядом с деревенским полем.
Адаш, не дожидаясь ответа ведуньи, отлип от стены и ушёл в избушку, плотно прикрыв за собой дверь.
Звук оселка, вжикающего по кромке меча, раздражал невероятно. Этот полускрежет-полувизг вибрацией отдавался в корнях зубов. А уже оттуда рикошетом бил в виски, которые и так едва не лопались под давлением боли. Но Ирраш с упорством, достойным лучшего применения, продолжал править лезвие, любезно выволоченный из лопухов и принесённый рыжим Данаш. Шавер бы предпочёл, чтобы меч остался там, где он его оставил. Наверное, поэтому он сейчас и пытался сточить его до основания. Видимых успехов пока не имелось, но демон очень старался.
Плотная тень загородила от Ирраша солнце — за визгом оселка, а может и за собственными мыслями кот даже шагов не расслышал. Лорд Нашкас, не прекращая своего занятия, глянул исподлобья вверх, убедился, что свет от него Шай застит, и вернулся к заточке. Блондин помялся, переступив с ноги на ногу и, подумав, сел рядом, сунув в зубы травинку.
— Что-то девчонок нет давно, — как будто между прочим заметил красавчик. — Ушли ещё утром и с тех пор ни слуху, ни духу.
— Каких ещё девчонок? — недовольно спросил Ирраш.