Чтение онлайн

— Вы его тоже…

— Уничтожить чудо Господне? За кого ты меня принимаешь? Бессмертная подопытная крыса — мечта любого ученого. Теперь он будет жить в моей лаборатории и служить науке под моим чутким руководством!

Он коротко и сухо рассмеялся собственной шутке. Наталья Павловна подобострастно улыбнулась. Она не сидела сложа руки во время нашего разговора. Она достала из шкафа стальную коробку, извлекла из нее ампулу и наполнила шприц. Теперь она стояла возле своего хозяина, держа шприц вверх иглой.

Меня передернуло от отвращения. Мне очень хотелось сказать Вадиму, что он чудовище, что его место в психушке, но толку с этого не будет. Я понимала, с ними двумя мне не справиться. И еще этот шприц… Но выиграть хоть немного времени я должна попытаться.

— А меня ты тоже убьешь?

— Нет. Тебя я не убью. Ты нужна мне. — сказал он проникновенно и сделал шаг ко мне. Я инстинктивно отпрянула, наткнулась на кровать, где лежала Ольга.

Он подошел ближе. Мне некуда было пятиться и я застыла, как кролик в свете фар. Он провел пальцем по моей щеке, коснулся подбородка.

— Не бойся. Я тебя не трону. Ты больше не представляешь для меня угрозы.

— Угрозы?

— А ты как думала. Я ведь знал о планах Каргопольского. Он помогал мне, но в какой-то момент я понял, что это не будет длиться вечно. Он намекал, что пора отключить Ольгу. Он называл это “отпустить”. Какой цинизм!

Я следил за ним. Я стал его помощником. Компаньоном. Сиделкой. Я стал его тенью. Я следовал за ним повсюду. Подслушивал. подглядывал. И однажды я услышал нечто. Он попросил отвезти его в скромный деревенский дом.

— К моей бабушке.

— Разумеется я подслушивал. И услышал нечто такое, чему невозможно поверить. Проклятья… Бабушкины сказки. Сначала я думал, что оба они повредились рассудком. А потом задумался. Что такое проклятье с точки зрения психики? Приказ. Установка. Команда. По сути, то же самое, что гипноз.

А если его прокляли, то значит дали какую-то определенную установку.

Но любая установка может быть отменена. Таким же сильным гипнотизером. Если ты — потомок Марфы Сапожниковой, которая сумела дать такую мощную установку, то весьма вероятно, что ты унаследовала ее способности. И это значит, ты сможешь эту установку отменить. Помочь старику с эвтаназией по доброте душевной.

— И он умрет… — догадалась я, — И перестанет давать тебе деньги.

Вадим брезгливо скривил рот.

— Ты меркантильная. Думаешь, все это ради денег? Они нужны мне только для того, чтобы поддерживать жизнь Ольги. А я тем временем найду способ вывести ее из запредельной комы.

— Уверена, что найдете! — подала голос Наталья Павловна.

— А вы… — обратилась я к ней, — помогаете ему за деньги? Или вам это нравится?

— А ты мне не хами. У меня тут такое лекарство… на Серафиме, кстати, проверено. Хорошее лекарство. Вызывает кошмары такие, что сердце может не выдержать. Сейчас Вадим Алексеевич как раз над дозировкой работает.

— Вы… Бабушка… За что вы ее?

— Серафима увела у меня того, кого я любила. Деда твоего.

— жестко сказала Наталья Павловна. От ее обычной томности не осталось и следа.

Я опустилась на пол, закрыв лицо руками. То, что я услышала, оказалось больше того, что я способна выдержать. Пусть они убьют меня. Я все равно не смогу со всем этим жить.

— Наталья Павловна, зачем вы так, — пожурил Вадим, — напугали девочку. А ведь она — тоже чудо Господне. Ее мозг — настоящее сокровище. Посмотри на меня, Тина… — сказал он ласково. Я замотала головой.

— Посмотри на меня.

Я подняла голову. Сжала зубы, чтобы подбородок не дрожал. Вадим опустился возле меня на колени, заглянул в глаза.

— Не плачь. Тебе нечего бояться. Нас с тобой ждет столько интересного.

Ты станешь моим медиумом.

— Что?

— Поможешь мне общаться с Ольгой. Может тебе удастся упросить ее вернуться ко мне.

Я лихорадочно соображала. Даже если я для вида соглашусь. Ну и он же не идиот. Он не отпустит меня пастись на травке. Он запрет меня или как-нибудь обездвижит. И я стану подопытной крысой в его лаборатории.

— У меня нет таких способностей. Я не медиум… — лепетала я.

— Есть. Просто они недостаточно проявлены. Но это не страшно. Мы их немного простимулируем. Есть прекрасные препараты…

— Нет. Нет. Я не хочу. — я попыталась вскочить, но он крепко схватил меня за руку. Другую руку он протянул к Наталье Павловне и она молча вложила шприц в его ладонь.

— Давай по-хорошему. Это вещество вызывает страшные кошмары. Думаю, тебе хватит пары сеансов, чтобы согласиться сотрудничать.

— Не надо. — прошептала я. — Хорошо. Я согласна.

— Вот и умница. Вставай-ка… — он помог мне встать, точнее поднял меня, как тряпичную куклу на ватных ногах.

— Наталья Павловна, возьмите. — он протянул ей шприц, — постойте пока рядом.

Ассистентка застыла, как часовой, держа шприц наготове.

— Присядь, Тина… Сейчас уберу коробку.

Я опередила его на долю секунды. Он не ждал от меня такой прыти, я заставила его думать, что страх парализовал меня до бесчувствия. Я схватила коробку и со всей силы врезала ему по лбу. Вадим упал, схватился за лицо. Я разбила ему очки — на то был и расчет. Другой удар коробкой получила Наталья Павловна — все-таки пожилая женщина, сноровка уже не та. Она даже не успела прицелиться иглой, как упала рядом с Вадимом. А я скакнула в угол и рванула небольшую дверь в стене, которую успела заприметить. Если она закрыта — мне конец. Она открыта! Стальная, тяжеленная…

Я грохнула дверью так, что вздрогнул флигель. Заперла вертушку на два оборота. Включила фонарик и вскрикнула от страха. В небольшой комнате стояло инвалидное кресло. А в Кресле сидел Борис Павлович. Он был пристегнут широкими ремнями, голова свесилась на грудь. Я дотронулась до руки — теплая. Спит. Его чем-то обкололи эти психи!

Я осветила фонариком комнатушку. Кирпичная кладка. Я в ловушке. за дверью между тем было слышно шевеление и стоны. Я прислушалась.

— Наталья павловна, ключи…

— Глаза целы, Вадим?

— Нормально все, дайте ключи!

— Они там, в ящике… встать не могу… Колено!

Все кончено. Они сейчас откроют дверь и…

В глубине комнаты вспыхнула светлая точка. Я протерла глаза. Точка увеличилась в размере и переместилась немного ко мне. Это бабочка! Откуда бы ей здесь взяться? И почему она светится? Разве бывают такие большие, белые, светящиеся бабочки, которые могут пролететь сквозь каменную стену? Подожди, не улетай… Я шла за бабочкой.

Комната как-то внезапно кончилась. Я не понимала, где нахожусь, кругом меня была темнота, и только сияющее пятнышко в нескольких шагах от меня указывало мне дорогу. Я не могу сказать, сколько я прошла, прежде чем споткнуться в темноте и падая, ухватиться за холодные ступеньки невидимой лестницы. Бабочка исчезла. Я полезла наверх. Каменные ступеньки сменились деревянными и я услышала музыку, крики и топот множества ног где-то над головой. Задрав голову, я увидела тонкие полосы света, казалось он пробивается сквозь дощатый пол. Голова моя уперлась во что-то твердое, я пошарила руками и обнаружила люк.