Чтение онлайн

— Тогда я буду звать тебя донной Кьярой, — сказал магистр Руанно с хитрым блеском в глазах.

— Назовете меня так в присутствии бабушки, и она вышибет вам пару зубов своей метлой. Нерини всегда были сторонниками республики.

— Я всего лишь дразню тебя. Ну так расскажи мне побольше о своем отце-республиканце, мона Кьяра.

Она посмотрела на зеленый стеклянный алембик в форме полумесяца. Это был ее любимый предмет.

— Все началось с несчастного случая. Мы с моим братом Джанни играли на улице возле лавки, и тут на нас налетели два знатных господина верхом на лошадях. Они даже не пробовали остановиться. Какое им дело до детей каких-то мелких торговцев?

— Брат? — Кьяра поняла, что он мысленно перебирает всех членов ее семьи — бабушка, Лючия, Маттеа… — Выходит, твой брат погиб?

— Да. У него все лицо и голова были разбиты, а также сломана спина.

Оба замолчали, обдумывая сказанное. Затем магистр Руанно поднял крышку атанора и заглянул внутрь.

— И тебя тоже ранили? — спросил он таким уверенным тоном, будто это был не вопрос, а утверждение. Неужели он все знает? Неужели он наводил о ней справки?

— Одна из лошадей ударила меня копытом сюда, — ответила Кьяра и коснулась того места на голове, где остался шрам.

У Кьяры всегда были густые и мягкие волосы, а после того как она стала их мыть специальным составом донны Химены, в который входили уксус, розмариновая вода, ароматное масло, мята и чабрец, ее локоны приобрели еще большую силу и блеск. Смотрясь в зеркало, она увидела, что волосы, которые росли поверх полукруглого шрама, были жестче остальных и кое-где в них попадались седые волоски, которых она раньше не замечала. Неудивительно, ведь у нее раньше никогда не было своего зеркала.

— Головные боли, о которых ты говорила в ночь перед инициацией, — это последствие травмы?

— Да. А еще иногда у меня случаются обмороки, — призналась девушка. Она решила не рассказывать ему о дьявольских голосах, живущих в ее голове. Эту тайну не знал никто, кроме бабушки.

Англичанин взял со стола несколько кусков разбитого стекла и начал рассеянно вертеть в руках, пытаясь сложить их вместе.

— И ты надеешься исцелиться с помощью Lapis Philosophorum?

— Да, это моя цель.

— И что предпринял отец, когда погиб твой брат? Где была ваша мать? — спросил он, смахнув со стола осколки. Что бы это ни было раньше, его уже не склеить.

— Моя мать… она была беременна, когда это все произошло. У нее случился выкидыш, и она умерла. Она так любила Джанни, что не представляла, как будет жить без него. Это был их единственный сын и наследник. Когда она умерла, а вместе с ней и ребенок, то семья лишилась возможности иметь наследника.

— А как же ты и твои сестры? Вы можете выйти замуж, и ваши мужья продолжат семейное дело.

— Бабушка говорила то же самое. Она всегда мыслит практично. Но отец был вне себя от горя. Он думал только о том, чтобы вернуть к жизни свою жену и сына.

Кьяра поежилась от холода. Здесь, в подвале, даже в летний зной было прохладно.

— Некромантия, — тихо произнес магистр Руанно. — Выходит, твой отец надеялся создать философский камень, чтобы использовать его в некромантии, то есть воскрешении мертвых.

— Именно так.

— А он никогда не просил тебя помогать ему в его экспериментах? До пожара?

— Помогать? Разумеется, нет. Но я иногда украдкой подглядывала за ним. Мне хотелось научиться всему, чтобы стать его преемницей. Конечно же, я никогда бы не смогла заменить Джанни, но мне хотелось сделать все, что в моих силах. А почему вы хотите знать, просил ли он меня о помощи?

— Некоторые некроманты… — начал было англичанин, но тут же замолчал. К ее большому удивлению, он дотронулся рукой до ее запястья. Пальцы легли на зеленый шелк ее рукава, в то время как большой палец его руки коснулся верхней части ее ладони. Между ее кожей и поверхностью его большого пальца оказалась лишь тонкая белая ткань выбившейся из-под рукава нижней рубашки. Кьяру охватило странное ощущение. Он коснулся ее руки не с целью приласкать или что-то в этом роде. Скорее он хотел ободрить ее или защитить от непонятной угрозы.

— Вы не договорили. Что там насчет некромантов? — спросила она.

— Пустяки, ничего особенного, — ответил он и отвел взгляд в сторону.

Разумеется, ему было что сказать, но что бы это ни было, он не собирался ей ничего рассказывать. Магистр Руанно снова подошел к двойному пеликану и начал его внимательно разглядывать, чтобы определиться, можно ли его разобрать с целью безопасной перевозки. Через некоторое время он спросил:

— А что насчет книг? Когда ты предлагала великому герцогу купить у тебя серебряную воронку, ты говорила еще о каких-то книгах.

Что же ему на это ответить? Соврать, что нет никаких книг? Показать все, что есть? Или только часть? Среди отцовских книг была одна — самая древняя и самая ценная, которую Кьяра хотела оставить у себя. Отец делал в ней пометки, и Кьяре хотелось когда-нибудь, когда она уже достаточно выучится читать по-латыни, прочитать то, что он написал. С другой стороны, англичанин не поверит, если она начнет отрицать существование книг.

— Да, есть несколько книг. Я отнесла их наверх. Боялась, как бы не обрушился потолок в подвале. Я думала, что книги — это самое ценное, что осталось после отца.

Англичанин взглянул на нее. На какое-то мгновение ей показалось, что он читает ее мысли и знает, что книги здесь, в этом самом подвале, завернутые в водонепроницаемый вощеный шелк и запертые в железный короб, замурованный в стену. Ей также показалось, что он знает о тайном подземном туннеле, вход в который находился прямо под столом. Однако магистр Руанно улыбнулся своей обычной волчьей усмешкой и сказал:

— Ты говоришь как истинная дочь книготорговца. Хорошо, пойдем наверх и посмотрим на эти книги. Позже я пришлю слуг, чтобы они забрали инструменты.

— И какую сумму заплатит великий герцог?

— Я поговорю с ним и думаю, он не станет скупиться. Но если мы сразу запросим большую сумму, это вызовет у него подозрения. Да и вам будет сложно разобраться с кучей денег за раз. Давай договоримся, что герцог будет платить вам по двадцать золотых скудо в год в течение двадцати лег. А кроме того, предоставит приданое для тебя и для твоих сестер. Что должно быть в приданом — пусть решит твоя бабушка.

Кьяра сняла лампу с крюка и направилась к лестнице.