Блицкриг Красной Армии
Шрифт:
Учитывая наличие немецко-фашистской агентуры в тылу войск фронта, активную разведывательную работу, которую вели подпольные группы Армии Крайовой, работавшие, в конце концов, на наших врагов, а также неизбежность повседневных контактов бойцов и командиров с местным населением, военные советы и политорганы фронта и армий развернули в тот период особенно активную работу по воспитанию в личном составе чувства высокой революционной бдительности…»
Вспоминает генерал К.Ф. Телегин (продолжение):
«…Должен сказать, что за время с 1 ноября 1944 года по 15 января 1945 года было задержано и арестовано 137 военных разведчиков, из них на переднем крае — 26, в тылах фронта сброшенными самолетами — 41 человек и агентов с радиостанциями — 9 человек, оставленных врагом при отступлении — 31 человек и в процессе прочесывания местности — 30 человек.
По линии штабов и командиров подразделений связи под общим руководством начальника войск связи фронта генерала П.Я. Максименко была организована целая система маскировочных мероприятий с привлечением в первую очередь радиостанций частей соединений».
ИСТОРИЧЕСКАЯ СПРАВКА
27 сентября 1939 года по инициативе группы кадровых офицеров была создана военная организация Служба звыценству Польши — СЗП (Служба победе Польши), вскоре преобразованная в Звензек вальки збройной — ЗВЗ (Союз вооруженной борьбы), объединившая в своих рядах значительное количество групп и организаций, стихийно возникших на территории Польши. 14 февраля 1942 г. на базе ЗВЗ создается Армия Крайова (АК), подпольная военная организация в Польше, являвшаяся орудием польского эмигрантского правительства в Лондоне. Основная часть командного состава АК была укомплектована офицерами и унтер-офицерами бывшей польской армии,
В 1940–1944 годах в состав ЗВЗ-АК были включены часть отрядов Батальонов хлопских, военной организации ВРН, Социалистической боевой организации, Тайной войсковой организации, Тайной армии польской, Армия Крайова ни организационно, ни политически не была единой. К лету 1944 года в своем составе она насчитывала 250–350 тыс. человек, имела разветвленный пропагандистский аппарат. Ее пропаганда направлялась против Польской рабочей партии, а также против Советского Союза.
Тактика боевых действий АК исходила из концепций «двух врагов» и менялась в зависимости от политической обстановки. В1942 году Армия Крайова осуществляла так называемый малый саботаж (расклеивание листовок, вывешивание национальных флагов и др.).* К весне 1943 года польские буржуазные центры, боясь утратить влияние на польский народ, вынуждены были под давлением снизу снять лозунг «стоять с оружием у ноги» и заменить его лозунгом ограниченной борьбы. В конце 1943 года главный штаб АК разработал план «Бужа» («Буря»). Он предусматривал, что по мере продвижения Красной Армии по польской земле части Армии Край о вой, выйдя из подполья, будут атаковать отходящих гитлеровцев непосредственно на подступах к советскому фронту, что позволило бы отрядам Армии Крайовой захватывать отдельные районы страны до прихода Красной Армии,
По условиям маскировочных мер радиостанции выходили в эфир, располагаясь на значительном отдалении от «привязанных» к ним войск, создавая у противника впечатление о передислокации на новое место, и наглухо умолкали, прибыв в зону действительного их нахождения. Время от времени в полузашифрованном виде (так называемым клером) передавались сообщения, содержавшие дезинформирующие противника данные.
Все перечисленные и многие другие меры, принятые для сокрытия от противника истинных намерений наших войск, дали свои положительные результаты. Удар, нанесенный в установленное Верховным Главнокомандованием время, оказался для противника полной неожиданностью. Как показали захваченные в плен вражеские офицеры, в стане противника подавляющее большинство генералов склонялось к тому, что после выхода на Вислу вымотанные длительным наступлением советские войска постараются перезимовать в обороне. Самое интересное состояло в том, что основанием для подобного рода заключений служили…, наши газеты — армейские и дивизионные, которые, опять же в целях маскировки подготовительных мероприятий, развернули на своих полосах довольно активную кампанию за подготовку к зиме, создание в траншеях средств укрытия войск от холода, строительство теплых землянок и даже заготовку топлива с расчетом на длительное пребывание в оборудованном жилье.
Рассказывает член Военного совета 5-й ударной армии генерал-лейтенант Ф.Е. Боков:
«... 27 декабря в штаб армии пришел приказ скрытно от противника в период с 1 по 10 января совершить перегруппировку и выйти на плацдарм. На следующий день Военный совет утвердил подробный план сосредоточения войск армии на плацдарме: предусматривался порядок выхода к вислинским переправам отдельно для каждой стрелковой дивизии, артиллерийского полка или части усиления. Такое планирование вызывалось ограниченностью подходов к реке и переправ через нее, а также необходимостью скрыть от врага выдвижение армии в исходный район. Чтобы сохранить в тайне цели перегруппировки, командарм приказал письменных приказаний на марш не отдавать, а маршруты движения сообщать соединениям и частям только на один переход. Радиостанции были опечатаны, и пользоваться ими запрещалось, все перемещения производились только ночью, соблюдались строжайшие меры маскировки.
Основной особенностью перегруппировки было то, что на плацдарм соединения и части должны были переправляться только по двум мостам. Это потребовало хорошей организации противовоздушной обороны переправ и четкой комендантской службы на них, Выдвигаясь к переправам, войска совершали марши только в ночных условиях. Затем с соблюдением всех мер маскировки в темное время по двум мостам на плацдарм переправились более 100 тысяч воинов, туда было переброшено значительное количество артиллерий, танков и автомашин, огромные запасы боеприпасов, горючего, продовольствия и многих других военных грузов.
Предельно четкому, я бы сказал, искусному проведению такого сосредоточения способствовал исключительно строгий контроль за дисциплиной передвижения войск и военной техники в ночных условиях. Не только командиры соединений и аппарат полевого управления армии, но и члены Военного совета, заместители командующего армией еще засветло выезжали на прифронтовые дороги, к переправам, проверяли организацию и маскировку перемещения войск и, если требовалось, решительно наводили порядок.
5-я ударная успешно и в указанный срок заняла позиции. Как впоследствии было установлено из трофейных документов и показаний пленных, до начала нашего наступления противник так и не обнаружил, что на плацдарм переправлена новая армия».
Сложность достижения внезапности выражалась в том, что противник ожидал наступления войск фронтов прежде всего с плацдармов. Маршал И.С. Конев в связи с этим на одном из совещаний отмечал: «Кому не ясно, что если одна сторона захватила такой большой плацдарм, да еще на такой крупной реке, как Висла, то отсюда следует ждать нового мощного удара… Так что место нашего будущего прорыва для противника не было секретом».
Несмотря на широкие мероприятия по маскировке, естественно, возникала мысль, удастся ли полностью скрыть от врага подготовку к наступлению? Не вскроет ли противник подготовку и не примет ли соответствующих контрмер? Исходя из этого, командование фронтов и армий решило усилить возможность достижения внезапности применением новых способов осуществления прорыва. Было учтено, что противник, возможно, отведет войска заблаговременно на вторую позицию, с тем чтобы избежать больших потерь в период артиллерийской подготовки. Такой прием он применял в некоторых предыдущих операциях (например, в Львовско-Сандомирской в 1944 году). Принималось во внимание также, что фашистские войска ожидают длительной артиллерийской подготовки, которая будет проводиться в светлое время суток. В это время личный состав противника и большая часть боевой техники будут находиться в блиндажах и укрытиях, а с началом атаки займут свои боевые места для ее отражения.
Хорошо изучив распорядок дня фашистских войск, оборонявшихся против плацдармов, командующие войсками фронта решили, с одобрения Ставки ВГК, внести новые элементы в организацию артиллерийского наступления и разведки боем.
На 1-м Белорусском фронте артиллерийскую подготовку было решено начать на рассвете огневым налетом продолжительностью 25 минут, после которого перейти в атаку передовыми батальонами и поддержать их одинарным огневым валом. Главные силы дивизий переходили в наступление вслед за передовыми батальонами, развивая их успех. Если передовые батальоны не достигнут намеченной цели, предполагалась 70-минутная артиллерийская подготовка.
Весьма оригинально решался вопрос на 1-м Украинском фронте, где командующий его войсками решил начать действия передовых батальонов за несколько часов до начала наступления главных сил. Между атакой передовых батальонов и артиллерийской подготовкой наступления оставался промежуток времени, достаточный для корректировки артиллерийского огня и выдвижения вперед наблюдательных пунктов. Так как имелись данные, что противник определяет момент начала нашей атаки по звукам танковых моторов, к действию передовых батальонов была добавлена ложная атака пехоты с танками на всем фронте в период артиллерийской подготовки, Для ложной атаки от каждого батальона первого эшелона были выделены; один стрелковый взвод, два танка, одна САУ, одна артиллерийская батарея и значительное количество танков-макетов. Все эти мероприятия предназначались для того, чтобы ввести противника в заблуждение, заставить его открыть свою систему огня, вывести живую силу из укрытий и тем обеспечить эффективность первого огневого удара артиллерий.
Сосредоточение войск и боевой техники в основном закончилось за двое-трое суток до наступления. На плацдармах они были размещены с высокой плотностью. Были приняты меры, чтобы противник не обнаружил сосредоточение войск и не вскрыл намерение и группировку войск фронта, С этой целью войскам, которые ранее обороняли плацдармы, было приказано оставаться в первых траншеях. Их смену намечалось произвести в ночь перед переходом в наступление. Категорически запрещалось всякое движение на плацдармах, в том числе и по траншеям, в особенности в дневное время. За исполнением этих требований войсками строго следили комендантские посты. На исходные позиции танки и САУ выдвигались ночью, с потушенными фарами. Во время их выдвижения в воздухе над плацдармами находились специально выделенные самолеты, которые заглушали движение танков и САУ,
Таким образом, при подготовке Висло-Одерской операции фронты осуществляли ряд мер оперативной маскировки. Советское командование старалось скрыть место, время и направление ударов. Избирались новые способы ведения боевых действий, оригинальные методы применения артиллерий, танков, разведки боем. Меры оперативной маскировки должны были усилить фактор достижения внезапности. Благодаря предпринятым мерам советское командование в определенной мере скрыло замысел операцийt количество привлекаемых сил и средств, сроки перехода фронтов в наступление. Подтверждением такого вывода является заявление Гитлера 24 декабря 1944 года о том, что «русские не собираются с рубежа Вислы переходить в серьезное наступление», а также аналогичного плана Гитлера 9 января 1945 года. Примечателен и тот факт, что германская разведка определила состав 1-го Белорусского фронта в 31 вместо имевшихся 68 дивизий. Следует также иметь в виду, что плененные в первые три дня Висло-Одерской операции офицеры вермахта, как это следует из их опросных листов, единодушны в мнении «о неожиданности ударов, нанесенных советскими войсками».