Чтение онлайн

Рассматриваемая перегруппировка имела ряд особенностей.

Во-первых, не все армии, выполняющие задачу обеспечения фланга фронта, проводили перегруппировку в полном смысле слова. Ряд из них (1-я армия Войска Польского, 47-я и 61-я армии) лишь разворачивали основные силы фронтом на север, а остальные соединения совершали перегруппировку с левого фланга своих армий на правый или выводились в армейский резерв. 2-й гв, кавалерийский корпус с 24 января получил задачу изменить направление наступления на 30–35° севернее, а одна дивизия перешла даже к обороне.

Во-вторых, перегруппировка осуществлялась не одновременно, а последовательно по времени, в зависимости от изменений обстановки и поступления новых данных разведки. Так, 1-я армия Войска Польского получила задачу обеспечения правого крыла фронта еще 18 января. 47-я, 61-я армии и 2-й гв. кавалерийский корпус начали разворот и частичную перегруппировку сил 24–25 января, 2-я гв. танковая армия перегруппировала все силы с 26 по 28 января. С 29 по 31 января выдвинулась в Померанию 3-я ударная армия — второй эшелон фронта.

В-третьих, перегруппировка осуществлялась на относительно небольшое расстояние. Самый протяженный марш совершили войска 2-й гв. танковой армии, но и это касалось только одного танкового корпуса, который 29 января преодолел Померанский укрепленный район и был сменен стрелковыми дивизиями, чтобы отвести его в тыл и для дальнейших действий в составе армии в северном направлении. Передвижение остальных сил осуществлялось по частям. Для того чтобы противник на Одере (Одре) был убежден в том, что перед ним действуют прежние соединения, было решено на время оставить в соприкосновении с противником часть сил с радиостанциями, которые продолжали интенсивно работать.

Высокие темпы наступления в ряде случаев достигались за счет применения необычных, малоизвестных или совсем неизвестных противнику приемов решения боевых задач. На 1-м Белорусском фронте наибольшего успеха достигли так называемые ранее не применяемые особые эшелоны 5-й ударной и 8-й гвардейской армий. В результате стремительной атаки, осуществленной после 25-минутного огневого налета по всей главной полосе обороны противника и поддержанной одинарным огневым валом, они захватили первую, а затем и вторую траншеи первой позиции обороны, что способствовало внезапному переходу главных сил в общее наступление. В полосе фронта была проведена также дезинформация противника 23 января, когда по распоряжению маршала Г.К. Жукова командиры 9-го и 12-го гвардейских танковых корпусов передали командующему 2-й гвардейской танковой армией генералу С.И. Богданову с помощью упрощенного кода ложные радиограммы: «Задачу на Данциг получил, горючего хватит».

Эти радиограммы имели цель ввести противника в заблуждение относительно дальнейших действий правого крыла фронта и скрыть отсутствие горючего в танковой армии. Действия 9-го гвардейского танкового корпуса в направлении Быдгощ и перехват радиограммы были истолкованы командованием немецкой 2-й армии как начало наступления войск в новом направлении. Поэтому противник, прикрывая тыл своей померанской группировки, развернул подошедшие три дивизии для прикрытия данцигского направления, оставив район Чарникау (Чарнкув) практически неприкрытым. Наступление войск фронта к Одеру (Одре) было неожиданным для противника, основные силы которого находились в районе Шнайдемюля. В итоге 2-я гвардейская танковая армия 28 января, преодолев Померанский укрепленный район, вышла к Одеру (Одре).

В интересах достижения высоких темпов предпринимались все возможные меры к быстрейшему форсированию рек. В этом отношении заслуживает внимания практика форсирования Одера (Одры) войсками 1-го Украинского фронта в зимне-весенних условиях, когда река местами имела ледовый покров, а местами свободную водную поверхность. Ввиду того, что главные силы 4-й танковой, 52-й и 5-й гвардейской армий выходили к реке в разное время, командование фронта основные усилия сосредоточивало на обеспечении ее форсирования сначала войсками 5-й гв. армии, затем 52-й и, наконец, 4-й танковой и 13-й армий. Во всех армиях наводились ледовые переправы, а на свободных ото льда участках — десантные и паромные. Понтонные части резерва фронта наводили наплавные или комбинированные мосты и параллельно строили низководные, после чего наплавные мосты снимали и перебрасывали на другие участки.

Так, в полосе 5-й гв. армии 24 января были наведены 16-тонный наплавной мост и 12-тонный комбинированный и построен 60-тонный низководный. В полосе 52-й армии наплавные мосты не наводились, а действовали ледовые переправы и 27 января вступили в строй 2 низководных моста под грузы 30 и 60 т. В полосе действий 13-й и 4-й танковой армий 2 наплавных моста (16 и 30 т) были наведены 28 января, а 1 февраля вступили в строй 2 низководных моста (30 и 60 т). Такое последовательное создание силами фронтовых инженерных частей основных мостовых переправ способствовало захвату и закреплению 9 плацдармов на Одере, обеспечивших дальнейшее наступление фронта.

В ряде случаев форсирование осуществлялось по льду. Для переправы артиллерий и автомашин саперы усиливали лед деревянными настилами. Так решал задачу при форсировании реки Нида 13 января передовой отряд 6-го гвардейского танкового корпуса 3-й гвардейской танковой армии под командованием полковника И.И. Якубовского (в послевоенные годы Маршала Советского Союза). Успешно форсировали реку Пилица по льду войск 1-й гвардейской танковой армии, точнее, передовые отряды 11-го гвардейского танкового и 8-го гвардейского механизированного корпусов, которые, захватив плацдармы, обеспечили наводку одного моста по льду грузоподъемностью 60 тонн и другого из полупонтопов (они ставились на лед) грузоподъемностью 50 тонн!

Довольно часто успешному форсированию водных преград способствовало нанесение противнику эффективного огневого поражения. Примером этого служат действия 44-й гвардейской стрелковой дивизии по развитию наступления в ходе операции в январе 1945 года. Получив данные о подготовке противником обороны на западном берегу реки Соня, командир дивизии организовал тщательную разведку и на основе данных о слабых и сильных местах вражеской обороны нанес удар двумя полками первого эшелона (128-м и 133-м гвардейскими стрелковыми полками). Их действия поддерживались большей частью артиллерий. Причем до 50 проц. ее выделялось для ведения огня прямой наводкой. Мощное огневое воздействие по противнику позволило дивизии атаковать его с ходу двумя полками первого эшелона, не ожидая развертывания остальных сил. Враг был быстро разгромлен, а 128-й гвардейский стрелковый полк, ис пользуя массированный огонь артиллерий, форсировал реку Вкра и захватил плацдарм южнее Собески.

Следует особо подчеркнуть, что форсирование реки Одер (Одра) осуществлялось войсками 1-го Белорусского фронта в полосе более 100 км, 1-го Украинского фронта в полосе 200 км, что затрудняло противнику проведение каких-либо значительных перегруппировок войск, в то же время способствовало маневру силами и средствами наступавших фронтов.

Дальнейшее развитие получило искусство овладения крупными городами, такими как Варшава, Краков, Лодзь, Катовице, Оппельн. Характерной чертой обороны немецко-фашистских войск в операциях было то, что города органически включались в общую систему оборонительных сооружений, являясь в ней крупными опорными пунктами оперативного или даже стратегического значения. При обороне городов преследовалась цель сковать как можно больше сил наступающего противника, разобщить его усилия, затруднить маневр резервами, выиграть возможно больше времени для организации обороны на новом рубеже. Особенностью было и то, что население городов активно поддерживало обороняющие их войска, в результате чего бои шли длительное время и с исключительным упорством (Познань, Шнайдемюль). В основе искусства овладения крупными городами лежал оперативный маневр. Прослеживаются три основных его способа. Первый — окружение города с одновременным его штурмом (Лодзь). Второй — обход города с обоих флангов с последующей его изоляцией и штурмом (Познань). Третий способ — обход города с одного фланга, в результате чего противник под возникшей угрозой окружения оставлял город и отходил (Варшава).