Чтение онлайн

– Сегодня приглашаю я, а ты выступаешь в роли советчика, – воскликнула Чилла.

– Нет-нет! – крикнул Майкл из кладовки. – Я не из тех мужчин, которые позволяют женщинам приглашать себя на ужин, тем более сейчас не изменю своим убеждениям. Признай свое поражение, Чилла. А кроме того, послушная женщина заслуживает восхищения…

Однако Чилла меньше всего стремилась заслужить восхищение.

– Попробуй написать об этом книгу, Майкл, – посоветовала она. – Она будет иметь шумный успех. «Послушная женщина достойна восхищения» – прекрасное название. Дарю идею. Современные мужчины и понятия не имеют, что такое послушная женщина. – Понизив голос, она обратилась к Данике: – Мы сами поддерживаем в них эти предрассудки. Иногда мне кажется, что мы уже проиграли войну против мужчин…

В ее взгляде промелькнуло нешуточное отчаяние.

Даника была заинтригована. До сих пор ей казалось, что Чилла Бьюкенен абсолютно неуязвима. Она была так в себе уверена, так жизнерадостна. Не то, что Даника… Но сейчас в ней обнаружилось совсем другое. Беззащитность, что ли?.. Даника так толком и не поняла, что за боль прятала в себе Чилла – сестра Майкла быстро сумела взять себя в руки.

Но за ужином Даника внимательно слушала Чиллу, чтобы не пропустить ничего, что могло подтвердить ее подозрения. Один раз Чилла обмолвилась о своем бывшем муже, Джеффри, но довольно спокойно. Ну и выдержка у нее, – восхищалась Даника.

Чилла, со своей стороны, тоже бросала на Данику задумчивые взгляды, а когда подали десерт, она вдруг отложила вилку и воскликнула:

– Теперь я, кажется, припоминаю! Даника Маршалл… Ну конечно, я уже слышала это имя. Скажи, ты когда-нибудь занималась теннисом?

– Да, но очень давно, – кивнула она.

Она заметила, что в глазах Майкла мелькнуло смущение. Похоже, самому Майклу это уже было известно.

– Насколько я помню, ты делала большие успехи, – продолжала как ни в чем не бывало Чилла. – У тебя был высокий рейтинг.

– Я была четвертой в стране, – сказала Даника.

– А потом ты бросила спорт, – наморщив лоб, сказала Чилла. – Это было так неожиданно и необъяснимо.

– Чилла, не уверен, что Данике хочется вспоминать об этом… – перебил ее Майкл.

– Все в порядке, Майкл, – успокоила Даника, пожимая руку Майкла. – Я не возражаю против этого разговора.

Возможно, именно потому, что ее восхищала блестящая журналистская карьера Чиллы, ей вдруг захотелось рассказать и о своем, хотя и прервавшемся, взлете… А может быть, ей хотелось, чтобы Майкл знал о том, что и у нее были собственные достижения. Или просто ударил в голову хмель…

– В восемь лет я впервые занялась теннисом, играла в нашем клубе. Тренер сказал, что у меня талант, и родители зацепились за это. Стали брать для меня уроки. Зимой два раза в неделю, а летом каждый день. Когда я стала участвовать в соревнованиях и побеждать, они пришли в неописуемый восторг… – Даника сделала паузу, вдруг засомневавшись, а стоит ли рассказывать обо всем об этом, но потом продолжила свою историю:

– В моем отце всегда сидел спортивный азарт. От него это передалось и мне. Он внушал мне, что я могу стать лучшей теннисисткой в стране. Он гордился мной, а это побуждало меня к упорным тренировкам. В двенадцать я поступила в специальный интернат. Там у меня появился личный тренер… – Она слегка приподняла бровь. – Мне составили особое расписание для соревнований и освобождали от других занятий. Нельзя сказать, что мои одноклассницы меня любили, но их можно понять. В общем, когда мне исполнилось четырнадцать, родители решили отправить меня в теннисную академию во Флориде…

– Я слышала о ней, – проговорила Чилла.

Даника кивнула.

– Арман был замечательным тренером. Он только начал вести курс в академии. Я жила в его доме вместе с несколькими другими спортсменками… – Она взглянула на Майкла. – Там была и Рэгги Никольс. Мы были знакомы и раньше, но по-настоящему подружились там. Вообще-то в учебе всегда преобладает дух соперничества, но нас с Рэгги это не разделило.

– Это и понятно, – заметила Чилла. – Вы вместе тренировались.

– Просто мы нравились друг другу. Рэгги часто побеждала на корте, но я никогда не воспринимала ее как свою конкурентку и соперницу. Возможно, с этого и начались все проблемы…

– Проблемы? – переспросил Майкл.

– Ну да. У меня было недостаточно развито чувство спортивного азарта, самолюбия… Поэтому я не могла рассчитывать на полный успех.

– Но ведь у тебя была серьезная травма, – возразил он, невольно проговорившись о том, что ему было известно гораздо больше, чем думала Даника.

Даника бросила на него удивленный взгляд.

– В газетах всего не сообщали. Они об этом и понятия не имели. Несколько месяцев стали для меня настоящей агонией. Я достигла того предела, когда спорт уже не доставлял мне никакой радости. Победы значили для меня слишком мало. С одной стороны, я не могла рассчитывать на чемпионство, а с другой – меня заставляли…

– Домашние? – спросил Майкл.

Поколебавшись, она кивнула.

– Травма плеча стала предлогом. Лучшего и не придумаешь. Это все упростило. Конечно, если бы я хотела продолжать заниматься спортом, мне бы ничего не стоило разработать плечо. Но я предпочла этого не делать.

– Можно представить, как отреагировал твой отец, – сказала Чилла.

– Вряд ли ты себе это представляешь. Сначала он пытался возложить вину на Армана, потом на лечащего врача, а потом, естественно, дошло дело и до меня.

Майкл чувствовал, что воспоминания причиняют Данике боль.

– Но все-таки ты настояла на своем, – сказал он.

– Чего это стоило! – вздохнула она. – Но я была уверена, что мне никогда не стать чемпионкой. Первые места для меня ничего не значили. Покончив со спортом, я облегченно вздохнула, хотя долгое время чувствовала себя не в своей тарелке: не так-то просто расстаться с амбициями, которые в тебя вколачивались годами…

– Особенно, если у тебя нет никакого желания становиться суперзвездой… Впрочем, ты все-таки была четвертой в стране! Разве отцу этого не было достаточно?

– Он хотел видеть меня первой. Так всегда было.

На лице Майкла было написано сочувствие, а Чилла задумчиво проговорила:

– Да тут интересная история получается.

Майкл яростно сверкнул на нее глазами.

– И не думай об этом!

– Само собой, – торопливо согласилась сестра. – Просто мне пришло в голову, что однажды Даника сама напишет обо всем этом. Если будет желание. Черт, книжные магазины забиты автобиографиями спортсменов – и все полная чепуха. А здесь реальная история жизни!

– Это… слишком личное, – прошептала Даника.

Вдруг она испугалась, что наболтала слишком много лишнего. Чилла была настоящая акула журналистики. Если она только вытащит эту историю на свет… Даника даже содрогнулась. Снова она пренебрегла советами матери и мужа держать язык за зубами. Они всегда призывали ее к бдительности, а она не послушалась и подвела их.

Эта мысль засела в ней словно заноза. Вечером, когда Майкл провожал ее домой, он попытался ее успокоить.