Близкие. За чертой дозволенного…
Шрифт:
Я же осталась со своим недоумением в одиночестве. Что же это такое? Взял и сбежал, сразу после выписки, даже про меня забыл! Оглядевшись, подняла свои вещи и быстро их натянула. Ну и ладно, пойду в магазин схожу, а то в доме опять шаром покати. Зато, когда вернется, я с ним поговорю, ой как поговорю! Приободренная такими мыслями, я вышла из дома.
Глава 4
Тебя нет рядом,
За окном льет дождь,
На сердце боль,
Впереди снова ночь.
Помню я твой взгляд,
Помню я мечты,
Помню я минуту, когда сказал ты,
Что будешь со мною всегда,
Летом, зимой, никогда
Не уйдешь от меня,
Не оставишь одну,
Ну скажи почему, почему?
(Догма)
Когда позвонил Дима, мы с Айс уже плавно переходили с бессвязных слов на стоны. Но сообщение о том, что люди Орлова уже неделю, как поймали Дергнёва, заставило меня подскочить и в спешном порядке натянуть штаны. Ничего не объясняя Айс, я уехал на встречу с Орловым. Дергнёв, конечно, сука, но сука слишком многое знающая обо мне. И мне бы не хотелось, чтобы этими знаниями обладал еще кто-то.
На полпути схватило сердце. Оно теперь часто ноет, но сейчас, возможно, от переполнявших меня чувств, сердце стало колоть. Так что до Орлова я еле добрался. Проглотив, не запивая, сразу три прописанных мне врачом таблетки, я вышел из машины. Прямо у главного офиса Орлова уже собралась его “гвардия”. Ну надо же, как он обнаглел, держать человека в главном офисе. Совсем страх, после смерти сына потерял. Да, именно сына, ведь старший брат Кирилла, не являлся биологическим ребенком Орлова. То-то он по нему, не слишком страдал.
Охрана на входе проводила меня косым взглядом, но слова против не сказала. То ли помнят меня, то ли начальство уже осведомлено о моем приходе. В холле меня ждал Дима с парой ребят, все при оружие. Что ж, похоже, на конструктивный диалог никто не рассчитывает.
– Что там, Дима?
– спросил я у парня.
– Да как Вам сказать? Вроде, Дергнёва пока не хлопнули, но похоже всё к этому идет. Мужики, выходившие из помещения для персонала, по локти в крови были. Вы же знаете, как работают эти ребята. Так что, сутки максимум, а потом можно в утиль сдавать - усмехнулся Дима.
– Но он - мой человек!
– Поправка, он был Вашим человеком, а теперь Дергнёв весь, вместе с потрохами принадлежит Орлову. И всё, что мы можем сейчас сделать, это попытаться забрать его. Сашок, конечно, парень упертый, но те доводы, которые славные ребятки Орлова сейчас приводят, заставят парня говорить, если он уже не запел - обыденно произнес Дима.
– Ладно, пошли, поговорим, со старым знакомым, чего из пустого в порожнее переливать - кивнул я, направляясь к кабинету Орлова.
Хозяин кабинета, при моем появлении, даже зад от стула не оторвал. Только глянул волком, но поняв, кто перед ним, пакостно улыбнулся.
– Какие люди… Не успел выйти, а уже за старое взялся? Хотя, говорят, болел, что правда, сердце прихватило?
– таким Орлов был на заре своей туманной юности, когда я еще под стол пешком ходил. По крайней мере, мне говорили, что он таким был. А потом как-то резко, стал респектабельным бизнесменом, который ко всем обращается на ‘вы’ и без фамильярностей.
– Орлов, ты берега-то не попутал? Это кто кому предъявы должен кидать, а?
– спокойно спросил я.
– Да ты…
– Да я, а теперь заткнись и послушай. Ты, конечно, мужик со связями, вот только меня переплюнуть вряд ли удасться. Так что, Дергнёва придется отдать. Он мне крупно задолжал. За сына должен радоваться, хорошо, что его хлопнули, пока я на нарах отдыхал. Если бы я вышел, а Кирилл твой, жив-здоров бегал, то подыхал бы парень долго и мучительно и ты! Ты бы мне ничего не сделал!
– на Орлова к концу моей речи было жалко смотреть. Осунувшийся и несчастный. У меня нет детей, но я представляю, что он чувствует. Наверное, я бы тоже мстил за своего ребенка, но увы, наши интересы пересеклись.
– Забирай, всё равно его теперь только на фарш. Стойкий, падла, оказался. Только повторял, что он моего Кирюшу, сука… - и Орлов заплакал. Я посмотрел на Диму, тот кивнул, давая понять, что заберет Дергнёва.
– Я с ним разберусь - бросил я на прощание Орлову.
Уже на выходе из здания, сердце опять дало о себе знать, я пошатнулся от резкой боли. Что же ты ноешь-то? В машине не оказалось таблеток, последние я съел перед встречей с Орловым. А боль разрасталась и усиливалась. Дима, заметив, как я согнулся уперевшись лбом в руль вышел из своей машины и направился ко мне.
– Что-то не так?
– осведомился Дима, когда я опустил стекло.
– Да, сердце что-то пошаливает - скривился я.
– В больницу?
– деловито пересаживая меня на пассажирское сиденье спросил Пехов.
– Нет, домой, там у меня обезболивающее было - стараясь дышать как можно медленней, отчего боль не казалась такой резкой ответил я.
Дима кивнул и завел мотор. Позади нас ехал джип Пехова, в котором находился Дергнёв. Если гаишники тормознут тачку, у нас опять буду проблемы. Но стоило мне подумать о малейшей опасности, как сердце забившись учащено будто скрутили и отжали. Я схватился за грудь, но постарался не издать ни звука. Когда мы оказались у дома, мне стало немного легче.
Айс, видимо, услышав звук мотора вышла на крыльцо.
– Денис - заметив, с какой я осторожностью и медлительностью выбираюсь из салона бросилась ко мне сестрёнка - что случилось?
– Всё в порядке, Айс, просто таблетки дома забыл - примирительно сказал я.
– Денис Сергеевич, Дмитрий Иванович, а что с полутрупом делать?
– спросил вышедший из джипа парень.
– С каким полутрупом?
– ахнула Айс.
– Малышка, идем в дом, тут без нас разберутся - попытался я увести сестру, но Айс гневно глянув на меня опять обратилась к говорящим.
– Где этот полутруп? Я тебя Дима спрашиваю?!
– повернулась она к Пехову.
– Айсир Сергеевна, Денис…
– Дима, не зли меня!
– обманчиво ласково попросила Айс.
– Ладно, покажи ей - чувствуя, что долгой перепалки просто не выдержу, устало разрешил я Пехову.
Айс, при виде скрюченного и завернутого в целлофан (салон кожаный Дима, кровью боялся запачкать), Дергнёва, побледнела и отшатнулась.
– Он живой?
– отстранено спросила она.
– Пока, да - флегматично ответил Дима.
– Тогда, заносите в дом.
– Что?! Айс, ты спятила?
– заорал я, разозленный ее приказом и ощутил, как стал приближаться фэйсом к земле.
– И этого тоже, заносите - последнее, что я услышал, прежде чем вырубился.
В себя я приходил долго, то выныривая из беспамятства, то опять в него погружаясь, как в тягучее, липкое желе. Первое, что я почувствовал, когда смог открыть глаза - это ноющую голову. Будто внутри черепной коробки кто-то устроил вечеринку. Я лежал в нашей с Айс спальне, самой сестры в комнате не было но я слышал ее голос в глубине дома.
Первые две попытки встать не увенчались успехом. Но в третий раз, я всё же смог подняться с постели и пошатываясь, периодически опираясь на стену выйти из спальни. Ориентируясь на голос сестры я дошел до гостиной, открывшаяся мне картина не порадовала. Айс склонилась над избитым Дергнёвым.
– ‘В больницу не надо’!
– явно передразнивая интонации Дергнёва бурчала сестра - ты знаешь на кого сейчас похож? На хороший кусок отбивной с кровью. А если последнее дыхание здесь испустишь, что мне тогда делать? Да у тебя наверняка половина органов отбита!